Аннетт Мари 
Три мага и «Маргарита»

Кодекс гильдии: Зачарованные – 1

Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=66214088
«А. Мари. Три мага и «Маргарита»»: ООО «Издательство АСТ»; Москва; 2021
ISBN 978-5-17-136074-0
Аннотация

С чем у Тори Доусон нет проблем, так это… с проблемами. Она только что в очередной раз потеряла работу, и вряд ли кто-то наймет ее снова. Дерзость и вспыльчивость – не те качества, которые хозяевам кафе и ресторанов хочется видеть в официантке. Погруженная в мрачные мысли, Тори забредает все дальше от центра города, и вдруг ей прямо в лицо прилетает обрывок газеты с объявлением: «Требуется бармен…»
Тори нанимают на испытательный срок, однако посетители в новом баре способны вывести из себя даже святого. И, конечно же, происходит неизбежное – Тори твердой рукой выплескивает коктейль в лицо самому дерзкому из гостей. Она не сомневается в том, что теперь ее вышвырнут за дверь. Но впереди ее ждет немало сюрпризов…

Аннетт Мари
Три мага и «Маргарита»

Annette Marie
Three Mages and A Margarita. The Guild Codex: Spellbound. Book One

Copyright © 2018 by Annette Marie
Cover Copyright © 2018 by Annette Ahner
© О. Полей, перевод на русский язык
© ООО «Издательство АСТ», 2021

* * *

Глава 1

Если хочешь удержаться на работе, необходимо соблюдать несколько простых правил: не опаздывать; не лениться; и не бросаться на клиентов.
Когда женщина за шестым столиком щелкнула жирными пальцами, хотя я и так уже спешила к ней с подносом, заставленным напитками, я заставила себя вежливо улыбнуться. Женщина ткнула в тарелку своими когтищами цвета фуксии.
– В моей пасте совсем нет мяса, – заявила она тоном оскорбленной гувернантки викторианских времен.
Я посмотрела на ее тарелку. Курицы в пасте и правда было на удивление мало, хотя, когда ее поставили на столик, там была целая жареная куриная грудка. Я это точно знала – видела, как ее нес помощник официанта. По краю тарелки был размазан сливочный соус.
Я заглянула в тарелку второй дамы за тем же столиком. Так-так. Тоже «Альфредо». И – нате вам! – прямо сверху навалена куча жареной курятины. Женщина работала вилкой так быстро, словно рассчитывала уничтожить ее раньше, чем убогий мозг официантки успеет сложить два и два.
– Это никуда не годится. – Первая дама взмахнула рукой, стараясь отвлечь мое внимание. – Надеюсь, вы не думаете, что я стану платить за блюдо, в котором отсутствует основной ингредиент!
Удерживая тяжелый поднос, я молча посмотрела ей прямо в лицо, а затем перевела пристальный взгляд на ее сообщницу. Они что, правда думают, что я раньше не сталкивалась с подобным мошенничеством? Когда они обе беспокойно заерзали, я снова повернулась к той, которую обделили курятиной, и лучезарно улыбнулась.
– Итак, мэм, позвольте уточнить – в чем проблема?
– Мне… мне не положили курицы!
Я весело прищелкнула языком, словно оценила шутку, и подмигнула второй женщине.
– Значит, у вашей подруги удивительно шустрая вилка! Вы даже не успели заметить, как она сгребла всю курятину с вашей тарелки.
С принужденным смешком я отступила на шаг назад. Три кока-колы, два пива и чай со льдом заплясали на подносе. Шестеро клиентов, томившихся от жажды за столиком неподалеку, смотрели на меня умоляющими глазами. Я буквально видела, как с каждой секундой тают мои чаевые.
Дама, обделенная курятиной, уставилась на меня, и в ее близко посаженных глазах замелькали крутящиеся в мозгу ржавые шестеренки. Я разоблачила ее неуклюжую ложь и дала возможность без потерь выйти из ситуации. Всего-то и нужно было – заткнуться и попытаться забрать с подружкиной тарелки хотя бы часть мяса, пока там еще хоть что-то оставалось. Бесплатного ужина ей сегодня не видать.
Но вместо этого она раздулась, как лягушка-бык, и наставила мне в грудь палец с розовым когтем.
– Что вы хотите сказать?! – Ее голос взлетел вверх, заглушая оживленный гул в кафе, полном народа. – Я утверждаю, что мне принесли пасту без курицы. А вы называете меня обманщицей, да?
Ну, в общем, да.
– Наверное, я вас неправильно поняла, – успокаивающе проговорила я, понизив голос, словно это могло заставить ее говорить тише. – Я думала, вы шутите, ведь курица явно перекочевала на тарелку вашей подруги.
– Как вы смеете!
Эх, пожалуй, не стоило этого говорить.
– Я с удовольствием попрошу приготовить для вас еще одну куриную грудку бесплатно.
– Я не стану платить за это блюдо. Вы нам нахамили, и мы ни за что платить не будем!
– Ясно. Что ж, тогда мне придется позвать менеджера.
Свободной рукой я выхватила тарелку у второй женщины, которая как раз нацелила вилку на очередной кусочек.
– Что вы делаете?! – возмутилась она.
– Она сказала, что вы отказываетесь платить, вот я и…
– Я еще не доела!
– Так вы собираетесь платить или нет?
Застыв с занесенной в воздухе вилкой, дама оглянулась на свою разъяренную спутницу. Снова закрутились шестеренки. Так напряженно работать головой этим двум не приходилось, должно быть, с самого детства.
– Поставь тарелку на место! – рявкнула первая. – И немедленно приведи менеджера.
Я вернула ей пасту, и мой поднос с напитками снова закачался на руке. На воображаемом счетчике чаевых над измученным жаждой столиком светились уже отрицательные числа. Теперь я еще буду должна им за напитки.
– Я пришлю менеджера, – пробормотала я и повернулась, чтобы уйти. – Пусть полюбуется на это свинство.
– Ты назвала меня свиньей? – оскорбленный вопль заглушил все разговоры в кафе.
О, черт… Поморщившись, я снова повернулась к женщине.
– Вы, должно быть, ослышались…
– Нет, не ослышалась! – взвизгнула она. – Ты назвала меня свиньей! Где менеджер?!
– Э-э-э… – Я окинула взглядом другие столики – все прервали ужин ради этого спектакля. Ни одного менеджера в зале не было, но одна из официанток, перехватив мой испуганный взгляд, стрелой метнулась на кухню. – Позвольте, я просто…
– Мы уходим. Я не намерена платить за насмешки и оскорбления. – Брызгая слюной от праведного гнева, женщина вскочила на ноги. Ее спутница, прежде чем вылезти из-за стола, успела запихать в рот последний кусок курицы.
– Если вы будете так любезны и подождете минутку, – снова начала я, – менеджер…
– Прочь с дороги!
И ее жирная ладонь с силой толкнула мой поднос.
Он покачнулся, и все шесть напитков выплеснулись мне на грудь. На блузке расплылось мокрое пятно, стаканы и бокалы полетели на пол, осыпая мои ноги осколками. Кубики льда раскатились под столиками.
Любой, кто знаком со мной больше часа, догадывается о том, насколько я вспыльчива. «Догадывается» – еще слабо сказано. Я могла бы носить на лбу неоновую вывеску с надписью: «Осторожно, рыжая петарда». Или, специально для моих бывших: «Не подходи, убьет».
Я стараюсь, правда. Держу рот на замке, улыбаюсь самой вежливой улыбкой и молча смотрю, как менеджеры раздают бесплатную еду всяким жуликам, потому что «клиент всегда прав» – или как там принято говорить?
Но иногда я сначала делаю, а потом думаю.
Вот почему, когда ледяные напитки выплеснулись мне на блузку, я с размаху ударила мокрым подносом прямо по ухмыляющейся физиономии.
От удара пластик громко треснул, женщина покачнулась и плюхнулась на пухлую, как подушка, задницу. Ее челюсть отвисла, глаза выпучились, на щеке блестели брызги кока-колы с пивом, и еще немного чая со льдом.
В ресторане и так уже было тихо, а тут вообще наступила мертвая тишина, словно мы провалились в другое измерение.
– Она первая меня толкнула! – сказала я, и мой голос на фоне всеобщего молчания прозвучал так одиноко. – Вы же видели, правда?
Немолодая пара за томящимся от жажды столиком нерешительно кивнула, а один парень усмехнулся и поднял вверх большой палец. Чувствуя на себе взгляды десятков глаз, в насквозь мокрых блузке и фартуке, я протянула руку через голову скандалистки, забрала обе тарелки «Альфредо» и составила их одна на другую на пустой поднос.
Женщина выглядела ошарашенной, но я, конечно, не надеялась, что одного удара хватит, чтобы вправить ей мозги. Как только она опомнится, тут же завоет как сирена. Или заревет. Шансы пятьдесят на пятьдесят.
– Я не называла вас свиньей, – сказала я. – Но обманщицей вас назвать следовало. Вы солгали насчет пасты и толкнули меня. Я вынуждена попросить вас уйти.
Лицо женщины побагровело, глаза выпучились еще больше.
– Зато, – жизнерадостно добавила я, – за еду вам платить не придется, чего вы и добивались. Хорошего дня и, пожалуйста, не приходите к нам больше.
С двумя тарелками «Альфредо» на подносе я прошла мимо нее танцующей походкой, словно не чувствуя, как в моем декольте тает кубик льда. Я отсчитывала про себя секунды, а за столиками уже начали перешептываться.
Я досчитала до трех, прежде чем поднялся шум. Рев. Так я и знала.
Менеджер вылетела из кухни, и ее глаза сверкали таким яростным огнем, что на нем можно было жарить куриные крылышки. Я поежилась и торопливо проскользнула на кухню. При моем появлении оба повара разразились одобрительными возгласами.
– Прямо в морду! – рассмеялся Нил и махнул лопаткой в сторону маленького окошечка в двери, к которому он наверняка прилип, как только поднялся крик. – Ну ты даешь, Тори! Ты что, с ума сошла?
– Почему меня то и дело об этом спрашивают? – пробормотала я, ставя поднос на стойку и осматривая свои голые ноги и ступни в сандалиях – нет ли там осколков стекла.
– Я глазам не поверил, когда ты…
– Тори!
Я вздрогнула. Хозяйка кафе стояла на противоположном конце кухни, скрестив руки на груди. Лицо у нее было суровое, как самый крепкий эспрессо. Внутри у меня все похолодело от страха, но я выпрямилась и уверенной походкой зашагала к ней. В обеденном зале чудо-женщина, которой недодали курицы, перешла с рева на визг.
– Миссис Бланшар, я могу объяснить…
– Ты ударила клиентку?
– Она первая меня толкнула.
Бланшар приподняла очки в тонкой металлической оправе и двумя пальцами сжала переносицу.
– Тори, я тебе уже не раз говорила – если клиент начинает спорить, зови менеджера.
– Я как раз и хотела, а она…
– Я тебя предупреждала на прошлой неделе, когда ты назвала нашу постоянную клиентку недощипанной индюшкой прямо в лицо…
– Она сама все время обзывала меня анорексичкой! Каждый раз, когда я проходила мимо…
– Я тебя предупреждала, – повторила Бланшар, прерывая мои возражения, – что даю тебе последний шанс. Работаешь ты хорошо, и я прикладывала немало усилий, чтобы как-то сгладить твои… особенности… Но я не могу держать в кафе официантку, которая бросается на клиентов.
– На клиентку, – удрученно пробормотала я. – Всего на одну. Больше этого не повторится, обещаю.
– Прости, Тори.
– Миссис Бланшар, мне очень нужна работа. Пожалуйста, дайте мне еще один шанс.
Она покачала головой.
– Оставь фартук здесь. Чек за последнюю неделю получишь в день выдачи зарплаты.
– Миссис Бланшар…
– Я должна уладить конфликт в обеденном зале. – Она прошла к двери мимо меня. – Выйди, пожалуйста, через черный ход.
Она ушла. Мои плечи поникли. Шум стих – вероятно, менеджер принесла бедной страдалице все мыслимые и немыслимые извинения плюс подарочные сертификаты. Я старалась не представлять себе лицо этой любительницы курятины, когда она узнает, что бешеную официантку выперли с работы.
– Вот блин… – мрачно заметил Нил. Он подошел ко мне и встал рядом, возле посудомоечной машины. – Очень жаль, Тори. Какое свинство, что она тебя уволила.
– Что ж, – мрачно проговорила я, – вообще-то, ничего удивительного.
Я развязала фартук, выловила из выреза блузки подтаявший кубик льда и бросила его в раковину.
– Э-э-э… Тори… У тебя это… лифчик просвечивает.
– Да, такое случается. Слышал когда-нибудь о конкурсе мокрых футболок? – хмуро огрызнулась я. – Это не значит, что можно пялиться.
Он поспешил отвести глаза от моего декольте.
– Разве под белыми рубашками не белые лифчики носят?
– Так ты у нас эксперт в мире моды? – Не хотелось признавать, что он прав, и объяснять, что все мое белье, которое годится под белую рубашку, уже в стирке. Я даже не опустила взгляд, чтобы посмотреть, сильно ли виден мой розовый бюстгальтер с черными сердечками. Лучше не знать.
Я выскребла из кармана свои чаевые (жалкие двадцать два доллара – я ведь всего час успела отработать в эту смену) и сунула мокрый фартук Нилу.
– Ну… до встречи, что ли.
– Ага. Заходи, ладно?
– Зайду, – соврала я. Как будто я решусь показаться здесь после того, как избила женщину подносом.
Вяло помахав рукой, я заскочила в комнату персонала за сумочкой и зонтиком, а затем вышла через черный ход, как мне и было велено. Дождь стучал по асфальту, по грязным лужам разбегались круги. Обогнув вонючий мусорный контейнер, я двинулась по узкой аллейке к главной улице.
В кафе вошла еще одна пара, и из-за двери донеслась бодрая музыка. Ярко освещенные окна были такими теплыми, манящими, и, когда официант подошел к столику и начал расставлять дымящиеся тарелки перед нетерпеливыми клиентами, все снова стало как обычно, словно ничего не произошло.
Холодные капли дождя падали мне на лицо, безобразное бурое пятно на груди расплывалось все шире, но я не стала раскрывать зонтик. Все равно придется сверкать розовым бюстгальтером – так пусть, черт возьми, будет настоящее шоу. Пусть вся рубашка намокнет.
Я резко повернулась и зашагала по тротуару. Идти до дома было далеко, зато это позволяло оттянуть неизбежное… Мне ведь придется сообщить владельцу квартиры, где я жила, что я осталась без работы. Опять.

Глава 2

Я открыла дверь квартиры и заглянула внутрь.
– Джастин?..
Никакого ответа. Вздохнув с облегчением, я заперла дверь, поставила сумочку в шкаф и скинула сандалии на циновку – пускай сохнут. Я прошла босиком по короткому коридору, где пол был покрыт линолеумом, в гостиную, откуда можно было попасть в маленькую кухню. На краю продавленного синего дивана, знававшего лучшие дни, лежали аккуратно сложенные простыни и одеяло.
У окна одна на другой громоздились четыре потрепанные картонные коробки, в которых хранилось мое нехитрое имущество. Сняв с этого штабеля переполненную бельевую корзину, я утащила ее в узенькую кладовку, где ютились, тоже поставленные друг на друга, стиральная машина с сушилкой. Разбирая белье перед стиркой, я мысленно проверила свой банковский счет. Хватит ли моей последней зарплаты, чтобы заплатить за жилье? Возможно… если ничего не есть до конца месяца.
Загрузив белье в машину, я сняла и закинула туда же рабочую одежду и нажала на кнопку запуска. Вернувшись к коробкам, отыскала последний чистый бюстгальтер – ярко-красный, с кружевами, для особых случаев, – а затем надела спортивные штаны для йоги.
Едва я выудила из коробки футболку, как в замке загремел ключ. Я еле успела натянуть футболку, как в комнату заглянул кареглазый мужчина с коротко стриженными каштановыми волосами и удивленно поднял бровями.
– Тори? Рано ты сегодня.
– Привет, Джастин, – я заставила себя улыбнуться. – Как дела на работе?
Он был в темно-синих брюках и рубашке с полицейской нашивкой на рукаве. Мне всегда нравились мужчины в форме, но к Джастину это не относилось. Нельзя сказать, что он был некрасив, но для меня он был всего лишь соседом по квартире, которую я у него же и снимала. И старшим братом.
– Что-то я устал, – признался он. – Терпеть не могу утренние смены, но надеюсь заработать повышение.
– Уверена, ты его получишь.
Он снял рубашку и остался в черной футболке.
– Так что случилось? У тебя, кстати, футболка задом наперед. – Я опустила глаза: черт, так и есть. – Почему так рано пришла? Заболела?
– Нет… – пробормотала я, накручивая на палец волосы, собранные в хвост.
– То-ори… – простонал Джастин. – Неужели опять? Уволили, да?
Я кивнула. Он тяжело вздохнул.
– Что на этот раз?
Я рассказала. Он слушал через закрытую дверь своей комнаты, пока переодевался. Тем временем я вытянула руки из рукавов и надела мешковатую полосатую футболку как полагается. Наконец Джастин вышел в гостиную. Выглядел он еще более хмурым из-за короткой бородки, которую отрастил по моему совету. Идея, кстати, была отличная – он сразу стал похож на крутого копа.
– Толкнула тебя и разлила все напитки? Да ее должны были выставить на улицу!
– Может, и выставили бы… если бы я не треснула ее по голове.
Джастин уселся на высокий табурет перед кухонной стойкой, служившей нам обеденным столом.
– Как ты только умудряешься, Тори? Если в радиусе десяти миль окажется хоть один чокнутый клиент, он обязательно достанется тебе.
– Может, я выявляю в людях скрытое безумие. – Я плюхнулась на диван. – Может, это магия.
Джастин закатил глаза.
– Или инопланетяне, – предположила я. – Или… инопланетяне-маги!
Он фыркнул, но спорить не стал. Как он ни пытался уйти от этой темы, я наседала снова и снова и не собиралась отставать, пока не вправлю ему мозги. Подумать только, мой брат – последователь теории магического заговора! Я уж скорее в инопланетян поверю.
– Извини, Джастин, – сказала я уже серьезнее. – Я постараюсь поскорее найти другую работу, чтобы не пропустить плату за квартиру.
– Повторяю, как и каждый месяц с твоего приезда, – можешь ничего не платить. Я тебе только рад, вдвоем веселее.
– Жить в центре города чертовски дорого. – Я не стала добавлять, что торчу здесь уже восемь месяцев и поэтому он не может съехаться со своей девушкой. И вдобавок вынужден терпеть кучи моего барахла в своей квартирке с единственной спальней.
– Выше голову, Тори. Ты же всегда находила новую работу. После каждого… – Он осекся, видимо, сообразив, что напоминание о шести вылетах с работы за восемь месяцев меня не очень-то подбодрит. – И теперь мигом найдешь.
– Ага, – вяло согласилась я.
Он окинул взглядом безупречно убранную кухню – мой скромный вклад в домашнее хозяйство, долг, который я исполняла истово, как монашка, поклоняющаяся святому лизолу, – и улыбнулся.
– Давай закажем что-нибудь на ужин.
– Мне теперь нужно экономить, раз я…
– Я угощаю. – Он взял со стола телефон. – Как обычно?
– Конечно, – виновато согласилась я. Завтра устрою в ванной внеплановую уборку, чтобы хоть как-то рассчитаться. Начищу раковину так, что из нее есть можно будет.
Пока брат делал заказ, я вытащила свой ноутбук из-под стопки носков, ожидающих, когда их уберут на место. Усевшись на диван, запустила браузер. Разумеется, сайт с объявлениями о вакансиях висел у меня в закладках.
Да, я потеряла работу, но через неделю у меня будет новая, даже если придется продать душу!

* * *

Остановившись перед витриной, я глубоко вздохнула и улыбнулась своему отражению. Улыбнись, расслабься. Улыбнись, расслабься. Выглядеть нужно уверенной и бодрой, а не вымотанной и зачуханной. Мои ореховые, как у Джастина, глаза в витрине казались черными как уголь, и даже пыльное стекло не могло приглушить ярко-рыжий цвет волос. Я попыталась взбить пальцами хвост, чтобы кудри выглядели поживее, но ничего не вышло.
Я отошла от витрины и, прищурившись, посмотрела на небо. Солнце сияло весело и ярко, ветерок доносил с севера солоноватый запах океана – до него отсюда было всего несколько кварталов. Люди прохаживались по симпатичным дорожкам, вымощенным красным кирпичом, мимо старомодных уличных фонарей и витрин на первых этажах высоких зданий в викторианском стиле. Гастаун был самым старым районом в городе – популярное место отдыха туристов, сплошь кафе и рестораны.
Напротив перекрестка, вымощенного красным кирпичом, как раз и находилось одно такое кафе. Дворик с большими желтыми зонтами напоминал клумбу гигантских цветов, официанты в рубашках приятного голубовато-сиреневого цвета сновали между столиками. Посетителей в кафе набилось полным-полно, хотя было всего четыре часа дня – рановато для ужина, но здесь об этом словно и не подозревали.
Много посетителей – это хорошо. Значит, и официантов нужно много.
Я улыбнулась еще раз, для тренировки, перешла улицу и шагнула внутрь, в зал, где работал кондиционер.
– Привет, – радостно поздоровалась я с хозяйкой. – Ваш менеджер по персоналу здесь?
– Угу, – скучающим голосом отозвалась девушка. – Я ей уже позвонила. Можете подождать вон там, вместе с остальными.
Она указала рукой в сторону. Две девушки, мои ровесницы, в элегантных повседневно-деловых костюмах стояли, сжимая в руках такие же, как у меня, папки. В их-то резюме наверняка найдется что-нибудь посолиднее, чем несколько работ продолжительностью в месяц-другой, да еще и без единой рекомендации от работодателя. Вот гадство.
Я все-таки встала рядом с девушками и, когда наконец появилась менеджер – коренастая женщина средних лет, выглядевшая замотанной и настроенная не слишком дружелюбно, – терпеливо дождалась своей очереди.
– Большое спасибо, что согласились встретиться со мной, – сказала я, когда девушки ушли. – Я вижу, что у вас много дел, и не стану вас задерживать. Я просто хотела оставить резюме.
Я протянула ей единственный листок, и она без энтузиазма пробежала его глазами.
– Да, у нас есть вакансия. Если мы заинтересуемся… – Она прищурилась. – Кафе «Винни»? Это ваше последнее место работы?
У меня екнуло сердце.
– Да, совершенно верно.
– Тори Доусон… – пробормотала она, словно сканируя свою память. Опустила руку, в которой держала мое резюме. – Извините, но для вас у нас работы нет.
– Но вы же только что сказали…
Менеджер рассеянно выглянула в зал, потом снова перевела взгляд на меня.
– Видите ли, милочка… Возможно, вам стоит попробовать себя в какой-нибудь другой области. Думаю, сфера обслуживания не для вас.
– Что вы хотите сказать?
Она пожала плечами.
– У вас сложилась определенная репутация. Ни один менеджер ресторана здесь, в центре, вас не наймет, если только он не из дикого леса.
Я поникла.
– Правда?
– Может быть, в продажах дела у вас пойдут лучше. – Она протянула мне мое резюме. – Или в курьерской службе.
– Но… с продажами у меня тоже не очень, – пробормотала я, обращаясь к самой себе, потому что менеджер уже ушла. Сунула листок в папку и поплелась обратно на улицу. Прохожие то и дело толкали меня, и тогда я отступила в тень у кирпичной стены и стала бесцельно разглядывать уютные магазинчики через дорогу. Работа в торговле казалась мне слишком скучной. А скучающая Тори влипает в неприятности куда чаще, чем Тори, которая чем-то занята. Еще один жизненный урок, усвоенный на горьком опыте.
Значит, в центре города меня никто больше не наймет официанткой… Что же делать? Рискнуть и поискать что-нибудь подальше от центра? Но это означает увеличение расходов и времени на дорогу. Или начать с нуля в совершенно новой области? Но без опыта (или чаевых) я буду зарабатывать гроши, и на приличное жилье можно не рассчитывать. Придется еще на восемь месяцев остаться у Джастина на диване. Или бросить колледж после этого семестра.
Я со стоном потерла виски. Не сдаваться! Отвечу на последние несколько предложений в моем списке – кто знает, вдруг в одном из этих заведений менеджер действительно из дикого леса. А потом поеду домой составлять новый план. Что-нибудь да придумаю.
Я отошла от стены, и тут по улице пронесся прохладный морской бриз, поднимая пыль, листья и мусор. Юбки взлетели вверх, зонтики над столиками в кафе угрожающе зашатались… и прямо в лицо мне прилетел газетный лист.
Выругавшись, я отлепила газетную страницу от носа и оглядела ее – вдруг теперь придется обливаться чистящими средствами? Я уже хотела бросить ее на землю (знаю, знаю, мусорить нехорошо), но страница выглядела знакомой. Ничего удивительного: я ведь уже целую неделю изучала объявления о вакансиях.
Может быть, ее выронила одна из тех чопорных, безупречно одетых соискательниц. Немного же у меня шансов получить работу в тех местах, куда и они подали заявки. И все же я просмотрела страницу. Там было всего три объявления.
Первое: требуется кассир в банк в самом центре города. Ну уж нет. Тихой мышкой меня не назовешь, а в любом банке, куда мне случалось заходить, всегда было тихо, как на кладбище в полночь.
Второе: требуется секретарь в юридическую фирму. В юридических фирмах тоже, наверное, тихо? Никогда не бывала (вообще-то, странно, что никто еще не подал на меня в суд), но не сомневаюсь, что они относятся к той же категории, что и банки: «тихая, чистая сидячая работа». Тоже мимо.
Прищурившись, я стала читать третье объявление. Бармен? Большого опыта в этом деле у меня не было, но пару раз мне случалось стоять за барной стойкой. Бармен, в отличие от официанта, может ответить хамоватым клиентам и сообщить, куда им лучше засунуть свой гонор.
Но… адрес? Я повернулась на восток и нервно сглотнула. Бар находился в Даунтаун-Истсайде, большом районе, куда половина города и нос боялась сунуть.
Я достала из сумочки телефон и отыскала это место на карте. Хм, западная окраина Даунтаун-Истсайда – ну, не так уж плохо. Всего шесть кварталов отсюда, чуть в стороне от милого и безопасного Гастауна. Может быть, туда еще не дошли слухи о жуткой официантке Тори Доусон. Попытка не пытка – или, как здесь говорят, если не стрелять, в яблочко не попадешь.
Воспрянув духом, я сунула газету в сумочку, зажала папку под мышкой и зашагала на восток. «По дороге из красного кирпича».
Увы, красные кирпичи кончились через четверть квартала, хотя трех- и четырехэтажные здания с уютными магазинчиками все так же тянулись по обе стороны улицы. Вскоре я увидела магазин с пустыми витринами. И еще один. Потом целый квартал с наглухо запертыми дверями и зашторенными окнами. Прохожих было мало, да и те куда-то спешили.
Подняв голову выше, я прибавила шагу, стуча по тротуару сандалиями – из ремешков, но довольно удобные. Смогу ли я в них бежать, если понадобится? Наверное, смогу. Страх – отличный мотиватор.
Страшно пока не было, но, пока я быстро шла вдоль крепкого забора из металлической сетки с колючей проволокой наверху, меня стали одолевать сомнения. Может, повернуть назад? В тех магазинах, которые работали, на окнах были толстые решетки. Предположим, что днем тут относительно безопасно. А что насчет ночных смен, если я вдруг получу работу?
В голове вновь зазвучали слова женщины из кафе: «Ни один менеджер ресторана здесь, в центре, вас не наймет». Да и черт с ним. Если придется таскать с собой перцовый баллончик, что ж, так тому и быть.
Вновь прибавив шагу, я направилась к следующему перекрестку. Наверное, уже недалеко. Но пока я видела только магазин, в котором продавали мотоциклы, и тату-салон с решетками на окнах и дверях. Достав телефон, еще раз сверилась с картой, затем свернула за угол, прошла еще ярдов двадцать и остановилась.
Передо мной была черная дверь в темной арке. Выцветшая надпись готическим шрифтом: «Ворона и молот», а под ней нарисована черная птица, сидящая на боевом молоте и зловеще развернувшая крылья.
Окна на втором и третьем этажах здания в форме куба были зарешечены. Рядом, с северной стороны – здание пониже, с заколоченными окнами и дверью, перегороженной строительной лентой. По другую сторону – маленькая парковка, а на ней мусорный бак и два автомобиля. Я снова перевела взгляд на ворона с распростертыми крыльями.
Вдох-выдох. Вот так. Я смогу.
Я шагнула в темную нишу и протянула руку к двери.

Глава 3

Не успела я коснуться облупившейся краски, как меня охватило непреодолимое желание повернуть обратно – будто ледяной водой из ведра окатило. Мне очень не хотелось находиться здесь. Настойчивое желание уйти, а лучше убежать накатило, как приступ тошноты. Я мечтала оказаться где угодно, только не здесь, ведь если я не уберусь отсюда сию же минуту, то… что? Бука за дверью схватит и съест?
Да что такое, с каких это пор я стала трусихой? Стиснув зубы, я взялась за ручку и распахнула дверь.
Все прошло, стоило перешагнуть порог, хотя, если честно… Внутри помещение выглядело не лучше, чем снаружи. Тяжелые потолочные балки, стены, обшитые досками, и тусклый свет – все как в одном из полутемных английских пабов. Заведение было гораздо меньше, чем казалось с улицы, – за столиками и на барных стульях могло разместиться всего человек пятьдесят. Кстати, стулья стояли как попало, словно здесь пронеслась беснующаяся толпа, и, хотя было довольно чисто, в воздухе стоял странный запах. Дым, но не от сигарет, не от травки, не от горящего дерева… От чего-то еще.
Да, я еще не сказала, что в баре было абсолютно пусто? Время ужина еще не наступило, но такая пустота – не лучший признак.
Гордость – или упрямство? – не позволили мне выскользнуть за дверь и притвориться, что меня здесь не было, и я храбро двинулась вперед. Дверь не заперта, значит, бар открыт, верно? Лавируя между стульями, я подошла к стойке. На стене, в самом центре, висел тяжеленный стальной боевой молот – металл тусклый, с зазубринами, деревянная рукоять потемнела. Я с опаской покосилась на него, надеясь, что он надежно прикреплен к стене.
Положив папку на массивную стойку, я попыталась заглянуть в приоткрытую дверь за ней.
– Эй, кто-нибудь?..
Откуда-то из-за двери доносился приглушенный голос. Значит, кто-то здесь есть. Но, очевидно, ему не до меня. Я подождала, переминаясь с ноги на ногу. Делать все равно было нечего, придвинула ближайший стул поближе к стойке. Затем потянулась к следующему и тоже поставила на место. А потом, раз уж начала, расставила в ряд и другие. Ну вот, так гораздо лучше.
Еще раз заглянув в полуоткрытую дверь, я поправила ближайший столик. Ну и бардак же тут…
Двери за стойкой распахнулись, и из них, можно сказать, вывалилась женщина. Невысокая, полноватая, лет, пожалуй, на десять старше меня, с темными волосами, кое-как собранными в разваливающийся узел, с челкой, в которой я увидела синие и красные пряди. Она прижимала к груди стопку папок – так набитых бумагами, что, казалось, вот-вот лопнут. Женщина изумленно огляделась и наконец заметила меня.
– Ты еще кто такая?! – выпалила она.
Она что, и посетителей так встречает? Тогда неудивительно, что здесь пусто.
Нацепив профессиональную улыбку, я схватила свою папку.
– Привет! Меня зовут Тори Доусон. Я слышала, вам нужен бармен.
– Да? – Женщина бросила бумаги на барную стойку и нахмурилась. – С улицы мы обычно не…
– Можно, я оставлю резюме? – спросила я, открывая папку.
– Клара! – крикнул кто-то из-за двери. – Где тебя носит? Эй!
В глазах женщины отразилась настоящая паника.
– Да-да, – проговорила она. – Оставь. Мне срочно нужен бармен, но сейчас заниматься этим некогда. Завтра…
– Клара!
– Иду! – крикнула она через плечо. – Извини… Трейси, да?
– Тори.
– Я совсем замоталась. Меньше чем через час народ повалит, а морозилка вчера сломалась, и Купер опять заболел… – Ее прервал тяжелый грохот за дверью, а потом какой-то мужчина начал яростно ругаться. – О господи, что там еще?
Она шмыгнула обратно в дверь, забыв свои документы. Я сочувственно нахмурилась. Мне случалось бывать на ее месте, и я знала, что это такое – когда людей не хватает, все валится из рук, а на вечер, судя по всему, запланировано мероприятие.
Я положила свое резюме поверх ее папок. Из-за двери доносился шум – громкий лязг и разговор на повышенных тонах между Кларой и тем мужчиной. Я окинула взглядом царящий вокруг разгром. Половина стульев вообще на полу валяется! Мысленно пожав плечами, я выровняла столики и подняла стулья. Десять минут – и зал в порядке, готов к приему посетителей. Кивнув самой себе, я снова подошла к стойке, чтобы забрать резюме.
И тут Клара вернулась за папками. Увидела меня и застыла на месте, недоуменно хмуря брови. Я закусила губу. Неудобно получилось. Я думала, что успею уйти до ее возвращения.
Широко раскрытыми глазами Клара смотрела на восстановленный порядок.
– Это ты?..
– Просто хотела немного помочь, – поспешно объяснила я. – Уже ухожу. Удачи с вечерним мероприятием.
– Спасибо, – пробормотала она.
Я отвернулась, морщась от неловкости, и торопливо направилась к двери.
– Погоди! – Клара вышла из-за стойки с моим резюме в руке. – Тори, у тебя есть опыт работы барменом?
– Небольшой, – призналась я, когда она подошла ко мне. – Но мне приходилось стоять за барной стойкой, я быстро учусь и работаю на совесть.
Клара кивнула, пробегая глазами мое резюме.
– Рекомендаций у тебя нет.
– М-м… Нет.
– А сегодня вечером ты занята?
Я моргнула.
– Сегодня?
– Понимаю, это не совсем обычно. – Она тараторила, слова сливались в один бурный поток. – Но я уже с ног сбилась, а к шести у нас будет аншлаг. Если отработаешь смену, я заплачу тебе сегодня же – столько, сколько платила моему последнему бармену.
Я просияла. Оплачиваемая смена и шанс проявить себя без всяких собеседований?
– Конечно, с удовольствием.
Клара облегченно вздохнула.
– Замечательно! Тогда начнем. – Она махнула рукой, делая знак идти за ней. – Сегодня ежемесячное собрание, придут все. Мы с Рэмси займемся едой, если ты возьмешь на себя напитки. Я буду помогать тебе, чем смогу. Когда все выпьют, станет поспокойнее, но с шести до семи будет столпотворение.
Она остановилась на полпути к стойке.
– Кстати, я Клара Мартинс. Помощница главы.
Главного менеджера? Ну хоть тут повезло. Мое резюме попало в руки второго лица в компании.
Я пожала ей руку, и она повела меня за стойку. Сквозь щель в двери можно было разглядеть небольшую кухню со столешницами из нержавеющей стали.
– Рэмси! – позвала она. – Иди-ка сюда!
Из другого конца кухни подрулил высокий парень – худой, долговязый, с черными волосами, с одной стороны коротко остриженными, а с другой спадающими рваными прядями ниже подбородка. На шее у него болтались цепи, и подводки на глазах было больше, чем у меня.
– Рэмси, это Тори. Она хочет работать у нас барменом, и я попросила ее помочь нам сегодня.
Рэмси скривился.
– А так разве можно?..
– Нам позарез нужна еще одна пара рук, – оборвала его Клара. – Заодно посмотрим, как она поладит с нашей бандой.
Банда – это же не в буквальном смысле, надеюсь?..
– Ладно, – неуверенно согласился Рэмси. Взглянул на меня, словно оценивая, не слишком ли я хлипкая. – Добро пожаловать в дурдом.
Мне некогда было задумываться о том, что может означать подобное приветствие: Клара уже тащила меня дальше. Наскоро показала мне кухню, холодильную камеру, неисправную морозилку, льдогенератор и кладовые. Вот и все, не считая захламленного кабинета. Даже комнаты для персонала не было.
Через десять минут я стояла за стойкой с фартуком в руках, а Клара унеслась прочь. Рэмси готовил еду на кухне, и я осталась наедине со своими новыми обязанностями.
Я повязала фартук вокруг талии – он закрыл нижнюю половину моей белой блузки и узкую юбку до колен. Хорошо, что на мне сегодня удобные сандалии. Я быстро отправила Джастину сообщение, что приду поздно, и приступила к работе.
Прежде всего протерла все поверхности – стойку, полки вокруг и за ней. Нашла и разложила подставки под стаканы, достала ведерко со льдом и высыпала лед в поддон. Осмотрела бутылки с алкоголем, проверила краны с содовой и постаралась запомнить, где в кладовых лежит все самое необходимое.
С помощью подсказок Рэмси я нашла запасы украшений для коктейлей и уже нарезанные лимоны, лаймы, оливки, мяту и петрушку. Подносов для украшений найти не удалось, и я высыпала их в стаканы для виски с содовой. Когда я расставляла все это в ряд, влетела Клара. Интересно, она хоть когда-нибудь ходит спокойно?
– О, как хорошо! Вижу, ты готова? – Она защелкала по сенсорному экрану кассового аппарата. – Сегодня все за счет заведения, так что тебе нужно будет только вносить в счет все, что подаешь.
Я скрыла разочарование. Бесплатные напитки – значит, чаевых не будет.
– Какие у вас правила насчет удостоверений личности?
– Нет-нет, удостоверения проверять не нужно. Мы обслуживаем только своих. – Клара нервно потерла руки, нахмурила брови. – С новенькими они иногда ведут себя не совсем… но ничего, справишься! Не давай себя в обиду. И я буду рядом в случае чего. Просто позови меня, если понадобится помощь.
В случае чего? Может, она все-таки слышала о моей репутации? Я постаралась уверенно улыбнуться. Если от этой смены зависит, получу ли я работу, к черту сомнения.
Клара улыбнулась в ответ – скорее встревоженно, чем довольно, – и унеслась на кухню, на ходу окликая Рэмси. Я вытерла вспотевшие ладони о фартук. Подготовить бар оказалось нетрудно. А вот в том, что касается всего остального, опыта у меня было маловато. Стараясь совладать с нервами, я открыла в телефоне страничку с рецептами напитков.
Большие часы на стене показывали уже половину шестого. В заведении все еще не было ни души. Я обвела оценивающим взглядом столы и темные стены. Сколько же человек сюда втиснется? Широкая лестница в углу вела на второй этаж, но Клара о нем ничего не говорила, и я решила, что мои сегодняшние обязанности туда не распространяются.
Входная дверь распахнулась, я вздрогнула от неожиданности.
Вошли два парня. Я слегка расслабилась: оба были бородатые, но не как байкеры. Один был среднего роста, темноволосый, с начинающейся сединой в бороде, лет тридцати пяти, другой – плотный, мускулистый, с выбритыми висками и зачесанными назад светлыми волосами. Лет тридцати, пожалуй…
Они подошли к бару, я приветливо улыбнулась, но они не улыбнулись в ответ. Они смотрели на меня как на сорняк высотой пять футов семь дюймов, выросший между половицами.
– Привет! – жизнерадостно прощебетала я. – Чем могу…
– Ты кто такая? – резко спросил тот, что постарше.
– Я… меня зовут Тори. – Они уставились на меня еще подозрительнее, и я добавила: – Сегодня я помогаю Кларе.
Оба расслабились, словно я назвала пароль.
– Я буду виски сауэр.
– Бурбон со льдом.
– Отлично, – выдохнула я, взяла два низких стакана и насыпала в них льда.
Справиться с бурбоном было нетрудно, а вот во второй напиток я перелила виски. Ну что ж, им за это не платить. Я подала им стаканы и пробила на кассе оба напитка. Когда я подняла глаза, дверь снова открылась.
Еще один мужчина, лет сорока, пропустил вперед двух парней, которые казались вдвое моложе него. Они оказались у бара первыми и…
– Ты кто такая?
Да что такое? Я же не самовольно к ним вломилась. Подростки на улице, где раздают бесплатный Wi-Fi, и те охраняют свою территорию не так свирепо.
– Я сегодня помогаю Кларе, – повторила я, проверяя, действуют ли еще волшебные слова.
И эти посетители тоже сразу утратили враждебный настрой и заказали напитки – слава богу, несложные. Парень постарше даже улыбнулся, когда я протянула ему его «Олд Фэшн».
Не успела я внести напитки в счет, как появилась новая компания. Три девушки – чуть за двадцать, все блондинки, но очень разные. У одной коротко стриженные светлые и волнистые волосы, у другой длинные золотистые локоны, а у третьей волосы до плеч, выкрашенные в противный ярко-желтый цвет.
Я снова улыбнулась, и снова меня сверлили недружелюбными взглядами, пока волшебные слова не убедили девиц, что мое присутствие в их драгоценном пабе – явление хоть и возмутительное, но временное. Две заказали газировку, а та, что с желтыми волосами, потребовала «Лонг-Айленд Айс Ти», который отнял у меня несколько лишних минут. Когда я протянула ей стакан, за девушками столпился еще десяток посетителей, и все подозрительно косились на меня.
Я сглотнула, стараясь успокоить нервы, и снова произнесла волшебные слова. Произнесла, а не прохныкала, клянусь.
Подходившие вначале завсегдатаи не представляли для меня загадок – относительно молодые, условно одинокие, таких полно в любом баре, – но вскоре я оказалась в тупике. Молодые, старые, стильные, чудаковатые, готы, хиппи… В этом пабе собрался полный спектр человеческих типов, которые обычно никогда не пересекаются в одном помещении.
Меня бы вот-вот засыпали заказами с головой, но тут Клара выскочила из кухни, и часть посетителей потянулась к ней – заказывать еду. Я в лихорадочной спешке смешивала коктейли, едва не роняя бутылки и забывая об украшениях. Ответом на каждую улыбку мне были каменные лица и хмурые взгляды.
– Ты кто такая?
– Ты кто такая?
– Ты кто такая?
Этот дурацкий вопрос повторялся раз за разом, и я наконец перестала улыбаться. Когда часы пробили шесть и половина столиков оказалась заполнена, я юркнула в заднюю дверь, чтобы набрать еще льда. Я с трудом переводила дух, лицо облепили мокрые пряди волос. Волнение мое давно испарилось, его сменила злость. Бесить других – это один из талантов, данных мне Богом, но даже я никогда в жизни не встречала столь необъяснимо враждебно настроенных людей.
Я подошла к льдогенератору и наполнила ведерко, краем глаза заметив, что Рэмси трудится над грилем под шипение фритюрницы. С полным ведерком я протиснулась в дверь. Мимо на кухню пронеслась Клара, торопившаяся передать Рэмси новую порцию заказов.
У стойки уже стояли новые посетители. Я высыпала лед на поддон и взглянула на них. Эти трое парней были чуть старше меня, высокие, стройные, красивые. При других обстоятельствах я бы начала вовсю флиртовать и непременно записала бы им телефончик на чеке, но сейчас молча ждала, еле удерживаясь от недовольной гримасы.
– Я слышал, тут появилась новенькая, – приятным низким голосом сказал тот, что стоял в центре, весело и добродушно поблескивая голубыми глазами. Он был ярко-рыжий, как и я, только его взлохмаченные кудри были ржавого оттенка. – Вижу, слухи не врут.
Я подумала – кажется, у меня сегодня первый дружелюбный клиент, и тут его приятель добавил:
– Свежая кровь.
– Чего вам надо? – отрывисто спросила я. Это прозвучало грубо, но слова сорвались с языка будто сами собой. Вот блин! Дыши глубже, Тори.
Удивленный моим тоном, рыжий взглянул на своего приятеля, темноволосого красавца с необычными, экзотическими чертами лица. Третий стоял вполоборота ко мне и махал кому-то рукой.
Рыжий протянул мне руку в знак приветствия и безмятежно улыбнулся:
– Аарон Синклер.
То, что он первым из клиентов представился, казалось бы, свидетельствовало о его хорошем воспитании, но он произнес свое имя так, словно, услышав его, я должна была прийти в благоговейный восторг. Кто он – актер местного значения или еще кто-нибудь в этом роде? Его лицо было мне незнакомо.
– Очень приятно, – сухо ответила я, не называя своего имени. Никому здесь дела нет до того, кто я такая. – Так вы будете заказывать или как?
Ох, черт. Опять грубость, не лучше прежней. Аарон, ничуть не обескураженный, усмехнулся так, будто получил вызов на дуэль и уже предвкушал победу. Но тут третий парень повернулся лицом к стойке.
– Три рома с колой, – сказал он. Голос у него был мягкий и, как ни странно, приятный. Но я почти не обратила внимания на голос: мой взгляд сразу упал на белый шрам на его лице, от левого виска до середины щеки. Правый глаз был теплый, шоколадно-карий, а поврежденная радужка левого – жутковато-бесцветная, будто вылинявшая, темным оставался только зрачок и ободок по краю.
Быстро взяв себя в руки, я схватила три стакана, насыпала в них льда, плеснула рома и долила кока-колы.
Парни взяли свои напитки, но не отошли к столикам, как все, а уселись на три ближайших стула у стойки. Отлично. Вот и зрители. Я решила не обращать на них внимания. Подошел следующий посетитель и требовательно спросил, кто я такая.
– Эй, новенькая, – окликнул Аарон. Я тут же сбилась и перелила водки. – Ты от природы такая рыжая?
– А ты от природы такая заноза в заднице? – огрызнулась я, не успев сдержаться. Проклиная свой длинный язык, я протянула клиенту его коктейль, нечаянно ставший двойным.
– Характер подтверждает, – заметил темноволосый.
Еще старательнее игнорируя их, я занялась новыми посетителями. Они все прибывали – собралось, пожалуй, больше тридцати человек, – а первая волна уже допивала свои напитки и начинала подтягиваться за новыми. Клара сновала туда-сюда с полными руками тарелок. Чем больше я спешила, тем чаще ошибалась, и настроение у меня портилось все сильнее.
– Эй, новенькая! – снова окликнул меня Аарон, когда я промчалась мимо него с бутылкой шампанского для «Мимозы». – Каких мужчин боятся рыжие?
Я налила в «Мимозу» апельсиновый сок.
– Близоруких пожарных. Сечешь?
– У меня есть для тебя загадка получше, Аарон, – сказал его темноволосый напарник. – Какая разница между рыжим и кирпичом?
Аарон подозрительно нахмурился:
– Ну, какая?
– Кирпичи друг на друга ложатся, а рыжий в пустую кровать.
Аарон пренебрежительно фыркнул, парень со шрамом хмыкнул, а я метнулась в кладовку за новой маркой бренди – я о такой никогда не слышала, однако клиент упрямо твердил, что всегда заказывает именно ее. Пошарив в кладовке, я наконец-то отыскала нужную бутылку и выбежала обратно.
– Эй, новенькая, – опять начал Аарон, когда нервный ценитель бренди отошел со своим дурацким заказом. – Мы тут поспорили. Разрешишь наш спор?
– Мне некогда. – Склонившись над кассой, я пыталась вспомнить все, что наливала за последние десять минут.
– Мы просто хотим знать, кто ты. Спорю, что алхимик.
Моя рука зависла над экраном. Я-то ожидала очередной дурацкой шутки про рыжих, а он… За кого он меня принимает?
– Псионик, – сказал другой парень, но я не поняла, к кому он обращается – ко мне или к своему приятелю. Тот, что со шрамом, закатил глаза и сделал глоток из стакана.
– Ну дай хоть подсказку, – умолял Аарон.
– Нельзя ли поживее? – резко прикрикнула на меня немолодая женщина. – Я жду.
Я отодвинулась подальше от парней, поспешно внесла в счет все напитки, какие сумела вспомнить, а затем повернулась к женщине.
– Чем я могу…
– Два «Манхэттена», и пошевеливайся, девушка.
Ее пренебрежительный тон переполнил чашу моего терпения.
– У вас что, плохой день? – огрызнулась я. – Или вы всегда такая ведьма?
Аарон поперхнулся коктейлем. Я понимала, что теряю берега, но раздражение переливалось через край, и слово «самоконтроль» утратило свое значение.
– Что-о? – ахнула женщина.
– «Пожалуйста» – волшебное слово умеют говорить все цивилизованные люди. И вам не мешало бы как-нибудь попробовать.
Она открыла рот и снова закрыла. Я скрестила руки на груди и стала ждать.
– Два «Манхэттена», пожалуйста.
Я со стуком поставила стаканы для мартини на подставки и отвернулась, чтобы свериться с рецептом в телефоне. Нужно все-таки держать себя в руках, как бы эти придурки ни хамили. Ладно хоть чаевых все равно нет, терять нечего.
Аарон присвистнул.
– Отлично сказано, Сильвия. Тебе не мешало бы почаще проявлять вежливость.
– Заткни рот, Аарон, пока я его тебе не заткнула.
Прочитав рецепт, я взяла виски и вермут, по бутылке в каждую руку, и налила в стаканы.
– Нужно было сразу со льдом смешать, – рявкнула женщина. – Бросьте это. Дайте мне лучше две колы.
– Я могу…
– Две колы.
Сердито ворча, я налила два стакана и сунула их клиентке через стойку.
– Льдом не подавитесь.
Гадина!
Аарон засмеялся.
– Ух ты! Кажется, мне начинает нравиться эта новенькая.
Я сделала вид, что не слышу: меня уже ждал следующий посетитель. Пока я билась со все более сложными заказами и все более капризными клиентами, Аарон и его приятель продолжали отпускать комментарии, пересыпанные шуточками про рыжих, хотя, надо сказать, посетителям от них доставалось не меньше, чем по мне. И все-таки это бесило. Вряд ли моя вспыльчивость как-то связана с цветом волос, но моему терпению наступал конец. С каждой новой колкостью в мой адрес становилось все труднее держать себя в руках.
Когда один парень грубо цыкнул на меня, чтобы я поторапливалась, я налила ему водки меньше положенного и сказала, что буду разбавлять его коктейли, пока он не научится себя вести. Потом какой-то старик, откровенно пялясь на мою грудь, спросил, не налью ли я ему чего-нибудь особенного, и я отмерила унцию бурбона, а потом долила стакан доверху гранатовым сиропом.
– Сладенький, – сказала я с жеманной улыбкой. – Совсем как я.
Он сердито фыркнул.
– Налей чего-нибудь нормального.
– Что просили, то и налила.
– Но…
– Следующий!
Он оставил розовую гадость на стойке и вернулся за свой столик ни с чем.
Аарон хихикнул:
– Эй, Кай, чем кончается война с рыжей?
– Полным порыжением, – с усмешкой ответил темноволосый. – Ты хоть понимаешь, что ты сам рыжий, а? Сам себя дразнишь.
Я обожгла их сердитым взглядом. Зачем они портят мне и без того паршивый вечер? Почему бы им не перетащить свои сексуальные задницы куда-нибудь за столик? Надо сказать, они и правда были очень даже ничего, но это только больше меня злило. Такая отпадная внешность, и таким придуркам досталась… Ну, может быть, к парню со шрамом это не относится. Может, он и не придурок. Он почти все время молчал, так что с уверенностью сказать было нельзя.
Все трое выглядели как настоящие модели, только из разных журналов. Аарону бы скакать по прериям верхом, гоняться с лассо за диким стадом… или за какими-нибудь красотками. Одет он был не по-ковбойски, но что-то в нем было такое – суровое и мужественное. И мускулы накачанные – тугие бицепсы, крепкие плечи, обтянутые серой футболкой.
Его приятель Кай словно сошел с рекламы роскошного автомобиля – парень за рулем поправляет темные очки, небрежно катя в спортивной машине по извилистой горной дороге, камера нацелена прямо в лицо. Эти темные волнистые волосы, светлая кожа и экзотические черты лица могли бы продать что угодно.
С третьим было сложнее. Помимо шрама, у него были умопомрачительная оливковая кожа и растрепанные темно-каштановые кудри, а стильная легкая щетина придавала ему невероятно сексуальный вид. Чертовски красив, но не слишком яркой красотой – идеальный типаж для рекламы повседневной мужской одежды. Носи наши джинсы, и на такого простого парня, как ты, женщины будут вешаться гроздьями.
Да, хороши, паршивцы, что и говорить. Аарон, к тому же, прекрасно знал о своей привлекательности.
– Новенькая, – окликнул он, как только у меня выдалась свободная секунда и я смогла перевести дух. – Мне нужно еще выпить.
Я сердито вытерла пролитый гранатовый сироп. Отказаться его обслуживать – означало признать, что он победил.
– Что тебе?
– Хм. – Он задумался, растягивая время. – Возьму «Маргариту», некрепкую. С вишенкой и зонтиком.
Я посмотрела на него исподлобья. Разбавленный коктейль? Фу! Я повернулась к блендеру, насыпала в стакан льда и стала искать смесь для «Маргариты». Очередь у бара снова росла, я выскочила в заднюю дверь и бросилась к кладовке, чуть не сбив с ног Рэмси. Перерыла все полки, отыскала банку и поспешила назад. Добавить ингредиентов, перемешать, проверить консистенцию, снова перемешать… Годится.
Я вылила коктейль в стакан для «Маргариты» и сунула его Аарону.
Он бросил на стакан короткий взгляд.
– А вишня где?
– Нет у меня вишни.
– У нас всегда есть вишня.
Я зарычала от злости и снова ринулась на кухню. Нашла в кладовке огромную банку с засахаренными вишнями, притащила ее к стойке, отвинтила крышку и выудила одну вишенку за ножку. Бросила в слабенький коктейль и добавила туда же веточку мяты.
– Доволен?
– А зонтик где?
– Обойдешься.
– Без зонтика «Маргарита» – не «Маргарита».
Целая дюжина недовольных посетителей ждала своей очереди заказать напитки. Я повернулась к ним, но…
– Без зонтика не хочу, – заявил Аарон. – Принеси-ка…
Перед глазами у меня поплыла красная пелена. Я резко развернулась к нему, схватила «Маргариту», на приготовление которой потратила пять драгоценных минут, и рявкнула:
– Если не хочешь пить, получай так!
И выплеснула коктейль ему в лицо.

Глава 4

Ну то есть я хотела облить «Маргаритой» Аарона. Но размахнулась слишком энергично, и его друзья тоже получили по полной порции ледяного коктейля в лицо. Все трое шарахнулись, в баре все стихло, и все лица до одного повернулись ко мне.
Шарик дробленого льда скользнул по лицу Аарона и упал ему на колени.
– Не смешно, нов…
– Не смешно, да? – вскричала я, грохнув обеими руками по стойке бара. – Я пашу тут как проклятая, и ни одна сволочь спасибо не скажет, а ты еще и цепляешься ко мне, как капризный пятилетка. Еще раз рот откроешь – я тебе газировочный пистолет в глотку запихну, тогда посмотрим, как ты будешь отпускать свои шуточки!
В пабе, как и тогда в кафе, повисла изумленная тишина. Ясно было, что «боевое крещение» я провалила, ну и наплевать. Отработаю смену, раз уж обещала (да и деньги за это издевательство получить надо), и ноги моей здесь не будет.
Все вытаращились на меня, а потом кто-то разразился хохотом. Второй приятель Аарона – его лицо со шрамом было все забрызгано «Маргаритой», а он хохотал так, что стул под ним качался.
– Ну и дела, – выговорил он сквозь смех. – Еще одна рыжая, и огня в ней побольше, чем в тебе, Аарон!
То тут, то там начали хихикать, наконец смех прокатился по всему пабу, а затем разговоры возобновились, словно ничего не произошло. Я стояла, тупо моргая, и ждала, что меня снова вышвырнут за дверь за нападение на клиента.
Парень со шрамом справился с приступом смеха.
– Кай, ты это не снял случайно?
– Жаль, но нет. А то я бы уже выкладывал видео.
– Хм-м, – промычал Аарон, не открывая рта. Может быть, он принял мою угрозу всерьез.
– Усвоил урок, юный падаван?
Голос прозвучал неожиданно и так близко, что я подпрыгнула на полфута. За моей спиной стоял мужчина, он словно из-под пола вырос. Точеные черты лица, умные глаза, волосы с проседью и короткая бородка – от него веяло спокойным авторитетом Руководителя. С большой буквы. Я отступила на шаг, не сводя с него глаз. Еще один красавец. В принципе пожилые мужчины не в моем вкусе, но этот был привлекательным, и даже очень.
Хотя… он ведь наверняка явился, чтобы выставить меня отсюда, и это сильно убавляло ему привлекательности.
Он повернулся ко мне, и я сжалась, ожидая сурового взгляда, требования объяснений и неизбежного увольнения.
Вместо этого он протянул мне руку.
– Я Дариус, глава. Добро пожаловать в «Ворон и молот».
Ого, выходит, меня выставит за дверь не кто-нибудь, а сам глава заведения. Повезло, нечего сказать. Я подала ему руку и удивилась теплому и крепкому пожатию.
– Тори Доусон. Приятно познакомиться.
– Взаимно, – ответил он, в его серых глазах мелькнула искорка. – Спасибо за хорошую работу.
Я ждала неизбежного: «Но, к сожалению, я вынужден попросить вас уйти».
Он вытянул руку в сторону и выхватил Клару словно прямо из воздуха – или, что более вероятно, перехватил на полпути из кухни.
– Клара, мы почти готовы начинать, и, думаю, бармену пора устроить честно заслуженный перерыв. Вы готовы вернуться к раздаче напитков после собрания, Тори?
– Э-э-э… – События развивались не по моему сценарию. – Д-да?..
– Отлично. Отведи ее на кухню, пусть отдохнет, а я подам напитки последним желающим.
– Да, сэр. – Клара схватила меня за руку, и не успела я опомниться, как она уже втаскивала меня на кухню. – Рэмси, у тебя найдется лишний бургер?
– Уже приготовил специально для нее. – На лбу Рэмси блестел пот, подводка размазалась. Не я одна тут пахала как лошадь. – Надеюсь, добавки тебе придутся по вкусу.
Он протянул мне тарелку – на ней был бургер, набитый всякой всячиной, с плавленым сыром, стекавшим по пухлой булочке с кунжутом, и дымящаяся картошка фри, посыпанная приправами. Клара затащила меня в захламленный кабинет, и я стояла с тарелкой и ждала, когда она освободит уголок стола.
– Садись и отдыхай, – сказала она мне. – Собрание будет идти около часа, а потом я за тобой зайду.
– Ты уверена? Я не…
– Отдыхай, отдыхай. – Она пятилась спиной. – Я должна успеть до начала. Если хочешь пить, поищи в холодильнике.
Оставшись в одиночестве, я бросила в рот кусочек картошки и откусила от бургера – обожгла язык. Видимо, Клара и Дариус в полном отчаянии, раз позволили мне работать до конца смены. Откинувшись на спинку стула, я прокрутила в памяти сцену с «Маргаритой». Выражение лица Аарона было бесценно.
Жуя бургер, я усмехнулась. Шанс получить работу упущен, но оно того стоило. Да и кто бы захотел здесь работать? Полный паб конченых придурков.
Хотя Клара симпатичная, мысленно уточнила я. И Дариус кажется довольно приятным, хотя он, скорее всего, просто изображал любезность, чтобы я не сбежала и выручила их после собрания. Я жевала и размышляла, что это за таинственное собрание такое. Очень уж странная компания. Что у них может быть общего?
Я резко выпрямилась на стуле: меня вдруг осенило. Анонимные засранцы. Терапевтическая группа для мерзких людишек. Хихикнув, я уселась поудобнее, морщась от боли в спине. Ноги ныли, и вообще-то удобные сандалии натерли на пальцах здоровенные мозоли. Сколько же еще будет продолжаться эта смена? Если сильно затянется, потом придется понервничать, дожидаясь автобуса на остановке.
Прикончив бургер и картошку (просто, но вкусно), я решилась высунуть нос из кабинета и взяла в холодильнике бутылочку колы старого дизайна. Пока я пыталась содрать крышку, пересохшее после картошки горло сжалось в болезненном спазме. Да что ты будешь делать! И кто только додумался намертво запечатывать бутылки с несчастной газировкой?
Умирая от жажды, я стала искать открывашку. Можно, конечно, попить воды, но я, черт возьми, хочу колы! Я ее честно заработала. По запотевшей стеклянной бутылке даже струйки воды стекали, прямо как в рекламе. Я почти чувствовала вкус.
Открывашку я оставила на рабочем месте. Ничего страшного же не случится, если я выскочу за ней на секундочку? Я быстро. Я подкралась к двери и приоткрыла ее.
В пабе было тихо – слышался лишь ясный голос Дариуса. Все анонимные засранцы сидели, повернувшись к стене, у которой стоял Дариус с бумагами в руках. Клара стояла рядом и кивала в такт его словам. Все слушали внимательно, прямо как офисные работники на деловой встрече.
Хотя нет, не так. Атмосфера была скорее, как в группе копов во время доклада о только что совершенном преступлении. Гораздо серьезнее, чем на любом офисном собрании, на каких мне приходилось бывать.
Дариус с великолепной уверенностью удерживал внимание примерно полусотни человек.
– Поправка к правилам подотчетности глав потребует некоторых негласных изменений, но не думаю, что это отразится на нашей повседневной работе. Циркуляр ОМП предписывает неукоснительное соблюдение правил, но…
– Но когда это нас останавливало? – выкрикнул кто-то. В зале раздались смешки.
– Не знаю, босс, – послышался знакомый голос Аарона, и я увидела всю троицу за столом, а рядом с ними – какую-то девушку с синими волосами. – Вы уверены, что первое правило останется без изменений?
– Не бей первым… – начал кто-то.
– Но всегда давай сдачи! – разом откликнулись чуть ли не все пятьдесят голосов. Я изумленно таращилась на Дариуса, а тот улыбался, как гордый отец.
– Первое правило не изменится никогда, – сказал он. – Главное, о втором не забывайте.
Снова смех.
– Итак, к делу. ОМП выпустило несколько уведомлений о мерах безопасности, и… – Тут он повернул голову, и встретился со мной взглядом.
Я попятилась, прижимая к груди бутылку с колой. Дверь захлопнулась, за ней снова зазвучал голос Дариуса, но скрежета стульев было не слышно – значит, никто не вскочил и разъяренная толпа не ринулась за мной, чтобы линчевать за шпионаж. Вернувшись в кабинет, я поставила так и не открытую колу на стол.
«Не бей первым, но всегда давай сдачи». Что за правило такое? Если это действительно группа поддержки анонимных засранцев, то их тут чему-то не тому учат. Я прикусила ноготь большого пальца. Дариус что-то говорил о подотчетности главы и о каком-то, по-видимому, регулирующем органе – ОМП. Может быть, это связано с бизнесом, с ресторанами или с чем-то еще.
Я решительно выбросила все это из головы. Не все ли равно, что у них там за собрание, – я ведь сюда больше не приду.
Остаток свободного часа я играла в телефоне, только на пару минут отвлеклась, чтобы подробнее написать Джастину, где я, – на случай, если ему придется опознавать мой труп. В начале девятого в дверях возникла Клара.
– Ну, как отдохнула? – весело спросила она. – Готова приступать?
– Угу, – вяло протянула я, даже не пытаясь изображать энтузиазм.
Клара нахмурилась – не то разочарованно, не то встревоженно, – но, прежде чем она успела что-то сказать, я взяла себя в руки и улыбнулась.
Мы вернулись на передовую, и атмосфера в пабе поразила меня настолько, что я застыла в дверях. Этот Дариус что, накачал всех веселящим газом? Зал гудел от непринужденной болтовни, шуток и веселья. Я заморгала. Нет, это точно наркотики. Ничем другим такую резкую перемену настроения не объяснишь.
Я вновь принялась за работу, но теперь все шло как по маслу по сравнению с тем, что было раньше. Дружелюбными я бы этих людей все равно не назвала, однако враждебность и нетерпимость исчезли. Или они просто опасались, что я их чем-нибудь оболью. Даже тот жутковатый старик держался довольно вежливо, и я налила ему нормальный коктейль.
Еще час пролетел незаметно, и в промежутках между заказами я разглядывала эту странную компанию. Пара престарелых китайцев беседовала с миниатюрной женщиной – ее короткая стрижка казалась отчаянной попыткой привлечь внимание, в платиновых волосах блестели бледно-розовые пряди. Рядом с ней сидел парень со светло-каштановой шевелюрой, в очках с толстыми стеклами – вид у него был такой, словно он попал сюда по ошибке, заблудившись по пути на какую-нибудь техническую конференцию.
За другим столиком восседала чопорная бизнес-леди в дизайнерских темных очках, поднятых на голову. Напротив нее – молодой человек с великолепно очерченными скулами, с волосами длиннее моих, заплетенными в замысловатые косы – как будто он эльфа косплеил. Пожилая женщина в вязаной шапочке и очках в бирюзовой оправе раскладывала карты перед другой женщиной, помоложе, с кожей цвета тикового дерева и прической, украшенной деревянными бусинами.
И, конечно же, три моих звезды. Рыжий шутник Аарон, Кай с экзотической внешностью и хорошо подвешенным языком и безымянный третий. Они сидели в расслабленных позах за столиком вместе с красивой девушкой с ярко-синими волнистыми волосами. Ладно хоть от меня отвязались.
Я юркнула на кухню, чтобы набрать еще льда, и увидела Рэмси: он сидел на стуле и читал что-то в телефоне, натянув сетку на свои готические локоны. Наполнив ведерко, я потащила лед к стойке и застонала, увидев, кто меня там дожидается.
– Чего еще? – раздраженно спросила я Аарона.
Он закатил свои ярко-синие глаза. Кай и тот, третий, стояли по обе стороны от него: один засунул руки в карманы узких черных джинсов, другой небрежно облокотился на стойку.
– Ну, в общем… – Аарон откашлялся. – Сегодня все за счет заведения, но мы тут прошлись и собрали для тебя немного чаевых.
Я растерянно уставилась на него:
– Что?
Он вытащил из кармана пачку денег и подтолкнул ко мне по стойке.
– Не прикидывайся дурочкой. Ты это заслужила, новенькая.
– Меня зовут Тори, – отрезала я. Ужасно хотелось схватить толстенькую пачку банкнот, но у меня все-таки еще оставалась гордость.
Прошла секунда, и я запихала деньги в карман фартука. Какая гордость, кому она нужна?
– Спасибо, – добавила я. – Я очень благодарна.
Словно оскорбленный предположением, что он способен сделать что-то доброе, Аарон сердито посмотрел на своего безымянного друга.
– Это была не моя идея, но… да. Мне уже не терпится снова послушать, как ты оскорбляешь Сильвию.
– А еще порцию «Маргариты» в лицо не хочешь? – заметила я.
Он насмешливо фыркнул, и – о ужас! – от его усмешки что-то затрепетало у меня в животе. Немножко. Совсем чуть-чуть. Когда этот придурок молчал, он был почти очарователен.
Аарон и Кай вернулись за столик, а третий парень задержался.
– Тебя не затруднит налить мне колы?
– Конечно. – Я налила ему стакан. – Это ты придумал собрать для меня чаевые?
– М-м-м, – неопределенно промычал он. – Как сказал Аарон, ты заслужила. Мы народ непростой.
Сначала я подумала, что он говорит об Аароне и Кае, но потом поняла, что он имеет в виду всю эту странную компанию. Я окинула глазами паб, затем снова перевела взгляд на своего собеседника. Шрам, хоть я и привыкла к нему, все-таки сильно смущал. Но я, не дрогнув, уставилась в эти разные глаза.
Парень улыбнулся, и это была не озорная усмешка Аарона, а тихая улыбка, излучавшая заразительное спокойствие. И снова в груди что-то екнуло. Вот черт.
– Как тебя зовут? – само собой вырвалось у меня.
– Эзра. – Он протянул мне руку через стойку. Рукопожатие у него было теплое и крепкое, ладонь в мозолях. – Спасибо, что вытерпела нас, Тори. Надеюсь, ты останешься здесь работать.
Я состроила гримасу, не успев сдержаться.
– Честное слово, мы не такие уж плохие, – засмеялся Эзра. – Любой, кто может заставить Аарона умолкнуть, отлично впишется.
Он взял стакан – осторожно, словно опасаясь пролить (хотя колы там было не до краев, да и бар уже не сиял чистотой), – и вернулся к друзьям. Я проводила его восхищенным взглядом. Трое суперсексуальных мужчин в отличной форме, а один еще и дружелюбный. Неплохой расклад.
Прошел еще час, и вечеринка постепенно закончилась. Паб как-то незаметно опустел, посетители разошлись по двое и по трое, и наконец остались только мы с Кларой и Рэмси. В почти оглушительной тишине я вытирала столики и расставляла стулья. Ну и вечер! Я была совершенно без сил, и на душе становилось все тяжелее.
Пора получить очередной отказ.
Я вздернула подбородок. Ну и пусть! Я, как могла, старалась сдерживаться, но все-таки огрызаться на хамящих клиентов, отказываться обслуживать придурков и не давать себя в обиду – это весело. То есть, конечно, в целом вечер выдался на редкость дерьмовым, но выплеснуть «Маргариту» в лицо Аарону и наорать на него было чертовски приятно.
Вздохнув, я вытерла последние столы и вернулась за стойку – как раз в тот момент, когда Клара вылетела из задней двери, как обычно, сломя голову. Теперь-то куда так спешить?
– Тори! Я боялась, что ты ушла! – Она рухнула на стойку, чуть не своротив кран с содовой. – Ну и вечерок. Ноги отваливаются.
– У меня тоже.
Ее брови сошлись над переносицей.
– Как прошел вечер? Что скажешь?
– Я? Э-э-э… – У меня что-то замкнуло в голове. Что за вопросы после моей выходки?
– Они бывают невыносимыми, я знаю, – серьезно сказала Клара. – Просто они очень ревниво относятся… к своему убежищу, понимаешь? Новое лицо – это всегда неизвестность…
– Хм. Ну да.
– Ты очень хорошо поработала, даже ни разу не обратилась ко мне за помощью. На Дариуса это тоже произвело впечатление.
Помощь мне не помешала бы, и не раз, но Клара сама сбивалась с ног, и к тому же… стоп. Она сказала, что я произвела впечатление на главного управляющего?
– Ты же видела, да? И Дариус – разве он не видел, как я окатила этих парней?
Клара засмеялась.
– Этого я не видела, но, зная Аарона, уверена, что он сам напросился. Да и Кай с Эзрой недалеко от него ушли.
– Так ты не злишься? Вы меня не выгоните?
– Выгоним? – Клара нахмурилась. – Нет, конечно. Я хочу тебя нанять.
Я ухватилась за стойку.
– Извини, ты случайно не пьяна?
– Тори, ты держалась молодцом! Я же сказала – не давай себя в обиду, и ты так и сделала. Последние пять барменов продержались у нас не дольше недели, но ты, думаю, справишься. – Она ободряюще улыбнулась. – Дальше будет легче, обещаю. Как только они к тебе привыкнут, ты станешь своей в банде.
Опять это слово. Банда.
– Э-э-э… Клара, не пойми меня неправильно, но… здесь что, занимаются… ну, знаешь… чем-то криминальным? Если так, то это не для меня.
– Да нет, у нас все по правилам, не волнуйся. – Она сцепила пальцы в замок. – Так что скажешь, Тори? Попробуешь?
Что за странная насмешка судьбы? В кои-то веки не я умоляю менеджера взять меня на работу, а совсем наоборот?
– Я… не знаю.
Мерзкие люди. Странные упоминания о «банде». Подозрительные лозунги на собраниях. Опасный район. Плюсов что-то не много.
– Для начала буду платить тебе пятнадцать долларов в час.
Мои глаза вытаращились сами собой. Ну, это уже плюс.
– Твои смены – со вторника по субботу с четырех до двенадцати, – продолжала Клара. – По воскресеньям и понедельникам в баре работает Купер. Правда, если он не сможет прийти, а ты будешь свободна, я могу тебя вызвать.
Я закусила губу. С четырех до двенадцати – идеально сочетается с занятиями в колледже. Еще один плюс.
– В свою смену можешь есть все, что захочешь, и безалкогольные напитки брать бесплатно. А если в меру, то иногда можно чего-нибудь и покрепче.
Так, теперь это уже довольно сильное искушение. Отличная оплата, отличное расписание и бесплатная еда.
– А ничего, если я… э-э-э… иногда буду держаться построже с трудными посетителями. Когда…
– Да ничего страшного, – весело отозвалась Клара, как будто я с жаром согласилась: «Да, берусь за эту работу!» Она сунула руку в карман и вытащила сложенную пополам пачку банкнот. – Вот твоя плата за сегодняшний вечер. Завтра сможешь выйти? В воскресенье обычно не твоя смена, но Купер болеет, и вечер на этот раз будет тихий. Как раз и подучишься, и освоишься.
– Хм… Звучит… неплохо.
– Замечательно! Сможешь прийти к половине четвертого? Оформим тебя официально, и к четырем будешь готова приступать к работе. Заявку на членство тоже можешь подать, обсудим, если тебя это интересует. – Она просияла и неожиданно обняла меня. – Добро пожаловать в «Ворон и молот», Тори!
Она умчалась, а я все никак не могла прийти в себя. Я-то собиралась уйти и никогда больше здесь не появляться. Но… теперь у меня есть работа? И мне будут платить целых пятнадцать долларов в час?
Запрокинув голову, я покосилась на гигантский молот, висевший над баром. Смесь растерянности и восторга колючим холодком пробежала по позвоночнику.
Во что же я ввязалась?

Глава 5

Я сидела у Джастина на кухне и разглядывала аккуратные стопки денег, разложенные на столе. Послеполуденное солнце струилось в окна, согревая спину. Я отбросила назад за плечи распущенные локоны, еще влажные после душа.
Сжала губы и в третий раз методично пересчитала деньги.
Судя по всему, Клара заплатила мне как за полную восьмичасовую смену, хотя я проработала меньше шести часов. А остальные… Всю дорогу до дома я снова и снова пересчитывала чаевые, которые собрали для меня Аарон, Кай и Эзра. Если бы я сразу сообразила, сколько денег в этой пачке, то держалась бы с Аароном куда дружелюбнее.
Почти четыреста долларов. Четыре. Сотни. Долларов. Наверное, обошли в пабе всех подряд и каждого заставили выложить по пятерке или по десятке. Полсотни человек.
Я прикусила нижнюю губу. Собрать чаевые придумал Эзра, но он, кажется, слишком тихий и мягкий для такого дела – вытрясать из людей деньги. Это наверняка Аарон с Каем действовали хитрыми уговорами… или угрозами.
Я встала из-за стола, вернулась на диван и поставила на колени ноутбук. Браузер был открыт еще со вчерашнего дня. Если верить интернету, «Ворон и молот» существует уже больше пятидесяти лет, но их присутствие в сети ограничивалось упоминаниями на паре сайтов с ресторанными обзорами, даже без отзывов посетителей, и в одном списке компаний.
Невидимость паба в интернете означала, что они не заинтересованы в привлечении новых клиентов. Клара называла его «убежищем» и что-то такое говорила о членстве. Я по-прежнему не представляла, что же могло свести в один клуб таких разных людей всех возрастов и слоев общества, но, может быть, это заведение из тех, куда вход только по приглашению. Тогда понятно, почему они даже не удосужились завести страничку в «Фейсбуке».
Но что, если это все-таки какая-нибудь незаконная организация, а паб – просто прикрытие? Банда… Банда, в которой сообща орудуют старики, бизнес-леди, девушки моих лет, молодые красавцы, повара-готы и неуемно-энергичные заместители главного управляющего, с ходу бросающиеся обнимать новых сотрудниц?
Что-то тут не вязалось. Однако главный вопрос был не в том, что представляет собой «Ворон и молот» на самом деле.
Вопрос был в том, хочу ли я там работать.
Мой взгляд снова упал на красивые стопки денег. Я все еще с жадностью разглядывала их, когда лязгнул замок входной двери и в квартиру, прихрамывая, вошел Джастин – плечи понуро опущены, полицейская форма в грязи.
– Джастин! – Я швырнула ноутбук на диван и выбежала в коридор. – Что с тобой? Что случилось?
– Все в порядке, – успокоил он меня. – Схватил одного типа, да упал неудачно – в канаву. И, главное, все зря.
– Зря? – Я прошла за ним по коридору на кухню, и там он уселся на табурет. – Но ты же говоришь, что поймал этого типа?
– Поймать-то поймал, а арестовать не смог. Только конфисковать наличные, которые были при нем – тысячи долларов, выманенных у доверчивых людей. Жулик паршивый.
Пока он рассказывал, я налила и включила чайник. Из каких-то совершенно непонятных мне соображений Джастину всегда хотелось чая после тяжелого дня. Я-то предпочитаю топать ногами и орать, пока мне не полегчает. Может быть, мы с ним оба ошиблись в выборе профессии.
– Я что-то не понимаю. Ты же его поймал? Почему же не смог арестовать?
Джастин поколебался и наконец пробурчал:
– Такие правила дурацкие. Не от меня зависит.
– Бред какой-то.
– Вот и я так думаю. – Он постучал пальцем по столу. – Тори, я должен спросить. Что это за деньги?
Не глядя на стопки банкнот, я достала кружку.
– Плата за квартиру.
– Это все за ту смену, которую ты отработала вчера вечером? Неплохие чаевые, я смотрю.
– Очень даже неплохие. – Я залила чайный пакетик горячей водой и пододвинула Джастину чашку. – Мне предложили работу на полную ставку. Со вторника по субботу, с четырех до полуночи.
Вместо того чтобы поздравить меня, Джастин взял со стола Кларины двадцатки и разложил веером.
– По тем эсэмэскам, которые ты слала в перерыв, у меня сложилось впечатление, что дела идут не очень.
– Мне тоже так показалось, но… может, им как раз нужен кто-то потверже характером? Клиенты там сволочные, но, – я кивнула на деньги, – на чай дают щедро.
– Как, ты говоришь, называется это заведение? Где это?
Я рассказала о вчерашнем вечере, опустив самые странные подробности – ну, например, что я могла сказать о девизе, который они хором выкрикивали на собрании?
– Район нехороший. Там небезопасно, особенно для одинокой девушки. – Джастин положил деньги на стол. – И не обижайся, но непонятно, почему они решили тебя нанять, если ты обливала людей коктейлями и грубила.
– Ну да, согласна, это странно, но, может быть, они и правда в безвыходном положении. – Я присела рядом с Джастином. – Это же работа? И мне она очень нужна. Можно поработать пока там, а параллельно подыскивать что-нибудь получше.
– Слишком большой риск. Я могу помочь тебе, пока не найдешь новую работу – безопасную. А вдруг тебя там прокинут с оплатой или еще что-нибудь похуже?
– Я справлюсь. – Я не хотела позволять Джастину опекать меня. Хватит того, что я живу в его квартире. – Это всего на пару недель.
– Нельзя тебе по ночам одной ходить, по такому-то району.
– В квартале от бара есть автобусная остановка. – Джастин пристально посмотрел на меня, и я буркнула: – На такси буду ездить.
На что и уйдет весь мой заработок.
– Дело того не стоит. Забудь про эту работу, ищи что-нибудь другое. – Он сложил все деньги в пачку и придвинул ее ко мне. – Оставь себе. Я сам заплачу за квартиру в этом месяце.
– Нет. – Я отодвинула пачку обратно. – Если уж я здесь живу, то буду честно вносить свою долю.
Джастин сощурился. Я с вызовом смотрела на него. Он сердито допил чай одним глотком и встал.
– Тори, почему ты никогда мне не позволяешь помочь тебе?
И, не дожидаясь ответа, направился в свою спальню. Подавив в себе чувство вины, я смотрела, как закрывается за ним дверь. Я, как могла, старалась не быть ему обузой: платила за квартиру, занималась уборкой, все свои вещи держала в коробках.
Я собрала деньги и сунула их в почтовый органайзер Джастина. При всех своих неудачах с работой я еще ни разу не пропустила плату за квартиру и не собиралась этого делать. Даже если придется работать барменом в загадочном «Вороне и молоте».
Остается надеяться, что это и правда полностью легальное заведение, как утверждала Клара, иначе… Сломать карьеру не только себе, но и Джастину – это была бы та еще вишенка на дерьмовом торте этого года.

* * *

Дорога пешком от квартиры Джастина до «Ворона и молота» заняла чуть больше получаса. На этот раз на мне были по-настоящему удобные туфли, капри и изумрудного цвета блузка без рукавов. Мои рыжие кудри были собраны в хвост, челка зачесана набок, и я надеялась, что все это сохранится в таком виде до конца вечера. Я была готова к очередной адской смене.
Если честно, трепет в животе был скорее приятным, чем наоборот. Шагая вперед энергичной, пружинистой походкой, я вдыхала прохладный ветерок с запахом приближающегося дождя. У меня теперь есть работа, доходы резко выросли и начальство разрешает орать на клиентов. Мне ли жаловаться на жизнь?
Яркие краски и людные тротуары Гастауна сменились зарешеченными окнами и заколоченными дверями Даунтаун-Истсайда, и через несколько кварталов я свернула на неприметную улочку. Остановилась перед черной дверью с облупившейся краской и выцветшими буквами. Вот я и снова здесь.
Как только я потянулась к ручке двери, радостное волнение тут же смыло волной отвращения. Как и вчера, меня охватило непреодолимое желание бежать отсюда. Я стиснула зубы и шагнула в дверь.
В баре было тихо, только сверху, из того угла, где лестница, доносился гул голосов. За столиком сидело всего три посетителя – мои старые знакомые. Над листом бумаги склонились три головы – рыжая, черная и кудрявая каштановая.
Я подошла ближе, и Эзра поднял голову. Разные глаза, теплый карий и белый, встретились с моими.
– Она вернулась!
Аарон выпрямился, сверкнул зубами, усмехаясь:
– Явилась за новыми приключениями на свою голову, а, новенькая?
– Не волнуйся, я хорошо вооружена.
В конце концов, газировочный пистолет всегда при мне.
Не успела я обойти их столик, как Клара вылетела из кухни со стопкой бумаг.
– Тори! – просияла она. – А я боялась, что ты передумала.
– Ни за что.
Я села на барный стул, пока она рылась в бумагах. Аарон, Кай и Эзра снова уткнулись в какую-то большую карту.
– Я рада. – Клара вытащила из стопки листок и сунула мне, а затем протянула ручку. – Столько дел накопилось. Наконец-то переделаю всю бумажную работу за полгода – теперь, когда не нужно больше стоять за стойкой по очереди с Купером. Он тоже будет рад вернуться к своему обычному графику. Трудолюбие – не его сильная сторона.
Я рассеянно кивнула, хмурясь над листком. Он был не похож на те заявления о приеме на работу, которые мне приходилось заполнять раньше. На логотипе вверху стояли буквы «ОМП» – та самая аббревиатура, которую Дариус упоминал вчера на собрании.
Мысленно пожав плечами, я начала заполнять анкету. Обычные вопросы – имя, дата рождения, адрес, номер телефона, контакты для экстренных случаев. В самой верхней строчке стояло: «Номер ИНМ», но я ее пропустила. Что за номер такой? Клара, наверное, знает.
Я покончила с анкетой, и Клара положила передо мной налоговую форму – самую обыкновенную. За дальним столиком громче зазвучал голос Аарона, в нем появилось раздражение, но я не стала отвлекаться. Не хватало еще напутать с цифрами, чтобы с меня потом вычли двойные налоги или еще что-нибудь в этом роде.
– Нужно будет сделать копии твоего удостоверения личности и сертификата, – сказала Клара, читая мою анкету. – Да, и ты забыла указать номер ИНМ.
Я нашарила в сумочке бумажник и протянула Кларе водительские права.
– Что я забыла?
Не расслышав вопроса, она взяла права.
– О, так ты из Онтарио? Машину водишь? У нас есть парковка.
– В Онтарио водила, – сухо ответила я. – А здесь нет. Кому тут нужна машина?
Она рассмеялась.
– В центре ни у кого машин нет, кроме вот этого балбеса. – Она кивнула в сторону троицы, и Аарон, не прерывая раздраженной тирады (о том, что кое-кто осторожничает, как старая бабушка на катке), показал ей средний палец.
Клара только фыркнула, словно этот ответ ее позабавил. А мне захотелось дать ему по шее, чтобы не грубил.
– Ну ладно, – сказала Клара, доставая из кармана вторую ручку. – Давай, я запишу твой номер ИНМ, а ты пока…
Я подняла глаза. Клара, прищурившись, разглядывала мои права, и между бровями у нее появилась глубокая складка. Она протянула мне права обратно.
– Мне нужно настоящее удостоверение личности.
– Э-э-э… – Я заморгала. – Оно настоящее.
– Нет, я имею в виду – твое настоящее удостоверение личности.
– В смысле… паспорт?
– Да нет, ИНМ! – Она помахала в воздухе моими правами. – Здесь же нет номера ИНМ.
Я откинулась на спинку стула, не понимая, что привело Клару в такое смятение.
– Что такое номер ИНМ?
– Не смешно. – Я все так же недоуменно смотрела на нее, и вдруг она побледнела. – Тори, какой у тебя класс?
– Класс?
Клара вцепилась руками в барную стойку. Глаза у нее округлились.
– Ну да, класс у тебя какой?
– В смысле, в колледже? Я же…
– Да нет, класс магии! – Еще сильнее разволновавшись, она сунула карточку мне под нос. – Почему на твоих правах нет идентификационного номера? Ты же зарегистрирована?
– Где зарегистрирована? Клара, я не понимаю, о чем ты.
В глазах Клары мелькнула паника.
– Боже ты мой. Не может быть.
– Чего не может быть?
– Ты человек.
Я снова заморгала. Прищурилась. Потерла ухо, как будто ослышалась.
– Прошу прощения?..
Клара бросила мои права на стойку и закрыла лицо руками.
– Дариус меня убьет. Почему я еще вчера не проверила у тебя удостоверение личности? Я идиотка.
– Клара, – проговорила я, встревоженная и совершенно сбитая с толку. – Клянусь, это настоящее удостоверение. Мне двадцать один год, я достаточно взрослая, чтобы работать барменом, и…
– Да не в этом дело, – простонала она. – Как ты вообще узнала об этом заведении? О вакансии? – Она беспомощно уронила руки. – У тебя есть родственник-маг? Это он тебе подсказал искать здесь работу? Пожалуйста, скажи, что так и было.
– Что такое маг?
– О боже. Ну и влипла же я. Надо было сразу… но ты идеально подошла. Никого не боялась – даже Аарона! Я-то подумала – надо же, какой крутой маг решил подработать барменом, а ты…
– Уймись, Аарон, – заглушил ее слова сердитый голос Кая. – Не выйдет по-твоему, хватит с нас. Твои планы всегда заканчиваются шаровыми молниями и взрывами.
Шаровые молнии? Взрывы? Я оглянулась на них. Аарон огрызнулся:
– Ну и что тут плохого?
– Тори. – Паника в голосе Клары снова привлекла мое внимание, хотя Кай с Аароном продолжали спорить. – Ты вчера что-нибудь видела?
– А?..
– Видела что-нибудь… необычное?
– Необычное? – тупо переспросила я. – Например?
– Ну-ка повтори, что ты сказал, – яростно взревел Аарон, – и я поджарю твою бледную задницу до хрустящей корочки!
Его рука взметнулась вверх, из пальцев вырвался огонь. Алое пламя заплясало по коже, искры посыпались на стол. Сжав руку в кулак, он замахнулся на Кая.
– Аарон! – взвизгнула Клара. – Погаси огонь!
Аарон застыл с занесенным, все еще пылающим кулаком.
– Клара? Что случилось?
– Погаси! – крикнула она тонким от страха голосом. – Сейчас же!
Аарон щелкнул пальцами, и пламя исчезло.
– Тьфу! Да не психуй ты. Я и не думал его поджаривать по-настоящему.
– Просто… заткнись хоть раз в жизни, Аарон! – Клара стиснула голову в ладонях, словно хотела выдавить из нее мозг. – И так дела хуже некуда.
– Что такое? – Аарон встал из-за стола и подошел к нам, Кай и Эзра – следом. – В чем дело?
Я застыла неподвижно, не отрывая глаз от его руки – руки, только что полыхавшей огнем. Это как, считается «чем-то необычным»?
– Я облажалась, – простонала Клара, вновь закрывая лицо, словно даже смотреть на меня ей было невыносимо. – Я вчера не проверила у нее документы.
Аарон взял со стойки мои водительские права.
– Виктория Доусон? Тебя зовут Виктория?
Я стряхнула оцепенение и сердито нахмурилась в ответ на его насмешливый тон.
Кай выхватил карточку из руки Аарона.
– Тут нет ИНМ.
– Поддельное удостоверение? – весело спросил Аарон. – Клара, ты что, отступницу наняла?
– Хуже, – прошептала Клара. – Она человек.
Трое парней уставились на меня, а я так же неотрывно смотрела на них, не имея ни малейшего представления, о чем, черт возьми, идет речь. Но важнее этого непонятного разговора был огонь в руке Аарона – я никак не могла понять, как можно проделать такой фокус.
– Не может быть, – проговорил наконец Аарон. – Какой у тебя класс, Тори?
Я показала пальцем на его руку.
– Это был настоящий огонь?
– О, черт, – пробормотал Кай. – Как же она прошла сквозь отталкивающие чары на двери?
– Как она вообще узнала о вакансии? Она даже не знает, что такое ИНМ. – Клара выволокла из дальнего угла за стойкой табурет и рухнула на него. – Дариус меня точно убьет.
– Так… – Я выпрямилась на стуле. – Вы объясните наконец, о чем речь?
– Нет, – сказала Клара. – Прости, Тори, но я не могу тебя нанять. Тебе вообще здесь не место.
Я ощутила укол разочарования, а следом – болезненное чувство отверженности. Удивления почему-то не было. Слишком уж хорошо все складывалось с этой работой – конечно, это не могло быть правдой.
Не знаю, о чем они говорят, но объяснений вымаливать не стану. Раз меня не хотят здесь видеть, я не задержусь. Я выдернула свои права из пальцев Кая, сунула обратно в бумажник, перекинула ремешок сумочки через плечо и встала. Клара не смотрела мне в глаза.
Я хотела пройти к двери со всем возможным достоинством, но любопытство не давало покоя. Я повернулась к Аарону.
– Слушай… э-э-э… пока я не ушла… Можешь еще раз показать эту штуку с огнем?
На лице Аарона промелькнуло удивление, затем он усмехнулся.
Клара резко выпрямилась.
– Аарон, не…
Он протянул ко мне руку – ладонью вверх. Из пальцев посыпались искры, затем пламя вспыхнуло в ладони, забегало по коже, словно он окунул руку в масло. В лицо мне повеяло теплом. С ума сойти – и правда настоящий огонь!
Широко усмехаясь, Аарон сжал пальцы. Огонь вырвался наружу, охватил кулак, а затем перекинулся вверх по руке и пополз на плечо. Я отшатнулась: голую кожу опалило жаром. Аарон расслабил руку, и пламя погасло, не оставив следов ни на коже, ни на рубашке.
– Ого! – выдохнула я. – Ну ты даешь.
– Жжешь, – поправил Эзра.
Клара зарычала:
– Аарон! Ты. Нарушаешь. Закон. Прекрати выпендриваться. Она должна уйти.
– Да брось, Клара. Она не будет болтать. Правда же, Тори?
– Не буду, – твердо сказала я. Да и с кем болтать-то? Я посмотрела на Кая и Эзру. – А вы оба тоже умеете себя поджигать?
Уголок рта Кая дрогнул в веселой усмешке. Он сжал руку в кулак, и по ней забегали, потрескивая, белые электрические разряды.
– Огонь – это не так круто, как многие думают, – сказал он.
Я с нетерпеливым любопытством повернулась к Эзре, но тот только угрюмо вздохнул.
– Моя стихия не так эффектна. Я всего лишь скучный аэромаг.
– А это что такое?
Эзра взмахнул рукой, и вокруг меня закружился порыв ветра, хлестнул хвостом волос по лицу. Я отвела волосы назад, изумленно тараща глаза.
– Если вы сейчас же не прекратите, – прорычала Клара, – я доложу Тавифе.
Аарон поежился.
– Не говори ей. Она только и ждет повода на меня нажаловаться.
– Тори, тебе пора уходить. Прошу тебя.
– Погоди, – сказал Кай. – Закон ведь не запрещает людям работать на гильдии.
– Нет, но есть миллион условий, которые мы не сможем выполнить, – покачала головой Клара. – Да и вообще, из этого все равно ничего не выйдет. Ее тут заживо сожрут.
– Она вроде не из трусливых, – возразил Эзра.
– Это вчера она была не из трусливых, потому что не знала, чего бояться! – Клара указала на Аарона. – Она даже не знает, кто такие Синклеры. Она облила тебя коктейлем, потому что понятия не имела, что ты можешь поджечь ее в отместку.
– С ней не соскучишься, – просиял Аарон, словно воспоминание о том, как я вышла из себя и окатила его «Маргаритой», доставило ему удовольствие. – Мы должны ее оставить.
– Что?
– Тебе нужен бармен, – сказал Кай. – Позарез. Так дай ей шанс и посмотри, как она справится.
– Но… – Клара снова покачала головой. – Нет. Из этого ничего не выйдет. Да она и сама не захочет работать на гильдию.
– На гильдию? – эхом повторила я.
– Видишь? Она ничего не знает. Она…
– Клара, – прокричал из кухни повар Рэмси. – Ремонтники пришли!
Клара перевела ошалелый взгляд с меня на дверь за стойкой. Оттуда высунулась голова Рэмси с темными волосами, зачесанными набок.
– Ремонтники, – повторил он. – Морозилку чинить. Ждут тебя у черного хода.
Когда Рэмси исчез на кухне, Клара хмуро взглянула на Аарона, Кая и Эзру.
– Вы трое – рты на замок. Тори, мне очень жаль, но тебе придется уйти.
Бросив последний грозный взгляд на нас, она умчалась на кухню. Не успела дверь захлопнуться, как она выскочила обратно и обличающим жестом вытянула палец в сторону троицы, словно рассчитывала застать их на месте преступления.
– Я серьезно! Вернусь через минуту.
И исчезла. Я подождала, чтобы убедиться, что на этот раз она действительно ушла, а затем посмотрела на троих парней. Троих… магов.
С плутоватой улыбкой Аарон достал из заднего кармана бумажник, вынул из него водительские права и протянул мне. Я заморгала. Под его фотографией был четко отпечатан тот же логотип, что и на Клариной анкете, а рядом – какое-то десятизначное число.
– Ага, – пробормотала я. – Так это и есть ИНМ.
– Идентификационный номер мага, – подтвердил Аарон. – Маг – это любой, кто владеет магией, и все мы зарегистрированы в Магиполе, международной контролирующей организации.
– А у тебя не будет неприятностей из-за того, что ты мне это рассказал?
Он пожал плечами и сунул карточку обратно в бумажник.
– У меня все время какие-нибудь неприятности.
Меня это не удивило. С кухни доносился голос Клары и неразборчивое гудение незнакомых мужских голосов. Пока она была занята, я осторожно придвинулась к Аарону.
– А что такое гильдия?
Он картинно развел руками, указывая на все здание сразу.
– Вот.
Я скорчила гримасу: его ответ ничего не объяснял.
Аарон со смехом облокотился на стойку.
– Нечто вроде союза магов. Магипол требует, чтобы все маги состояли в гильдиях, а гильдии должны следить, чтобы их члены соблюдали правила.
– И главное правило, – добавил Кай, – скрывать магов от широкой публики. Для всех остальных людей нас не существует.
Но кое-кто все-таки подозревает об их существовании. Не так уж мало людей, и в их числе мой брат, придерживаются дикой теории заговора, согласно которой маги прячутся среди нас, и руководит ими некая тайная организация – своего рода правительство. Я всегда верила в эти россказни не больше, чем в НЛО или в рептилоидов, захвативших власть в Белом доме.
– Формально, – добавил Кай, – мы нарушили правила, когда впустили тебя сюда, но ты вошла сама, так что…
– Откуда ты узнала про это место? – с любопытством спросил Эзра.
Я порылась в сумочке и протянул ему газетную страницу с тремя объявлениями о вакансиях. Они с Аароном и Каем придвинулись друг к другу и стали читать.
– Я ее на улице нашла, – призналась я. – Никак не могла получить работу в центре, вот и решила попробовать себя в роли бармена.
– Правильно сделала. – Кай ткнул пальцем в страницу. – В этой адвокатской конторе тебя бы ничего хорошего не ждало. Эти парни – сплошная головная боль.
Дверь за стойкой резко распахнулась. Отыскав меня глазами, Клара подошла к нам.
– Что ты ей наговорил? – рявкнула она на Аарона. – Я же тебе…
– Да ла-а-адно, – протянул тот, снисходительно махнув рукой. – Клара, ты должна дать Тори шанс. Она справится.
Хм. А справлюсь ли? У меня кружилась голова, и очень хотелось сесть. Если допустить, что это не заранее спланированный розыгрыш и не очень убедительная галлюцинация, то я угодила в магическую гильдию, в которой состоят маг огня, маг электричества, маг воздуха и еще сорок с лишним магов. Все эти странные люди, что были здесь вчера, – молодые и старые, нормальные и странные – все они владеют магией.
Клара за руку повела меня к двери.
– Мне жаль, но…
– Погоди. – Аарон схватил меня за другую руку и оторвал от Клары. Его ладонь была градусов на пять теплее, чем надо. – Давай сначала Дариуса спросим.
– Не думаю… – раздраженно начала Клара.
Аарон не стал слушать ее возражения. Он увлек меня к лестнице в углу, Кай с Эзрой двинулись следом, Клара бросилась за нами, и мы впятером поднялись по ступеням на таинственный второй этаж.
За лестничной площадкой обнаружилась огромная комната, не меньше самого паба, заставленная рабочими столами и разномастными стульями. Вдоль одной стены тянулись компьютерные столы, а на трех остальных висели пластиковые и пробковые доски и карта города от пола до потолка. По плоскому экрану телевизора в углу бежал какой-то текст.
Человек шесть (некоторых из них я смутно помнила со вчерашнего вечера) сидели за компьютерами или за письменными столами, но я почти ничего не успела разглядеть, спеша вслед за Аароном ко второму лестничному пролету. Мы поднялись на третий этаж, вышли в коридор, и наконец Аарон провел меня в открытую дверь. В большой комнате стояло три стола, заваленных грудами бумаг и папок, и на каждом торчало по несколько мониторов.
– Привет, ребята, – жизнерадостно поприветствовал Аарон троих сидевших за столами. – Дариус здесь?
Высокая худая женщина с алебастровой кожей, легкими, как паутина, каштановыми волосами до подбородка и острыми скулами сурово посмотрела на Аарона.
– Тебе запрещено подниматься на этот этаж, Синклер.
– Но Дариус здесь, поэтому и я здесь.
– Вообще-то, – заметил старший из мужчин, – Дариуса здесь как раз нет. Он утром уехал на конференцию Магипола. Ты бы это знал, если бы внимательно слушал вчера на собрании.
Аарон с недовольной гримасой оглянулся через плечо:
– Клара, ты почему не сказала, что он уехал?
– Забыла, – пробормотала она.
Третий, блондин в больших очках в проволочной оправе, запомнившийся мне вчера – он показался мне заблудившимся технарем, – вышел из-за стола.
– Зачем тебе Дариус?
– Дариус – глава гильдии, – пояснил мне Аарон. – Клара – его заместитель. Ее роль в основном административная. А эти трое – офицеры гильдии, нечто вроде начальников смен. Они следующие по рангу после Клары.
Не глава предприятия, а глава гильдии.
Ой-ой-ой…
– Синклер… – начала женщина с ноткой раздражения в голосе.
– Клара, тебе слово, – объявил Аарон.
Клара вышла вперед и обернулась к нам.
– Тори, останься, пожалуйста. Аарон, Кай, Эзра – за дверь. Живо.
– Но…
– За дверь! – прикрикнула другая женщина.
Аарон и его друзья ретировались. Клара закрыла за ними дверь и сердито вздохнула.
– Итак… – пробурчал блондин. – В чем дело, Клара?
Клара выдвинула для меня еще один стул, я села на край и стала разглядывать трех офицеров. Пожилой мужчина с длинными, до плеч, волосами цвета соли с перцем, с густой бородой и роскошными усами выглядел бы очень солидно, если бы не удивленно приподнятые выразительные брови. Женщина лет сорока была прекрасна, как мраморная статуя, – без изъяна, но и без намека на теплоту. Блондин был самым молодым – пожалуй, лет тридцати с небольшим, и все-таки здорово смахивал на компьютерщика, который пишет программы для роботов, или что-нибудь в этом роде.
– Тори, это Жирар, первый офицер. Тавифа, второй офицер. И Феликс, третий. Поскольку Дариуса здесь нет… – Клара с несчастным видом поджала губы. – Вчера я допустила промах. Я не проверила удостоверение личности Тори, а сегодня выяснилось, что у нее нет регистрации.
– Она маг? – резко спросила Тавифа.
– На сто процентов человек.
– Тогда отправь ее домой.
Клара, стоявшая возле моего стула, переступила с ноги на ногу.
– Вчера она отлично справилась, а мне позарез нужен бармен, чтобы я могла вернуться к своей работе. До сих пор мы никогда не нанимали людей, но…
– Об этом не может быть и речи, – прервала Тавифа.
Хм. После Клариных возражений внизу я не ожидала, что она будет меня отстаивать.
– Разрешение нанимать не-магов действует для гильдий, ведущих публичный бизнес, – продолжала Тавифа, – к нам это не относится. В «Вороне и молоте» людям делать нечего.
– Если Тори подходит для этой работы, – протянул Феликс словно про себя, – возможно, есть смысл подумать. Клара уже очень давно нуждается в помощнике.
– Вчера эта девушка отлично поработала, – добавил Жирар, улыбаясь в бороду. – На удивление ловко усмирила нашего огнедышащего дракона.
Лицо Тавифы стало еще холоднее.
– Магипол ни за что не одобрит ее кандидатуру, и, если мы ее наймем, придется заплатить крупный штраф за нарушение правил.
– Возможно, ничего и не выйдет, – сказал Феликс, – но рассмотрение документов займет пару недель. Клара получит передышку.
– А как же штраф?
После секундного раздумья Феликс сказал:
– Высчитай из вознаграждения Аарона.
– Эй! – донесся приглушенный протест из-за двери.
Клара с рычанием повернулась и вышла в коридор, захлопнув за собой дверь и оставив меня наедине с руководством гильдии.
– Откровенно говоря, – обратился ко мне Жирар, – шансы, что Магипол одобрит вашу кандидатуру, ничтожны, но мы можем нанять вас временно, до тех пор, пока не получим официальный отказ. Согласны поработать здесь пару недель?
Честно говоря, я сама не знала, согласна я или нет, но терпеть не могла показывать свою неуверенность незнакомым людям.
– Кажется, это будет интересный опыт. Я готова.
– Ваша твердость достойна восхищения, но совершенно неуместна. – Темные глаза Тавифы скользнули по двум другим офицерам. – Я против ее кандидатуры, даже временно. «Ворон и молот» – уникальная команда тщательно отобранных магов, преданных делу и работающих ради общего успеха. А это человек, она понятия не имеет о том, что такое лояльность гильдии.
Жирар погладил бороду.
– А я всегда считал, что мы – разношерстная банда неудачников и отщепенцев, которые больше нигде не прижились.
Тавифа бросила на него гневный взгляд.
– Члены нашей гильдии полагаются на мастерство и знания своих собратьев-магов. Она будет только обузой.
– Тавифа, она же будет стоять за стойкой, а не ходить на задания.
– Допустим, а как же ее безопасность? Вчера она держалась просто вызывающе. Не все члены гильдии отличаются безупречной выдержкой. Если она и дальше будет так себя вести, то может пострадать.
Жирар и Феликс хмуро переглянулись и ничего на это не возразили. Я поерзала на стуле, пытаясь понять, во что же я, черт возьми, вляпалась. Другие аргументы Тавифы они сразу отметали, а вот вопрос о моей безопасности мигом заставил их умолкнуть. Нехороший знак.
Жирар выпрямился.
– Я знаю, что делать. Аарон!
Дверь открылась, вошел Аарон, а за ним Клара, красная и злая.
– Да, сэр? – отозвался Аарон, изобразив небрежное приветствие.
Жирар сложил пальцы домиком.
– Назначаю тебя наставником Тори на время, пока она будет находиться в этом здании. Пока она здесь, ты отвечаешь за ее безопасность.
– Ты… Погоди, что?..
– Жирар!.. – прорычала Тавифа, как разъяренная кошка.
– Идеальное решение, – сказал Жирар. – Аарон в состоянии сдерживать враждебные проявления других членов гильдии, и…
– Синклер сам вызывает не меньше враждебности, чем…
– И это прекрасная возможность оценить его готовность браться за ответственные задачи. – Жирар устремил насмешливые карие глаза на онемевшего мага огня. – Аарон, офицер не выбирает задание. Если хочешь, чтобы мы всерьез рассматривали твое продвижение по службе, придется доказать, что ты способен добросовестно выполнять не только интересную, но и скучную работу.
– Но… но почему я?
– Ты же сам привел ее сюда, – заметил Феликс. – Если не хотел вмешиваться, стоял бы в стороне.
Аарон сердито фыркнул.
– Но как же дело? Мы в шаге от награды за поимку этого отступника-колдуна, и…
– Если возникнет необходимость делегировать полномочия, можешь попросить о помощи Кая и Эзру, – предложил Жирар. – Хотя, если ты планируешь передать эту работу кому-то другому, имей в виду, что этот кто-то должен быть не менее опытным и ответственным, чем ты.
– Но…
Жирар повернулся к другим офицерам.
– Есть возражения?
Феликс пожал плечами:
– По-моему, хорошая идея.
– Я категорически против, – отрезала Тавифа.
Жирар откинулся на спинку стула.
– У нас нет полномочий отменять решения Клары о найме работников, если это не представляет угрозы для гильдии. Тори угрозы не представляет, а присмотр Аарона позволит избежать серьезных катастроф. Я рад, что мы решили все вопросы. – Его голос звучал твердо. – Решение за Кларой и Тори.
Темные, полыхающие гневом глаза Тавифы уставились на меня.
– В таком случае я надеюсь, что вы, Тори, примете разумное решение.
Я не из пугливых, но должна признаться, что сердце у меня на секунду замерло. Однако Тавифа допустила роковую ошибку. Она не догадывалась, как я люблю все делать наперекор. После ее слов сомнения исчезли, как магическое пламя Аарона. Их сменила упрямая решимость.
– Как я уже сказала, – объявила я, небрежно скрестив руки на груди, – я готова.
Жирар и Феликс улыбнулись. Тавифа обожгла меня сердитым взглядом. Клара нахмурилась.
Аарон громко застонал:
– Черт тебя побери, новенькая! Одним махом испортила мне жизнь на целый месяц.
Я усмехнулась. Тем лучше.

Глава 6

Но стоило мне спуститься на первый этаж, как мои сомнения подняли голову. Клара снова усадила меня заполнять документы для приема на работу, а затем исчезла на кухне – убежала следить за ремонтом морозильной камеры, а меня оставила за стойкой вместе с новоявленным наставником.
Аарон рухнул за стол, обхватив голову руками, а Кай и Эзра смотрели на его понурую фигуру с теплым дружеским сочувствием. Шучу, конечно. Оба откровенно потешались над его страданиями. Ни тени сочувствия в их ухмылках не было.
– Вы же понимаете, что наш график полетел к чертям? – глухо простонал Аарон. – Нам придется торчать здесь пять дней в неделю вместо работы.
– Нам не придется, – поправил Кай. – Только тебе.
Аарон снова застонал.
– Эзра, давай меняться. Ты в няньки, а я с Каем на задания.
– Даже не думай.
– Я отдам тебе половину своих бонусов за те дни, пока Тори здесь.
Я изогнула брови, продолжая вытирать стойку и прислушиваясь к их разговору. Аарону, видимо, очень хотелось отделаться от этого задания, но мне его было не жалко. Себя – да, ведь мне придется терпеть его до конца смены. До конца каждой смены.
– Восемьдесят процентов, – заявил Эзра.
– Это грабеж!
– Как знаешь.
– Шестьдесят процентов.
– Восемьдесят.
– Шестьдесят пять.
– Восемьдесят.
– Черт!
Эх, плохо дело. Я бы предпочла проводить смены с Эзрой, а не с Аароном. Или хотя бы с Каем. Я протерла стойку, оглядела пустой паб и подошла к столику парней. Они молча смотрели, как я выдвигаю стул и усаживаюсь.
– Точно хочешь здесь работать? – жалобно спросил Аарон. – Все равно тебя выставят через пару недель, как только закончится волокита с бумагами.
– Зато успею кое-что заработать, пока буду искать новое место. Это же замечательно. – Я подперла подбородок рукой. – Разве не ты сказал: «Мы должны ее оставить!» Еще и часа не прошло?
– Это было до того, как меня назначили с тобой нянчиться.
Я пожала плечами.
– Не моя проблема.
Он зло уставился на меня, в его глазах блеснул опасный огонек, и на меня пахнуло жаром.
– Нарываешься, нов…
– Не будь свиньей, Аарон, – негромко одернул его Эзра. – Подло ее запугивать.
Я хотела было сказать, что меня не запугаешь – вранье, конечно, но неважно, – однако, к моему изумлению, пыл Аарона моментально угас от спокойных слов друга. Он сгорбился на стуле и умолк.
Да, я определенно предпочла бы Эзру в роли наставника. Жаль, что он не поддается уговорам. Конечно, лучше бы обойтись вообще без наставника, но я же не идиотка. Пока я очень смутно представляла себе, чего ждать от этой работы. Для начала нужно разобраться, во что я ввязалась, – а если мне не понравится то, что я услышу, в следующий раз просто не приду. И делу конец.
Я встала, налила четыре рома с колой, отнесла на столик и расставила перед ребятами. Когда я села рядом, Кай взял стакан Эзры и переставил ему под другую руку.
– Спасибо, – пробормотал Эзра и взял стакан каким-то странно осторожным движением.
Я вопросительно взглянула на него, а потом на Кая.
– Он бы тут все залил. – Кай указал на карту, разложенную на столе, и добавил: – Он этим глазом не видит.
– Он… ой.
Я старалась не смотреть на шрам на лице Эзры, пересекающий его неестественно белый глаз. Эзра грустно улыбнулся.
– У меня паршивое чувство расстояния. Приходится быть осторожным, чтобы ничего не перевернуть.
Я поколебалась, боясь обидеть его расспросами. Пусть я грубая, как пират с деревянной ногой, но не совсем же бревно бесчувственное.
– Что случилось?
Его лицо стало серьезным.
– Несчастный случай. Фургон с мороженым…
– Только не это, – перебил Кай. – Подбери историю получше.
– Про акулу тебе тоже не нравится.
– Этот шрам совсем не похож на укус акулы.
– Может быть, это была акула с одним зубом, – невозмутимо предположил Эзра.
Аарон наклонился ко мне.
– На самом деле он бежал с ножницами в руках и…
– Вот эту версию я вообще ненавижу, – возмутился Эзра. – Нечего из меня идиота делать.
– Да уже не глупее, чем про фургон с морож…
– Ладно-ладно, считай, что я ничего не спрашивала, – замахала я руками. – Хочу только… – Я замолчала, не зная, с чего начать.
– Ты хочешь знать все о магах и гильдиях и о том, сколько правды в этой бредовой теории заговора, – догадался Кай.
– В общем, да.
– Как бы объяснить попроще? – Аарон сделал глоток из своего стакана. – Слишком долго рассказывать.
Кай потер подбородок.
– А надо ли объяснять? Если она здесь временно, то чем меньше знает, тем лучше.
– Конечно, Аарон за ней присмотрит, но все-таки какие-то базовые вещи знать нужно, – сказал Эзра. – Невежество опасно. Она должна разбираться в классах магии и в их разрядах.
Ага, так вот почему у меня так настойчиво выспрашивали, какой у меня «класс»?
– Самый крутой и могущественный класс – элементалы, – самодовольно пояснил Аарон. – В нем только один разряд: маги.
– И вы все трое маги, – заметила я. – Огонь, воздух и… молнии?
– Электромаг. – Кай покачал стакан в руке. – Аарон – пиромаг. А Эзра – аэромаг.
– Самый распространенный класс – арканеры. – Аарон пренебрежительно скривился. – Скучища смертная. Чары – самая нудная магия, какую только можно себе представить. Куча правил, нужно учить древние языки и запоминать руны, к тому же заклинания звучат по-дурацки.
– Чтобы овладеть арканой, нужно долго учиться, – сказал Эзра. – Но она бывает очень действенной.
– Еще один распространенный класс – псионики. – Аарон насмешливо сморщил нос. – Ну, знаешь, экстрасенсорика и все такое. Бывает полезно, но большинство псиоников – просто шарлатаны, дара там всего ничего.
Кай помешал свой коктейль соломинкой.
– Последние два класса – спириталы и демоники, но у нас тут всего пять ведьм и ни одного…
– Постой, – перебила я. – Демоники? Это что, демоны?
Кай и Аарон одновременно кивнули.
– Так значит, демоны бывают на самом деле? Вот прямо такие – «продай мне душу»? Черти с рогами?
– Не совсем так, но… – Кай сжал губы. – Что бы ты себе ни представляла, настоящий демон гораздо страшнее.
Кажется, я побледнела.
– У нас в «Вороне и молоте» нет ни призывателей демонов, ни контракторов, – успокоил меня Аарон. – Вообще никаких демоников нет.
– Это хорошо, – отозвалась я слабым голосом. Пожалуй, лучше бы это записать на бумажке. У меня уже все путалось в голове.
Эзра заметил мое смятение.
– Легко запомнить в сокращении: СПАД. Спириталы, псионики, арканеры, демоники.
Приподняв бровь, я взглянула на Аарона.
– А где же высший класс – элементалы? Он же должен идти первым?
– Да, но слова «эспад» не существует.
– А как вам удается держать это все в секрете? – спросила я. – Если вы умеете себя поджигать…
– Это еще не все, что я умею.
– …Вызывать порывы ветра, накладывать чары и так далее? Почему над теми, кто верит в слухи о магии, все смеются?
– За это нужно сказать спасибо Магиполу. – Кай побарабанил пальцами по столу. Magicae Politiae Denuntiatores. Так вот, они…
– Маги… как там? – перебила я, оторопев от длинных непонятных слов. Что это, латынь, что ли?
– Вот именно, – весело согласился Аарон. – Поэтому мы чаще говорим просто «Магипол». Ну, знаешь, вроде Интерпола, только вместо преступников – всякая магическая шушера. Въедливые, как черти. Контролируют все что можно. – Он залпом допил остатки рома с колой. – Нужно еще выпить, тогда расскажу.
Коротко улыбнувшись, я направилась к бару, но не успела смешать еще одну порцию рома с колой, как сразу несколько человек со второго этажа спустились вниз за едой и напитками. Пока я принимала заказы, готовила напитки, выбивала чеки и передавала заказы Рэмси, в дверь вошла новая группа посетителей.
Смешивая коктейли, я гадала, к какому же классу магов они относятся. Псионики? Арканеры? И, кажется, Аарон говорил что-то о ведьмах?
Хорошо хоть демонов среди них не было. Все остальное – еще ладно, но настоящих исчадий ада я бы не вынесла.
Хотя и насчет остального я не была так уж уверена. Гильдии… Маги… Магипол… Строгие правила и законы… Меня пробрала нервная дрожь, но я взяла себя в руки. Ничего, справлюсь. Пару недель поработаю и радостно отчалю на поиски нормального места, где за попытку постоять за себя официантку всего-навсего уволят, а не поджарят на магическом огне.
Я посмотрела на Аарона и Кая с Эзрой, сидящих по обе руки от него – они вновь склонились над картой. Пусть пиромага назначили моим опекуном, но сам факт, что мне нужен защитник, – это гигантский мигающий знак опасности, который нельзя игнорировать.

* * *

Как было бы хорошо расслабиться в понедельник, насладиться выходным, но нужно идти на занятия. Я встала в 9:30 и выскочила за дверь в 9:45. А так как до колледжа было двадцать минут быстрым шагом, на десятичасовую лекцию я опоздала.
Учитывая, сколько я платила за обучение, следовало бы жадно ловить каждое слово преподавателя, но мысли то и дело разбегались в разные стороны. Налоговое законодательство для малого бизнеса уже не казалось таким увлекательным, как в прошлую пятницу, – по сравнению с тайным миром магии, открывшимся передо мной вчера.
Джастина я еще не видела и даже не представляла, что ему скажу. Он, правда, и сам адепт теории магического заговора (непостижимо для меня – ведь, казалось бы, полицейские должны быть людьми практичными, здравомыслящими и все такое), однако делиться с ним тем, что я узнала, казалось не слишком разумным. Он либо решит, что я свихнулась, либо сочтет мою новую работу слишком опасной. А то и в наркомании меня заподозрит.
Преподаватель перешел к следующему слайду презентации, я рассеянно сдула волосы с лица и прищурилась, вглядываясь в текст. Нужно быть внимательнее, если я хочу когда-нибудь открыть свой бизнес.
Вопреки распространенному мнению, тупой я не была. Импульсивной, темпераментной – да, но не тупой. Я отлично понимала, что работа по найму не для меня. Как бы я ни старалась, у меня вечно были конфликты, не с клиентами, так с начальством, а потом – фью! – прощай, работа. Я ненавидела вечно висящую над головой угрозу неминуемого увольнения.
Мне нужна работа, с которой меня никто не уволит. Зарплата, которую не срежут. Собственное жилье, из которого меня не выставят. Я хотела работать в поте лица, зарабатывать на жизнь, ни от кого не зависеть, и чтобы никто не мог у меня это отнять.
Другими словами, я хотела стабильности. Неужели это так много?
Вот почему я сидела в этой аудитории. Курс развития малого бизнеса – планирование, открытие, управление. Все, что нужно знать, чтобы открыть бизнес, который позволит мне быть собой. Каким именно бизнесом я хочу заниматься, я пока не решила. Главное, чтобы он был мой. Только мой.
Я постучала ручкой по нижней губе. Может быть, онлайн-коммерция? Тогда у меня будет время подумать над ответом, прежде чем заявить покупателю, что я скорее рыбу фугу целиком проглочу, чем верну ему деньги.
Мои мысли вернулись к «Ворону и молоту». Продолжая краем глаза следить за презентацией, я открыла приватную вкладку в браузере и скосила взгляд на строку поиска. Хм…
Погуглив минут пять, я убедилась, что поисковые системы тут бессильны. По любым комбинациям слов «маг», «магия», «гильдия», «арканеры» выпадал миллион ссылок – сплошь книги, игры, фильмы, телешоу и комиксы. Пришлось бы часами просеивать фанатские страницы, чтобы найти нужный результат, а если и найдешь – как отделить факты от вымысла?
Я открыла страницу Википедии о теориях магического заговора и прочитала статью от корки до корки. По большей части все это представлялось таким же бредом, как и раньше, когда я еще не знала, что магия существует, но попалась и пара любопытных мест – о контроле правительства и о могущественной международной организации, скрывающей всю информацию о магии. Магипол – Magicae Politiae… что-то там – это было самое понятное из всего, о чем говорил Аарон. От рассказов о магии у меня мозги плавились, но о бюрократии имеет представление любой, кто когда-нибудь платил налоги.
Снова в Google. Поиск по запросу «MPD» выдал ссылки на кучу заурядных фирм, но, пролистав первые шесть страниц результатов, я наткнулась на безобразно оформленный сайт какой-то финансовой инвестиционной компании – на белом фоне тот же логотип, что и в анкете Клары и на водительских правах Аарона. На главной странице – форма входа в систему, требующая ввести логин и пароль. Тупик.
Я закрыла вкладку и попыталась сосредоточиться на лекции, но это было нелегко. Магия существует. На свете есть настоящие маги, и я уже знакома с тремя из них. Я проникла в их тайный мир и могу хотя бы ненадолго стать его частью.
Рассеянность на лекции – не такая уж большая плата за возможность изучить тайное магическое сообщество и тех, кто им управляет.

Глава 7

Вторник. Смена номер три. Я пришла на десять минут раньше – от колледжа всего минут пятнадцать пешком – и начала готовиться. В пабе было пусто. Рэмси еще не появлялся, Аарон, Кай и Эзра тоже.
В воскресенье ребята убеждали меня: мол, необязательно всем сообщать, что я человек, и даже лучше промолчать. Пусть члены гильдии считают меня магом. Чем дольше они будут оставаться в неведении, тем меньше вероятность скандала из-за того, что какой-то человечишка оскверняет их драгоценный штаб своим присутствием.
Но не успела я подготовить бар к работе, как двое парней спустились по лестнице и направились ко мне.
– Это правда? – нетерпеливо спросил тот, что помоложе. – Ты человек?
Почему они все произносят «человек» так, будто это заразная болезнь? Я оглядела парня с головы до ног и ничего особенного не увидела. Невысокий, жилистый, с обесцвеченными волосами, торчащими взлохмаченной копной, в странных круглых очках с темными стеклами, хотя в баре царил полумрак. Наверное, на пару лет младше меня.
Его приятель был старше, совсем обыкновенный на вид – ничего странного в нем не было. Не такой спортивный, как Аарон, Кай и Эзра, но и не тюфяк. Каштановые волосы, глубоко посаженные глаза, а под ними темные круги.
– Так что? – нетерпеливо переспросил обесцвеченный блондин. – Да или нет?
Ясно, кто-то проболтался.
– Да. Кто тебе сказал?
– Все говорят. – Он протянул руку: – Лиам. Телекинетик.
– Тори. – Я пожала ему руку. – Телекинетика – это… когда предметы силой мысли двигают?
Он сверкнул зубами в улыбке. Мой флакончик с чистящим средством поднялся в воздух, будто невесомый, и я, не удержавшись, ахнула. Ничего себе! Это было как спецэффекты, только происходило не в кино, а на самом деле. Лицо Лиама напряглось, и бутылка виски с полки тоже взлетела вверх. Проплыла у меня над головой и мягко опустилась передо мной на стойку.
Я взяла бутылку в руки, почти уверенная, что это какой-то фокус.
– Удобная штука, похоже.
– Небесполезная, – подтвердил Лиам, едва сдерживая довольную улыбку. – Так как же ты попала на эту работу?
– Можно сказать, случайно, – уклончиво ответила я. Ни к чему вдаваться в подробности, правда? Приятель Лиама выжидающе смотрел на меня, и я протянула ему руку.
– Я Тори.
– Том. – Он ответил мне вялым пожатием.
– А у тебя какой… класс? – спросила я.
– Псионик. Яснослышание.
– Это как?
– Сверхъестественный слух, – ответил Лиам за Тома раньше, чем тот успел открыть рот. – Он слышит все, что говорят вокруг, на определенном расстоянии.
– Неплохо, – сказала я из вежливости, хотя это было далеко не так круто, как телекинез. – Налить вам чего-нибудь?
Оба сделали заказы, и, пока я смешивала коктейли, Лиам без умолку болтал о телекинезе, углубляясь в технические подробности – о том, какие интенсивные тренировки требуются для развития дара, для повышения контроля, увеличения мощности и радиуса действия. Через десять секунд мне стало скучно.
– Телекинетик может перемещать силой мысли только те объекты, которые он может переместить физически, силой своих мускулов, – рассказывал он с энтузиазмом малыша, хвастающего игрушечной пожарной машиной. – Так что расшвыривать во все стороны автомобили, как в кино, не получится. Некоторые телекинетики…
– Готово! – бодро объявила я, прервав его лекцию. – Пейте на здоровье!
К моему неудовольствию Лиам с Томом уселись на стулья у стойки и стали тянуть свои напитки потихоньку, как старушки горячий чай. Я схватила тряпку и начала вытирать стойку, двигаясь к дальнему концу.
– А чем ты занимаешься в свободное время, Тори? – спросил Лиам. – Любишь вечеринки? А парень есть?
Я мысленно закатила глаза, оттирая липкое пятно. Только этого не хватало. Неуклюжий флирт.
– Вечеринки – это не мое, – ответила я. В последний раз, когда я ходила в клуб, пришлось треснуть одного парня, который лапал меня за задницу на танцполе.
– А что ты любишь? Какие-нибудь фильмы интересные смотрела недавно?
Я двинулась дальше вдоль стойки, старательно натирая до блеска полированное дерево.
– В последнее время нет. Извините, ребята. Мне работать надо.
– Ой, да расслабься, Тори, – весело проговорил Лиам. – Ни к чему так…
Дальше я не слышала: вышла на кухню и тут же застыла в удивлении. Рэмси, повара-гота, на его обычном табурете не было: вместо него там сидел лохматый парень моих лет, от которого сильно тянуло сигаретным дымом.
– Привет, – сказал он. – Ты, должно быть, Тори. Клара сказала, что наняла тебя временно.
– А ты, должно быть, Купер.
Второй повар – тот, что болел в выходные.
Он слабо улыбнулся.
– Клара не говорила, что ты такая красотка.
На этот раз я закатила глаза, уже не скрываясь.
– Тонко. Очень тонко.
– Мне и друзья говорят, что я кого угодно уболтаю.
Я фыркнула и прошла мимо него в кухню. Взяла бутылку рома, чтобы пополнить свои запасы, вернулась за стойку и обнаружила, что на полках со спиртным совершенно пусто – все двадцать с лишним бутылок выстроились перед Лиамом.
– Что ты делаешь? – возмутилась я.
Бутылка рома вырвалась у меня из рук, словно ее дернули за невидимую нитку. Подплыла к стойке и встала рядом с остальными. Лиам ухмылялся.
– Иди сюда, ближе, – сказал он. – Трудно разговаривать, когда ты все время туда-сюда носишься.
Сжав зубы, я подошла и взяла несколько бутылок.
– Мне работать надо.
– Мы твои единственные клиенты.
Я перевела взгляд на Тома (тот виновато посмотрел на меня), а потом снова на Лиама. Резко повернулась, отошла к полке и начала расставлять бутылки, но они тут же опять взмыли вверх.
– Прекрати! – Я поймала бутылку в воздухе и поставила на место, но она снова взлетела.
Лиам рассмеялся.
– Все равно проиграешь, Тори. Иди сюда, немножко поболтаем.
Я прижала оставшиеся бутылки к груди. Сердце колотилось. Гнев боролся с сосущим холодком в животе – и нельзя сказать, что одерживал уверенную победу. Аарон насмехался над псиониками, считая их ни на что не годными слабаками, но с моим приходом в гильдию Лиам и ему подобные сразу поднялись с низшей ступени в магической иерархии. Ниже теперь стояла я. И по ухмылке Лиама было видно, что он это понимает. Он почуял силу. Стал хозяином положения.
Когда я уже прикидывала, хватит ли мощности газировочного пистолета, чтобы окатить этого засранца содовой, в дверь вошел Аарон с каким-то длинным черным футляром на молнии, фута три с лишним длиной.
– Вот же блин, – пропыхтел он, торопливо подходя к бару. – Так и знал, что опоздаю из-за этих козлов. Я им говорю… – Аарон резко умолк. Его голубые глаза скользнули по моему лицу, затем по бутылкам, которые я прижимала к груди, как бесценные сокровища. Тут же его взгляд метнулся к Лиаму и строю бутылок перед ним. – Ты что это творишь, Лиам, черт тебя подери?
Глаза Лиама округлились, и он нервно заерзал на стуле.
– Ничего! Просто… э-э-э… безобидный розыгрыш…
– Да все нормально. – Я сказала это резче, чем хотелось: меня раздосадовало то, какое облегчение я испытала при виде Аарона. Пора самой научиться разбираться с подобным дерьмом. – Полный порядок.
Аарон покосился на меня. Я убрала бутылки на место и вернулась за остальными. В тягостной тишине парни смотрели, как я расставляю бутылки, одну за другой. Том съежился так, что уменьшился ровно вдвое.
С глухим стуком положив свою странную ношу на стойку, Аарон пробормотал:
– Я сейчас, – и направился в дальний конец паба. Как только дверь за ним захлопнулась, последняя бутылка вырвалась у меня из пальцев и поплыла над стойкой. Опустилась со стуком прямо перед Лиамом, и тот хмыкнул, ожидая, что я подойду за ней.
Видимо, из-за того, что я так резко осадила Аарона, Лиам решил, что меня тоже забавляет его игра. Я шагнула к нему, ухватила бутылку за горлышко, сжала покрепче и ткнула ему в лицо.
– Я тебе не игрушка, – ледяным тоном прошипела я. – И если ты хочешь, чтобы я еще когда-нибудь налила тебе выпивку, изволь вести себя как взрослый. Мне платят не за то, чтобы я тебя развлекала.
Брови Лиама изогнулись над дурацкими круглыми темными очками, а затем его взгляд опустился ниже.
Что-то дернуло меня за блузку спереди. Я отшатнулась и опустила глаза. Верхняя пуговица была расстегнута, а Лиам снова ухмылялся.
– Не знаю, Тори. По-моему, ты очень прикольная.
Несколько секунд я молча смотрела на него. А потом от души врезала кулаком ему в лицо. От удара у меня в руке что-то хрустнуло, пальцы пронзила боль. Голова Лиама мотнулась назад, темные очки со стуком упали на пол. Он схватился за щеку – от его веселья не осталось и следа, челюсти свирепо сжались. Он вскочил, опрокинув табурет. Бутылка у меня в руке задергалась.
Тут в спину мне дохнуло жаром, и Лиам замер.
Аарон обнял меня одной рукой за плечи. Его кожа была обжигающе горячей.
– Как бы мне хотелось на глазах у Тори отпинать твою жалкую задницу, да боюсь, крови будет много, Клара не обрадуется. Так что, может, сам уберешься отсюда к чертям собачьим?
– Я… я работать пришел… и вообще…
– Вали отсюда.
– Ты не можешь тут распоряжаться, я тебе не…
Аарон улыбнулся, крепче прижимая меня к себе.
– Еще как могу.
Лиам открыл рот и снова закрыл. Сжал губы так, что они побелели, и бросился к выходу. Очки сами собой вспорхнули с пола прямо ему в руку, и он исчез за дверью. Том за ним не пошел: он юркнул за самый дальний столик и уселся там, сжимая в руке стакан.
Аарон снял руку с моего плеча и отодвинулся.
– В следующий раз целься в глаза. Он не может пользоваться телекинезом, когда не видит.
Я застегнула пуговицу.
– Меня уволят за то, что я его ударила?
Аарон засмеялся. К нему уже вернулось его обычное легкомысленное настроение – как будто не он только что до смерти напугал телекинетика и заставил спасаться бегством.
– Лиам – гаденыш. Давно пора было ему в морду дать.
Но ведь это не значит – «нет, не уволят»?..
Словно почувствовав мои сомнения, Аарон спросил:
– Знаешь первое правило гильдии?
Я покачала головой.
– «Не бей первым, но всегда давай сдачи».
– А-а. Ну да. – Я нахмурилась. – Но ведь я же первой ударила?
– Ты защищалась. Отчаянно, – весело добавил он. – Где это ты научилась так профессионально драться?
– В школе несколько лет занималась тхэквондо. – Джастин таскал меня с собой, когда тренировался в полицейской академии, но я там долго не протянула. – Значит, это первое правило гильдии, а второе тогда какое?
– Правило номер два: «Не попадайся».
– На чем не попадаться?
– Ни на чем. – Он ухмыльнулся. – Если тебя не поймают, то и проблем не будет.
Мои глаза сами собой сощурились.
– А Клара говорила, что в этой гильдии законы соблюдают.
– Так и есть. – Аарон взял ноутбук, за которым, должно быть, и отлучался, перед тем как проскользнуть обратно через кухню. – Но одно дело – следовать букве закона, а другое – духу.
– И чему же следует «Ворон и молот»?
– Тому, что удобнее в данный момент. – Аарон перескочил через стойку и ловко приземлился с другой стороны. Пристроил на стойке ноутбук и уселся на стул. – Сегодня мне нужно что-нибудь покрепче рома.
– Что именно?
– Пусть это будет сюрприз.
Пока я наливала ему двойной сауэр, он открыл ноутбук. Я подала ему стакан и взглянула на длинный тонкий предмет, завернутый в плотную черную ткань, который он принес с собой.
– Что это? – спросила я.
– Где? А-а… Это мой жезл.
– Что?..
Аарон поднял глаза от экрана.
– Ах, да. Извини. Конечно, откуда тебе знать. – Он отодвинул ноутбук и потянул к себе футляр. – Жезл – это проводник магии. Вообще-то, его настоящее название – кадуцей, но кто сможет это выговорить?
Он расстегнул молнию на узком футляре и показал мне предмет, лежащий внутри. Я перевела взгляд с глянцевых черных ножен на блестящую рукоять, а затем снова на Аарона.
– Это же меч.
С ума сойти! Кто ходит по городу с мечом?
– С палочками только слабаки тренируются. Мы тренируемся с оружием. Если кто-то попытается меня убить, я предпочитаю иметь под рукой меч – все лучше, чем пытаться выколоть противнику глаза дурацкой палочкой.
Я взялась за обтянутую кожей рукоять и приподняла ее на пару дюймов – меч оказался на удивление тяжелым.
– И часто тебя пытаются убить?
– Да нет, не очень. – Аарон застегнул футляр. – У Магипола не хватает кадров, чтобы выслеживать магов-отступников по всему миру, вот он и назначает награду за их поимку. Гильдии их ловят и передают в Магипол для суда.
– Хм… – Я вспомнила о том, что слышала от него краем уха в воскресенье. – Так вы с Каем и Эзрой выслеживаете отступника… колдуна?
– Ну да. Сегодня уже думали, он от нас не уйдет, поэтому я и Шарпи прихватил, но этот тип ухитрился смыться.
– Шарпи? Ты называешь свой меч Шарпи? Как маркер?
– Мы ведь должны работать инкогнито, Тори. Что будет, если кто-то услышит от меня про Огненную Смерть или Клинок Зловещего Рока?
– Скорее всего, подумают, что речь идет о видеоигре. – Я потрогала ножны пальцем. – А как он действует? Ты ведь и без него можешь разжечь огонь.
– Жезл нужен для концентрации. С инструментом в руках легче управлять стихиями и можно вызывать более сложные и направленные эффекты. – Аарон пожал плечами. – Осветить комнату или зажечь костер я и так могу, а вот если нужно создать направленную полосу огня, тут уже понадобится жезл.
– Любой жезл или обязательно Шарпи?
– Другой меч примерно такой формы и размера тоже подошел бы, но лучше работать с теми жезлами, с которыми привык тренироваться.
– Сложная штука магия, – сухо заметила я.
– Попробуй как-нибудь с арканером поговорить. Вот это сложно так сложно.
К счастью для меня, гаденыш-телекинетик оказался худшим испытанием за весь вечер. Впрочем, Сильвия – немолодая женщина, которую я обозвала ведьмой в первую смену, – тоже недалеко от него ушла. Когда она поняла, что ее оскорбил какой-то презренный человек, злобы у нее прибавилось раз в десять. Пришлось снова провести с ней дружескую беседу – о том, что черта с два она дождется от меня напитков, пока не покажет, что умеет разговаривать вежливо.
И опять я невольно почувствовала облегчение от того, что Аарон рядом, хотя он, кажется, бесил Сильвию даже больше, чем я.
Все уже откуда-то узнали, что я человек, но не все смотрели на меня как на жалкое насекомое за стойкой. Одна дружелюбная девушка, оказавшаяся ведьмой, целых двадцать минут рассказывала мне о йоге и пригласила погулять на природе вместе с ней и ее парнем-колдуном. Милая старушка в очках в бирюзовой оправе и вязаной шапочке предложила погадать мне на картах Таро. Мужчина лет сорока с темно-бронзовой кожей и отпадной бородкой поболтал со мной о местных ресторанах (во многих из них я когда-то пыталась работать).
Когда подошел еще один мужчина – мощный как танк, с бритой головой и густыми бровями, нависшими над темными глазами, – я чуть не спряталась за стойкой, такой бандитский был у него вид. Но Аарон рассеянно пробормотал:
– Привет, Линдон.
– Как продвигается охота? – спросил Линдон низким, хриплым голосом.
– Скользкий мерзавец попался. Если не поторопимся, его схватит кто-нибудь другой.
– А ты не просил Тая разведать? – Он указал на бронзоволицего гурмана, с которым я только что беседовала.
– Сначала нужно узнать, откуда начинать поиски, – ответил Аарон. – Кай разберется. На него можно положиться. Знаю я его – у него наверняка уже есть зацепка, просто из вредности заставляет меня париться тут без толку.
Линдон усмехнулся, затем повернулся ко мне и протянул руку.
– Линдон Макаллистер. Арканер, колдун.
– Очень приятно, – ответила я. – Тори Доусон. Человек, бармен. Подать вам что-нибудь?
– Бурбон со льдом, пожалуйста. – Он внимательно смотрел, как я достаю стакан. – Как идут дела? Наверняка вам тут непросто.
– Ничего. Аарон меня развлекает.
Аарон тут же поднял глаза.
– Как это понимать?
Я усмехнулась, просто чтобы позлить его, и сказала Линдону:
– Честно говоря, до сих пор я представляла себе колдунов стариками с бородой до пояса и толстенными книгами заклинаний.
Я поставила перед Линдоном стакан, и он тоже усмехнулся:
– Дайте-ка угадаю. Аарон уже рассказал, какие мы скучные зануды и какое убожество наша магия.
– Хм, да. Приблизительно так.
– Про убожество я ничего не говорил, – рассеянно пробормотал Аарон, не отрывая глаз от экрана ноутбука.
Линдон сел на край барного стула.
– Колдуны составляют самый распространенный орден Арканы. Я занимаюсь контрмагией – это заклинания, влияющие на другую магию. Когда-то я был боевым колдуном, но… те времена остались в прошлом.
Я с любопытством спросила:
– Почему?
Он потер подбородок.
– Контрмагия… спокойнее. В некоторых гильдиях грань между законными и незаконными заклинаниями слишком размыта, особенно когда дело касается атакующей магии. Когда Магипол распустил мою последнюю гильдию, я решил, что пора что-то менять.
Распустил гильдию? Звучит зловеще. Я решила сменить тему:
– А долго нужно учиться контрмагии?
– Несколько лет, но я к тому времени уже давно прошел этап ученичества. – Линдон загадочно улыбнулся. – Обычно маги тренируются не меньше двенадцати лет. А алхимикам и целителям требуется на обучение еще больше времени.
– Ого!
– Научиться этому непросто, но это универсальная магия, а в опытных руках – еще и самая действенная.
Аарон насмешливо хмыкнул.
– Посмотрим, кто будет смеяться в следующий раз, когда Жирар посадит тебя в лужу, – весело заметил Линдон и допил бурбон. – Пора за работу. До встречи.
Задумавшись о том, что только что узнала от Линдона о магии Арканы, я пробила его заказ на кассе. У каждого члена гильдии был открыт счет, наличными почти никто не расплачивался, и это не сулило ничего хорошего моей бедной пустой банке для чаевых.
– Эй, Аарон, – окликнула я, помолчав минуту.
– М-м?..
– Ты сказал, что охотишься за колдуном-отступником, так?
– Да.
– А если он окажется по-настоящему сильным магом?
Аарон поднял глаза от своего ноутбука. В них блеснули веселые искорки.
– Не волнуйся за меня, новенькая. Линдон имел в виду схватку один на один. Но один арканер против меня, Кая и Эзры? Тут и опытному боевому колдуну пришлось бы здорово повозиться, а этот далеко не из лучших.
– Все за одного, значит? – пробормотала я. Не мой подход. Никто на свете не заинтересован в спасении моей задницы больше, чем я сама, так что я предпочитала не полагаться на других, чтобы не остаться внезапно одной в трудный момент.
Аарон не заметил скептического выражения моего лица: он был полностью сосредоточен на своем ноутбуке. Крепкие пальцы бегали по клавиатуре. Я взглянула на меч в черном футляре. Внушительное оружие против такого легкого, по словам Аарона, противника.
Ну да ладно, я из-за этого бессонницей страдать не буду. Правда, я не так уж оптимистично оценивала умение Аарона ориентироваться в опасных ситуациях, зато Кай производил впечатление профессионала, а что касается Эзры, я пока еще не видела, чтобы он хоть на миг утратил невозмутимость. Если им нравится охотиться на опасных преступников с применением смертоносной магии, дело хозяйское.
А мое дело – стоять за стойкой, и я не собиралась совать нос ни во что, кроме рецептов коктейлей.

Глава 8

К моему разочарованию, Кай и Эзра в среду не появились. Смена прошла почти так же, как во вторник: пара перебранок, пара приятных бесед и куча посетителей, которые вообще не вступали со мной в разговоры, ограничиваясь заказом напитков. Лиам больше не показывался, зато Том почти весь вечер просидел на том же месте в дальнем углу, потягивая коктейли и читая толстую фантастическую книгу в мягкой обложке.
Пришла и Сильвия, и мы с ней снова порычали друг на друга, в этот раз немного вежливее. Я сделала ей вполне пристойный «Манхэттен», и она, похоже, осталась довольна тем, что я освоила ради нее это искусство. На самом деле, конечно, не ради нее – просто чтобы не попадать больше в дурацкое положение.
Я начинала понемногу запоминать и завсегдатаев, и более редких посетителей. Многие из тех, кого я видела во время большого собрания, больше не появлялись, зато другие приходили каждый день. Они брали сразу по два-три напитка и обед, а затем уходили по лестнице наверх или вниз, в зависимости от того, чем собирались заниматься.
По словам Аарона, второй этаж предназначался для работы – планирования и выполнения заданий, оформления документов, координации между членами команды и исследований. Охота на отступников была не единственной работой, за которую брались маги ради дополнительного заработка – или бонусов, как говорил Аарон, – но подробно об этом никто не распространялся. Видимо, это было не для человеческих ушей.
Цокольный этаж предназначался для тренировок – как магических, так и физических. Аарон упоминал о тренажерном зале, о комнате для спаррингов, о бункере для занятий магией и об алхимической лаборатории. Третий этаж, где я беседовала с офицерами гильдии, оставался для большинства недоступным – это была территория главы гильдии, его помощника и офицеров.
Аарон снова опоздал, но я не стала особенно возмущаться по этому поводу – вид у него был явно измотанный. Они с Каем и Эзрой всю ночь гонялись за колдуном-отступником. На этот раз Аарон не уткнулся в ноутбук, а выстроил несколько стульев в ряд вдоль стены и улегся на это ложе, прикрыв глаза взятым на кухне полотенцем. Хоть не храпел, и то хорошо.
Клара заходила меня проведать каждый вечер, часов в шесть или в семь, хвалила за старание и хвасталась, сколько дел теперь успевает переделать до конца рабочего дня. Один раз заглянул Феликс – проверить, как Аарон справляется с новыми обязанностями (и отчитал его за то, что тот спит на работе), а других офицеров я не видела.
Пятничная смена прошла без изменений. Я не призналась бы в этом никому, особенно Аарону… но неприязненное отношение большинства посетителей все-таки угнетало. Нет, они не слишком грубили, во всяком случае, орать на них в ответ не приходилось, но и дружелюбия не проявляли. Аарон, уставший еще больше, чем накануне, снова проспал всю смену.
От магической гильдии можно было бы ожидать чего-нибудь повеселее, однако по некоторым мимолетным приметам я догадывалась, что все было бы иначе, будь я тоже магом, а не человеком, которому тут никто не рад. Я слышала смех, доносившийся с других этажей, и замечала, как улыбки пропадают с лиц магов, когда те подходят к бару. Тех, кто приятен в общении, среди них было меньшинство.
Готовясь к субботней смене, я очень надеялась, что в выходные народу придет побольше и, может быть, появятся более дружелюбные лица. Вечер выдался теплый, даже жаркий, поэтому я выбрала ярко-красные шорты – почти в цвет волос, топ со шнуровкой на спине и славные белые сандалии. Волосы я для разнообразия распустила и распрямила обычные буйные волны в ровные гладкие пряди, ниспадающие почти до локтей.
Настроение было хорошее. Всю неделю чаевых перепадало негусто, но, может быть, хоть сегодня мое обаяние заставит клиентов немного раскошелиться.
Аарон снова опоздал, но с подготовкой я справилась и без него. Я раскладывала только что нарезанные украшения, когда он вошел бодрой пружинистой походкой.
– Мы его поймали! – объявил он, не дожидаясь, когда я спрошу. – В порту засекли! Еще каких-нибудь пять минут, он купил бы билет и отчалил на международном рейсе.
– Отлично! – отозвалась я с облегчением, удивившим меня саму. Неужели я так сильно переживала за этих ребят? – Рада, что с этим покончено.
– И я рад. – Аарон рухнул на свой любимый стул слева, у самой стойки. Под глазами у него лежали темные круги, но на губах играла довольная улыбка. – Хорошо сегодня выглядишь, Тори.
Хм. Вот уж не ожидала, что он заметит мои старания.
– Спасибо.
Он поймал прядь моих волос и пропустил сквозь пальцы. Я застыла, забыв, о чем только что думала.
– Правда, мне немного жаль твоих непокорных кудрей.
Я приподняла брови:
– Что ты хочешь сказать?
– Да ничего… – нерешительно протянул он. Заметить мой нарядный вид у него соображения хватило, но теперь он, сам того не подозревая, ступил на тонкий лед.
Я решила не грузить его демонстрацией женских комплексов.
– Как там Эзра и Кай?
– Кай, как всегда, в порядке. Вот Эзре разок крепко прилетело, но ничего, синяком отделался. У колдуна вид был куда хуже.
Я налила два рома с колой и протянула один стакан Аарону.
– За успешное завершение дела?
– За это стоит выпить, черт возьми! – Мы чокнулись, и он сделал большой глоток. – После трудной работы мы обычно идем в бар, праздновать, но в этот раз Эзра решил передохнуть, а у Кая свидание. Так что сегодня я один.
– Не один, а со мной. – Я чокнулась с ним. – Я с тобой отпраздную!
Он снова сверкнул зубами в улыбке, и я улыбнулась в ответ, ощущая легкий трепет в животе.
За пару глотков Аарон осушил стакан наполовину.
– Эх, спать сегодня буду как мертвый. Всю неделю нормально выспаться не мог.
Я закончила раскладывать украшения.
– Как это у Кая еще сил хватает на свидания?
– Так он-то отсыпался, пока я здесь торчал, – проворчал Аарон. – Халявщик.
– У него есть девушка? – с любопытством спросила я, пытаясь представить себе, какой девушкой мог бы заинтересоваться Кай. С его экзотической внешностью и стильной манерой одеваться он мог привлечь почти любую женщину.
– Девушки, – ответил Аарон, упирая на «и». – Не знаю, где он их находит, но каждую неделю у него новая.
Не может быть. Кай – бабник? Вот уж не подумала бы.
– А у тебя как с этим?
– Счастливый одиночка.
Из кухни небрежной походкой вышел Рэмси. Его неестественно черные волосы сегодня торчали еще более острыми шипами, а глаза были подведены так идеально ровно, как мне самой ни разу в жизни не удавалось.
– Аарон забыл упомянуть о череде своих фиаско на личном фронте. Мы каждый раз делаем ставки на то, сколько продержится его новая девушка.
Аарон насупился.
– Пока в среднем выходит четыре месяца, – добавил Рэмси.
– Постой-постой, – перебила я. – То есть Аарон где-то находит столько женщин, готовых терпеть его целых четыре месяца?
Рэмси рассмеялся.
Окинув нас обоих негодующим взглядом, Аарон уставился в свой стакан.
– Кто бы говорил, Рэмси.
– Я со своим парнем уже три года, слава богу.
– Вот-вот. В женщинах-то я уж точно больше твоего понимаю.
Я закатила глаза, налила еще стакан и пододвинула Аарону.
– Уверена, рано или поздно ты встретишь свою девушку.
– Ты меня обнадежила, Тори.
Когда Рэмси вернулся на кухню, я заговорила мягче:
– Если тебя это утешит, у меня примерно такая же история.
Аарон поднял глаза:
– Да ну?
– Что тебя удивляет – что у меня нет парня или что он у меня когда-то был?
– И то и другое.
Я покачала головой, хотя этот разговор меня не злил, а скорее смешил.
– У нас, рыжих, жизнь не сахар, да?
Аарон засмеялся и поднял стакан.
– За это тоже надо выпить.
Вечер недолго оставался тихим. Народ начал подтягиваться часам к пяти, а в шесть мне уже было не до болтовни с Аароном. Он подсел за столик к колдуну Линдону и двум девушкам моего возраста и начал в красках описывать поимку колдуна-отступника, пока я металась между баром и кухней. Рэмси и Купер работали вдвоем, и мне пришлось перетаскать с кухни невероятное количество куриных крылышек, хотя посетителей было не так уж много.
Дружелюбия в них по-прежнему не ощущалось, но я всем улыбалась как ни в чем не бывало и весело здоровалась. Когда-нибудь они оттают, правда же? Чаевых в банку падало все-таки чуть больше, чем в другие вечера.
Часов в восемь гул разговоров перекрыли возбужденные голоса. Пять человек ввалились в дверь, оживленно болтая и хлопая друг друга по спинам. При их появлении почти все повскакивали с мест с приветственными криками.
– Победа! – воскликнул один из вошедших, взмахнув кулаком. – Всех угощаю!
Новые радостные крики. Я поспешила к кассе, удивленно тараща глаза на вошедших. Все пятеро были с головы до ног одеты в черную кожу, в ножнах или за спиной у каждого оружие, а на широких ремнях – пухлые кожаные сумки. По виду они представляли собой нечто среднее между спецназовцами и истребителями вампиров.
– Ну как прошло, Эндрю? – окликнул кто-то.
– Наваляли им, что надо, – ответил мужчина лет пятидесяти с лишним. Несмотря на наряд Блейда, в нем было что-то от заботливого папаши, и я подумала – ему бы детскую футбольную команду тренировать. – Четверых сцапали, остальные разбежались.
– И мы им вдогонку еще поддали, – добавила миниатюрная женщина, проводя рукой в перчатке по коротко остриженным светлым волосам с розовыми прядями. Над плечом у нее торчал ствол какого-то устрашающе громадного оружия. – И знаете что? Когда мы уже собрались уходить…
– Явилась гильдия «Око Одина» – показать, кто в доме хозяин, – хвастливо проговорил самый высокий парень, тот, что обещал угостить всех выпивкой. – Вот они бесились!
По пабу прокатился хохот, и вся компания двинулась к стойке. Миниатюрная женщина и пожилой мужчина тут же подсели за столик Аарона, а трое других остановились передо мной. Самый высокий из них, узколицый, с клочковатой бородкой, выглядел, может, и не слишком внушительно, но экипировка придавала ему исключительно эффектный вид.
– Поздравляю, – сказала я, хотя понятия не имела с чем. – Что будете заказывать?
Он окинул меня оценивающим взглядом, и его ликование заметно угасло.
– По рюмке виски. Нет, не этого. Хорошего.
Я потянулась было к виски на стойке, но он властным жестом указал на бутылку, стоявшую на полке позади меня.
– Да поживее, – добавил другой парень, крупный и мускулистый. Этот и без кожаного наряда выглядел бы устрашающе. – Люди хотят отпраздновать.
Я подавила желание огрызнуться и потянулась за бутылкой. Откуда мне было знать, как у них тут принято, если мне никто не объяснил? Черт! Я торопливо расставила рюмки и стала наливать, в спешке проливая мимо. Третий маг из той же команды, девушка примерно моего возраста с прямыми светлыми волосами, собранными в хвостик, смотрела на меня, брезгливо сморщив нос, будто на собачью какашку наступила.
Вокруг бара собралась толпа: все хотели получить свой виски. Я быстро пересчитала желающих и добавила еще шесть рюмок. Команда победителей стала раздавать их всем по очереди, и Рэмси с Купером тоже выскочили из кухни за своим угощением. Старший в команде, Эндрю, поднял рюмку вверх:
– За очередную…
– Погоди, – прервал его Аарон, стоявший рядом с рюмкой в руке. – Тори, налей себе тоже.
Все посмотрели на меня, и большинство взглядов были не очень-то дружелюбными.
– М-м… – Я неловко замялась. – Да ничего, давайте без меня.
– Это традиция. Когда команда с честью выполнит свою работу, всем полагается выпивка.
– Всем нашим, – поправил кто-то. – Она же не в гильдии.
– Она тоже с нами. Налей себе, Тори.
– Да заткнись, Аарон! – рявкнул высокий парень. – Только всем настроение портишь.
Обычное добродушие Аарона вмиг исчезло. Он протянул мне рюмку:
– Тогда возьми мою, Тори.
– Да… да ничего, – пробормотала я. Черт тебя побери, Аарон! Из-за тебя они меня совсем возненавидят!
Тут, к моему удивлению, Эндрю, главный в команде, улыбнулся мне:
– Налей еще одну.
– Давай, Тори, – поддержал его Линдон, проталкиваясь сквозь толпу и становясь рядом с Аароном.
Миниатюрная блондинка с гигантским орудием убийства за спиной протянула руку через стойку и дружески хлопнула меня по плечу.
– Все празднуют победу. Вперед!
В оглушительной тишине я достала еще одну рюмку и плеснула в нее виски. Почти все маги, начиная с команды победителей и кончая двумя девушками, с которыми только что беседовал Аарон, так и сверлили меня глазами.
Как только я взяла рюмку, Эндрю поднял свою:
– Когда ты молоток… – выкрикнул он.
– То все кругом гвозди! – гаркнули в ответ маги, и в баре снова началось буйное веселье. Все смеялись и жадно глотали виски.
Аарон встретился со мной глазами, усмехнулся и залпом осушил рюмку. Я запрокинула голову и вылила виски в рот. Горло обожгло, я захрипела.
Миниатюрная блондинка снова похлопала меня по плечу.
– Отличная штука, правда?
– Ага, – кое-как выдохнула я.
– Я Зора, – добавила девушка. – Это Эндрю. – Она махнула рукой в сторону главного: – Тот длинный придурок – Кэмерон. Накачанный придурок – Даррен. А это Сьерра – женщина-придурок.
– Приятно познакомиться. – Я обращалась только к Зоре, иначе пришлось бы соврать. – Поздравляю с победой. А что за дело было?
– Уничтожение вампирского гнезда. – Она произнесла это таким тоном, каким я могла бы сказать, что раздавила паука в ванной. – В этом месяце нам неплохо заплатят.
– Здорово, – слабым голосом проговорила я. Выходит, первая мысль, на которую меня навели их костюмы, была верной.
– О-о! – Аарон облокотился на стойку. – Я тебе что, еще не рассказывал про вампиров?
– Нет…
– А про оборотней? Был разговор?
– Тоже нет.
Зора засмеялась.
– Не волнуйся. Вампиры и оборотни – это еще не самое страшное.
– Вот как, – пробормотала я, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Это что, должно было меня успокоить? Я надеялась, что меня просто поддразнивают, но все-таки сомневалась.
– Ого, побледнела, – язвительно заметила Сьерра, перекидывая волосы, собранные в хвост, через плечо. – Смотри, в обморок не упади. Расшибешься еще.
– Спорим, она бы владела собой лучше, чем ты, когда впервые увидела вампира, – оборвала ее Зора, прежде чем я успела ответить. – Кто тогда штаны намочил, не ты?
Сьерра покраснела.
– Я просто в лужу упала!
– Ну да, конечно, – насмешливо подтвердил Аарон.
Сьерра швырнула рюмку на стойку и отошла. Двое парней помоложе двинулись за ней.
– Ох уж этот детский сад, – заметила Зора. Дружески махнув рукой мне и Аарону, она отошла к другой группе, собравшейся вокруг стола, за которым Эндрю уже начал подробный рассказ об их приключениях.
Вечер пролетел незаметно, скучать было некогда. Часов в одиннадцать заведение начало пустеть. Охотники на вампиров ушли первыми – видно, упарились в своем кожаном снаряжении, другие потянулись следом, и наконец остались только Аарон, занятый беседой с колдуном Линдоном, застенчивый яснослышаший Том в углу, две девушки – те, что разговаривали с Аароном раньше, и еще несколько человек, чьих имен я не знала.
В половине двенадцатого Рэмси выглянул из кухни и сообщил, что Купер уже ушел, и сам он тоже уходит. Я пожелала ему спокойной ночи и объявила оставшимся магам, что наступило время последнего заказа.
Поднявшись из-за стола, подошли две девушки – обе мои ровесницы, у одной волосы выкрашены в ядовитый зелено-синий цвет, другая – смуглая, большеглазая, с буйной копной темных кудрей. В руках у той, что с синими волосами, была целая охапка каких-то бутылочек – вроде флакончиков для духов, наполненных яркими разноцветными жидкостями.
– Можно мне… хм… – В ее глазах, когда она ставила свои флакончики на стойку, читался какой-то затаенный расчет. – Хотя нет – просто колы.
Я заставила себя улыбнуться, но на этот раз улыбка вышла не слишком убедительной.
– А вам? – спросила я вторую девушку.
– Воды.
Я достала два стакана, и Синевласка начала собирать свои флакончики. Один, ярко-зеленый, выскользнул у нее из пальцев, опрокинулся и покатился по стойке. Я бросилась ловить его, рука девушки тоже дернулась к флакончику – но не поймала, а сшибла на пол.
Флакончик упал и разбился вдребезги. Из него вырвалось облако зеленого тумана и окутало все вокруг в радиусе шести футов, включая меня.
– Ого! – воскликнул Аарон, вскакивая со стула. – Что случилось? Что это?
Я попятилась назад. Мой короткий фартук весь окрасился в мерцающий зеленый цвет. Полы, прилавок, стойка, полки с бутылками – все покрылось зелеными пятнами.
– Ой! – фальшиво-сокрушенным голосом проговорила Синевласка. – Моя краска! Надо же, как не повезло. – Она собрала оставшиеся флакончики. – Ну, я, пожалуй, пойду.
– Что значит – пойду? – сердито окликнул ее Аарон. – Эта пакость твоя, и разлила ее ты. Можешь и помочь с уборкой.
– Нет, Синклер, – послышался ледяной голос из дальнего угла. Женщина спустилась по лестнице и остановилась на одной из нижних ступенек. Тавифа, второй офицер гильдии. – Это входит в обязанности мисс Доусон.
Ее темные глаза остановились на мне, и я вдруг поняла, кто сообщил всей гильдии о том, что я человек. Кроме Аарона, Кая и Эзры, об этом знали только Клара и три офицера.
Аарон шагнул ко мне.
– Тогда я тебе помогу.
– Только сделай шаг за стойку, и я напишу рапорт о неповиновении приказу, Синклер. Ты же знаешь – на кухне и за стойкой работает только обслуживающий персонал. – Тавифа холодно улыбнулась Синевласке и ее подруге. – Спокойной ночи, дамы.
Лучась самодовольством, девушки неспешной походкой вышли за дверь. Аарон несколько секунд глядел в пустоту между мной и Тавифой, а затем шагнул к стойке, намереваясь обойти ее.
– Синклер, – с угрозой проговорила Тавифа.
– Давай, пиши свой рапорт.
– Потеряешь бонусы за целый месяц.
– Ну и ладно.
Я бросилась к проходу, чтобы не дать Аарону ступить на запретную территорию.
– Все в порядке, – тихо сказала я, преграждая ему путь. – Я сама разберусь.
Глаза Аарона гневно сверкнули.
– Да черт с ними, с бонусами. Я тебе помогу.
– Это же просто уборка. Я справлюсь. – Я не могла допустить, чтобы Аарон потерял деньги – он ведь всю неделю ночами не спал, чтобы их заработать. Я проговорила еще тише: – Если ты начнешь мне помогать, это будет ее победа.
Стиснув зубы, он неохотно шагнул назад. На лице Тавифы ничего не отразилось, но я чувствовала ее самодовольное злорадство. Станет Аарон мне помогать или нет – так или иначе, она победила. Не глядя на нее, я пошла за чистящими средствами.
Не знаю, что это была за краска, но оттереть ее оказалось невозможно. Маслянистая жидкость размазывалась по всем поверхностям, сколько я ни скребла, и, когда четыре тряпки для мытья посуды сделались ярко-зелеными, я перешла на бумажные полотенца.
Было уже за полночь, а я все терла, чистила, мыла и перемывала все, на что осел маслянистый туман. Тавифа выходила каждые десять минут – взглянуть, как продвигаются дела, и убедиться, что Аарон сидит на стуле, кипя гневом. Оставшиеся несколько посетителей ушли молча.
Наконец я бросила последнее зеленое бумажное полотенце в переполненный мусорный бак и распрямила ноющую спину. Вся краска исчезла, за исключением той, что щедро выплеснулась на меня. Я заскочила в служебный туалет и взвыла, увидев свое отражение в зеркале. Фартук не спас мою одежду – и красные шорты, и белый топ были безнадежно испорчены. Кожа была вся в зеленых разводах, и кончики волос с одной стороны тоже позеленели.
Скинув фартук, я принялась мыть руки, лицо и ноги. С кожи вещество смывалось водой с мылом, но ни мыло, ни вода ничего не могли поделать с яркой зеленью на волосах, сколько ни три.
Я закусила губу и яростно заморгала. Черт с вами, придирайтесь, хамите, говорите гадости, устраивайте бардак на моем рабочем месте, пачкайте мою одежду. Пофиг. Но я так любила свои волосы, а теперь шесть дюймов снизу с одной стороны окрасились в отвратительный зеленый цвет. Неужели придется обрезать?
Яростными движениями я кое-как смыла с себя остатки краски, забрала сумочку и зонтик и снова вышла в бар. Там меня ждал Аарон. Он взглянул на мою испачканную одежду и мокрые зеленые волосы.
– Не отмылось? – угрюмо буркнул он. – Завтра позвоню Кэтрин, попрошу зайти посмотреть.
– На что тут смотреть? – устало спросила я, доставая телефон.
– Это алхимическое зелье, а Кэтрин – наш главный алхимик. Наверняка знает, как от него избавиться.
Я кивнула, не позволяя себе слишком надеяться. Идя к выходу в сопровождении Аарона, я набрала номер вызова такси. В телефоне послышались короткие гудки – занято.
– Суббота, – пробормотала я. Было уже поздно – почти два часа ночи. У такси наверняка вал заказов от тусовщиков из ночных клубов. Я позвонила еще раз – снова занято. Спину ломило, ноги гудели – я же два часа с тряпкой на карачках ползала. Так хотелось поскорее попасть домой, принять душ и свернуться калачиком под пледом с чашкой чая. Может быть, в чайной мании Джастина все-таки что-то есть?
Я позвонила еще раз и опять услышала короткие гудки. К черту.
– Пойду пешком.
– Я тебя провожу, – сказал Аарон.
– Да не надо, – возразила я. – Мне только до Коул Харбор, потом на Уэст Джорджия-стрит, а там…
– Тори, – рыкнул он так сурово, что я застыла. – Я провожу тебя до дома.
Я увидела на его лице непреклонную решимость и сдалась.
– Ладно. Спасибо.
Он открыл передо мной дверь, и я вышла. Хорошо, хоть запирать не нужно. В штаб-квартире гильдии всегда оставался хотя бы один офицер, поэтому двери никогда не запирались. Очевидно, сегодня дежурила Тавифа.
При мысли о Тавифе моя кровь вскипела, и я снова подумала – наверное, это она всем рассказала, что я человек. Не хотела, чтобы я работала на гильдию, а другие офицеры отказались меня выставить, значит, самый простой способ избавиться от меня – сделать так, чтобы я ушла сама. Сколько же враждебности, которую мне приходилось терпеть всю последнюю неделю, вылилось на меня с ее молчаливого одобрения?
Мы с Аароном шли мимо зарешеченных окон и заколоченных дверей, и меня пробирала дрожь, хотя ночь была теплая. На улице, пользовавшейся такой дурной славой, было тихо, но не совсем безлюдно. Несколько мужчин быстро прошли мимо в темноте, а другие, стоявшие в нишах или сидевшие у магазинных тележек, покрытых замызганным брезентом, провожали нас пустыми глазами.
Не хотелось признаваться себе, но идти здесь одной и правда было бы глупостью. Хорошо, что Аарон рядом.
– Спасибо, – снова сказала я, когда размалеванные граффити стены сменились зданиями в викторианском стиле и респектабельными магазинами. – Я очень благодарна.
– Не за что. – Аарон покосился на меня. – Извини, что так вышло.
– Ты не виноват.
– Да, но… – Он провел рукой по рыжим волосам. – Банда всегда долго привыкает к новеньким, но такими я их еще не видел… Не ожидал, что до этого дойдет.
– Это потому, что я не член гильдии. Просто… обуза. – Это были слова Тавифы.
– Ты хороший бармен. Что еще от тебя нужно?
Я довольно хмыкнула в ответ на комплимент, хотя и знала, что это неправда.
– Ну, во-первых, не такой уж я хороший бармен. Не профессионал, во всяком случае. Признай.
– Ты отлично работаешь.
Я улыбнулась и похлопала его по руке, вновь удивившись тому, какая теплая у него кожа.
– Ты будешь хорошим офицером, Аарон.
Его ладонь скользнула по моей руке и сжала мне пальцы.
– Не хочу, чтобы ты уходила, но пойму, если эти засранцы тебя достали.
Я подавила желание взглянуть на свою руку, лежащую в его теплой ладони. Сердце забилось сильнее, и вовсе не от быстрой ходьбы.
– Как-нибудь продержусь еще неделю, пока Магипол не даст официальный отказ.
– А, да, кстати. – Аарон выпустил мою руку, и я постаралась скрыть разочарование. – Вчера я спрашивал Клару, что там с твоими документами – оказывается, она не может их отправить без подписи Дариуса. А его не будет еще неделю, если не больше, и «официальный отказ» мы получим только через пару недель после его приезда.
Я закусила губу. Еще неделю с этими психами я бы как-нибудь выдержала, но три? Хватит ли у меня мазохизма или все-таки пора завязывать?
Взгляд Аарона скользнул по моему лицу: он пытался прочитать мою реакцию. Мы миновали перекресток из красного кирпича, где я нашла газету с объявлением о вакансии, и двинулись дальше по Уотер-стрит, мимо уютных магазинчиков, ресторанов и кафе – все они были уже закрыты. По пути встретили несколько прохожих, возвращавшихся домой после вечеринки.
– Давно ты в гильдии? – спросила я.
– Шесть лет. – Он улыбнулся, словно вспоминая о чем-то приятном. – Мы с Каем пришли туда в тот день, когда мне исполнилось восемнадцать – минимальный возраст для вступления в гильдию.
– Но есть же и другие гильдии, да? Почему ты выбрал именно «Ворон и молот»?
– Честно? Чтобы позлить родителей. Они хотели, чтобы я вступил в их гильдию, но там я всегда был бы избалованным сынком главы, пришлось бы каждый раз доказывать, что я чего-то стою, и все равно другие бы думали, что это родители мне все на серебряном блюдечке поднесли.
– И ты выбрал гильдию, где нужно пробиваться самому?
– Для этого подошла бы почти любая. Я выбрал «Ворон и молот», потому что это полная противоположность гильдии моих родителей. Репутация «Ворона и молота» приводит их в ужас. – Аарон закинул руки за голову. – «Ворон и молот» десятилетиями собирал изгоев – магов, которым нигде больше не нашлось места, тех, кто кое-что умеет, но в другую гильдию их не берут, или отступников, которые хотят вернуться к честной жизни. Единственное, за что нас можно уважать, – если уж мы беремся за дело, то доводим его до конца. Всегда.
– Хм. Это кое-что объясняет.
Аарон засмеялся.
– В других гильдиях чаще всего скучно – уж очень они цепляются за узкую специализацию. Только маги, или только колдуны, или берутся только за какую-то определенную работу. Никогда не слышала про «Дым и зеркала»?
– Слышала – это же компания, которая делает спецэффекты для всех знаменитых фильмов? Подожди, ты хочешь сказать?..
– Это гильдия. Колдуны, алхимики, несколько магов и куча телекинетиков. Они снимают все на закрытых площадках. Люди думают, что это для охраны коммерческой тайны, но дело не только в этом.
– С ума сойти.
– Правда же? Это был мой запасной вариант, но мне больше хотелось ловить всяких гадов. А «Дым и зеркала» такими делами не занимается.
Мы оставили позади еще один кирпичный перекресток, миновали знаменитые гастаунские паровые часы – стрелки показывали десять минут третьего. Дул теплый ветерок, принося с собой ночную свежесть, которую я всегда любила. Я старалась дышать глубже, пока мы шли по улице.
– Ты сказал, что Кай пришел в гильдию в один день с тобой, – пробормотала я. – А его что привело в «Ворон и молот»?
– Он пришел из-за меня. Ему было все равно, в какую гильдию вступать, а время поджимало. – Аарон заметил мой взгляд. – Когда магу исполняется восемнадцать лет, он должен вступить в гильдию. Если, конечно, не хочешь остаться сам по себе, но тогда к тебе относятся как к досрочно вышедшему из тюрьмы – миллион ограничений, регулярные проверки, инспекции без предупреждения…
– Паршиво, – поморщилась я. – Зачем такие строгости? А если кто-то из магов просто хочет жить нормальной жизнью, вместо того чтобы драться с вампирами по выходным?
– Большинство магов как раз и хотят жить по-человечески. Гильдий много, только в центре их больше дюжины. Некоторые ведут свой бизнес, и вступить туда – все равно что устроиться на постоянную работу. А в других достаточно платить членские взносы раз в месяц или раз в год и жить как все.
Аарон широко провел рукой, словно указывая на весь город.
– Все это нужно для порядка и контроля. Маги платят взносы гильдиям, гильдии – Магиполу, а Магипол на эти деньги защищает мир от безумия. Часть средств потом возвращается в гильдии – в виде бонусов и вознаграждений за помощь Магиполу в охране порядка. Потому и правила для магов-одиночек такие суровые – за ними же приходится отдельно присматривать. А за тех, кто состоит в гильдии, гильдия и несет ответственность.
– Понятно. Что-то вроде… взаимного контроля.
– Точно. Если я нарушу мелкое правило, Магипол оштрафует и меня и гильдию. Если натворю что-нибудь посерьезнее, может и арестовать, а на гильдию наложат крупные штрафы и другие взыскания. А если что-то совсем серьезное – тогда гильдию распустят, раз она не в состоянии следить за своими членами и удерживать их в рамках.
– И тогда они пообещают награды другим гильдиям, чтобы те вас разогнали?
– Соображаешь. Это саморегулирующаяся система. Гильдии следят за тем, чтобы их члены соблюдали правила, а Магипол держит под контролем гильдии. Это и позволяет нам оставаться в тени. Иначе Магипол разросся бы до размеров правительства какой-нибудь страны.
Система, опирающаяся на структуру гильдий, действующая тайно, но при этом у всех на виду, – часть человеческого общества, но совершенно обособленная… Пока я думала обо всем этом, мы вышли к скоплению небоскребов – центру деловой части города.
– А о себе ты что-нибудь расскажешь, Тори? – спросил Аарон после нескольких минут молчания. – Водительские права тебе выданы в Онтарио. Когда ты перебралась на Западное побережье?
– Восемь месяцев назад… почти девять. Нужно было где-то начать новую жизнь, а здесь живет мой брат.
– Квартиру снимаешь?
– Нет, – буркнула я. – Пока так и сплю у него на диване.
Аарон понимающе хмыкнул.
– Обычно у новичков уходит около года на то, чтобы снять жилье. Рынок недвижимости тут сумасшедший.
– Мягко говоря.
– А почему тебе понадобилось начинать новую жизнь?
Он спросил это с любопытством, но без напора, и я немного поколебалась: отвечать или нет?
– Я жила у родственников, но отец стал слишком вмешиваться в мою жизнь. Мне это надоело, я собрала чемоданы и уехала. – Я пожала плечами. – Да и работу на новом месте легче искать. Дома у меня уже не так много вариантов оставалось.
– Ты вроде говорила, что у тебя и здесь с работой не ладилось?
Я перекинула свои зеленые волосы за плечи.
– Ну, знаешь, в большинстве заведений не будут держать официантку, которая обливает посетителей коктейлями или лупит всяких паршивцев по физиономии.
– Отстойные порядки. – На губах Аарона появилась привычная ухмылка. – В «Вороне и молоте» тебя никто не станет обвинять за то, что ты прибегла к самозащите.
– Тебя же я не для самозащиты облила.
Я ожидала, что он рассмеется, но он, наоборот, посерьезнел.
– Я вел себя по-свински и получил за дело. Я не лучше других. Трудно избавиться от привычки доводить новеньких.
– Ты меня дразнил, но не издевался. – Я потянула за край своей испачканной блузки. – А вот это уже за гранью. Честно говоря, не знаю, сколько я еще продержусь.
– Если бы я мог им объяснить, какая ты классная, – пробормотал Аарон. – Сами не понимают, что теряют.
К моему огромному смущению, щеки у меня вспыхнули. А ведь у меня не было привычки краснеть. До сих пор такое случалось считаные разы.
– Не такое уж я сокровище, – пробормотала я, низко опустив голову. – Ты же меня почти не знаешь.
– Я вижу, – уверенно заявил он. – И даже если бы я сам не был уверен, Эзре ты понравилась.
– Он, кажется, добрый парень – таким все нравятся.
– Он добр ко всем. Мне даже кажется, слишком. Но кого попало защищать не бросится. – Аарон поднял голову и посмотрел на небо, как будто что-то вспомнил. – Кстати, не спрашивай Эзру, почему он вступил в нашу гильдию.
– Э-э-э… ладно.
– И о семье его тоже лучше не расспрашивать.
Я кивнула. Я могла понять человека, которому не хочется, чтобы чьи-то бестактные расспросы будили призраков прошлого, хотя, конечно, умирала от любопытства.
– А еще о чем его нельзя спрашивать?
– Хм… пожалуй, на свидание его тоже звать не стоит.
Я заморгала.
– А с чего ты решил, что я собиралась?
– Да ни с чего, но Эзра вообще не ходит на свидания. Если он тебе откажет, будет неловко. – Аарон покосился на меня. – К тому же я сам планирую пригласить тебя на свидание, так что нечего портить мне дело.
Сердце дрогнуло у меня в груди, но я строго велела ему не валять дурака. Однако мне стоило труда удержаться от улыбки.
– Ты?
– А то кто же.
– И когда же ты собирался осуществить этот план?
– Если ты согласишься, то… – Он огляделся. – Далеко еще до твоего дома?
– Четыре квартала.
– Значит, через четыре квартала.
Я засмеялась.
– А если откажусь?
– Тогда подожду и попробую тебя умаслить. – Он склонил голову набок. – Может, подскажешь, на какой ответ рассчитывать?
– Хм… – Я шла неторопливо, сцепив руки за спиной. Сумочка хлопала по боку, а большой неуклюжий зонтик болтался на ремешке. – Значит, нужна подсказка?
– Ты ведь женщина непредсказуемая, Тори. В хорошем смысле, конечно.
Я одарила его своей самой загадочной улыбкой.
– Осталось три квартала.
Он что-то пробурчал себе под нос. В дружеском молчании мы прошли еще два квартала, и я уже слегка занервничала в ожидании. Собирается ли он просто пригласить меня на свидание или подразумевает под этим нечто большее?
Высотные дома окружали нас со всех сторон, в нескольких окнах еще горел свет. Мы подошли к следующему перекрестку, и тут вдруг Аарон обвил меня рукой за талию и потащил за угол.
– Аарон, нам не сюда.
– Знаю, – проговорил он тихо, неожиданно серьезным голосом. – Но я почти уверен, что те двое идут за нами. Кажется, у нас проблемы.

Глава 9

Мое сердце тревожно забилось.
– За нами?
– Я их заметил, когда мы свернули с Уотер-стрит, – вполголоса проговорил Аарон. – Может, и совпадение, но вряд ли. Не оглядывайся. Я посмотрю, отстали или нет.
Адреналин забурлил у меня в крови. Я взяла Аарона под руку, мы подошли к следующему перекрестку и опять свернули направо. Борясь с желанием оглянуться, я смотрела вперед, на тротуар, ярко освещенный уличными фонарями, огнями светофора и вспышками фар изредка проезжавших машин.
Мы еще раз свернули направо и оказались на той же улице, по которой шли раньше. Сделали бессмысленный круг – никто в здравом уме не стал бы так кружить по кварталу, если только не заблудился.
– Черт, – прошипел Аарон. – Так и висят у нас на хвосте. И уже догадались, что мы их заметили.
Он прибавил шагу – чтобы поспевать за ним, мне то и дело приходилось переходить почти на бег. Я отважилась обернуться и увидела в квартале от нас двух мужчин в темной одежде. Выглядели они обычно, но это ничего не значило.
– Далеко твой дом? – отрывисто спросил Аарон.
– За углом направо. Третье здание.
– Так. Хорошо. – Он потянул меня за собой, повернув голову так, чтобы не терять из виду преследователей. – Как подойдем ближе, беги к своей двери и заскакивай в дом. Я подожду, пока ты поднимешься к себе, а потом уведу их подальше.
– Что?! – воскликнула я. – Ну уж нет. Поднимешься вместе со мной.
– Слишком рискованно. – Его глаза пошарили вокруг, всматриваясь в каждую тень, и снова вернулись к тем двоим. – Им нужен я, а не ты. Не хватало еще привести их к тебе в квартиру.
– Я не брошу тебя одного в такой…
– Это маги, Тори. Ты тут ничем не поможешь. – Его рука под моей ладонью стала горячей. – Я сумею за себя постоять.
Это он сейчас так говорит. Но тогда, в пабе, отвечая на мой вопрос, каковы его шансы против сильных магов, он имел в виду всю команду – не себя одного, а еще Кая и Эзру. А теперь друзей рядом нет. Справится ли он с двумя магами в одиночку?
– Так себе план, – прошептала я, когда мы свернули за угол и впереди показался дом Джастина. – Давай придумаем получше.
– Все будет хорошо, – сказал Аарон. – Тори, я же сражаюсь огнем. Нужно сначала обезопасить тебя, чтобы можно было защищаться, не боясь тебя зацепить.
– Но у тебя же нет с собой Шарпи, – в отчаянии заспорила я.
Аарон сбросил мою руку и остановился на широком тротуаре, который пересекал ухоженный газон перед уходящим в небо высотным зданием. Повернул голову, чтобы посмотреть на преследователей.
– Беги в дом. Быстро!
У меня сами собой сжались кулаки. Яростно втянув воздух сквозь зубы, я бросилась бежать через газон. Проскользнула через стеклянные двери в вестибюль, но вторую дверь не открыла. Обернулась и, прищурившись, стала смотреть сквозь стекло.
Аарон зашагал через улицу к переулку – хотел отойти в укромное место, где можно без помех использовать магию. Двое преследователей устремились за ним, перейдя на бег.
И тут по той же улице к переулку пробежали еще двое мужчин в черной одежде.
Четверо? Так их четверо?
Задыхаясь от сжавшего горло ужаса, я выхватила телефон… но имеет ли смысл звонить в полицию? Аарон и эти таинственные незнакомцы – маги. Я была почти уверена, что вызов полиции только ухудшит дело. Вот если бы Джастин был дома, я бы рискнула позвонить ему, но он сегодня на смене. Я пролистала список номеров, нашла номер Клары и набрала. Попала прямо на голосовую почту. Наверное, спит.
Выругавшись, я выскочила на улицу. Аарон же не справится один с четырьмя магами? Пусть я всего лишь человек, не владеющий магией, но одного я его не брошу.
У самого переулка я замедлила бег и скользнула в темноту между огромными небоскребами. Аарон ушел недалеко. Он стоял посреди переулка, освещенный пляшущими у него на ладони языками пламени. Темные фигуры окружали его. Юркнув за мусорный бак, я осторожно выглянула и пересчитала их. А потом еще раз.
Не двое и не четверо. Шестеро!
– Иди сюда без шума, тогда не тронем, – хрипло проговорил один из мужчин в черном. – Нам приказано доставить тебя живым, а вот насчет «невредимым» указаний не было.
Пламя на ладони Аарона вспыхнуло ярче, его отсвет блеснул на лезвии выкидного ножа в другой руке.
– А может, лучше вы уберетесь отсюда, тогда мне не придется вас покалечить?
Мужчина в черном улыбнулся. Вытянул из-под пальто длинный кинжал с какой-то светящейся надписью на стальном лезвии. Сидя за мусорным баком, я прижала к груди сумочку, как щит. О, господи! Это какой-то сон.
Аарон взмахнул рукой (выпустил язык пламени в лицо стоявшему слева) и бросился на парня с кинжалом. Тот взмахнул своим оружием по дуге в сторону, и вокруг него закружилась мерцающая белая волна. Аарон рубанул своим ножом, из него вылетела полоса огня, и две силы столкнулись.
Оранжевые искры и белое мерцание взорвались шипящим паром, окутавшим обоих. «Лед», – сообразила я. Эти сверкающие белые искры – льдинки.
Из облака пара вырвалось пламя, Аарон снова стал виден, и двое бросились на него сзади.
Он развернулся к ним, из лезвия выкидного ножа вылетела огненная спираль, а противники направили на него вспышки света из каких-то маленьких штуковин – в темноте не видно было, что это. Аарон увернулся и снова с разворота метнул огненный шар в Ледяного. Тот ответил белой вспышкой, она взорвалась в воздухе и разлетелась снежинками.
Аарон отпрыгнул. Его руки и плечи были охвачены огнем. Он начертил ножом в воздухе какой-то странный узор, и сталь засветилась красным. Из лезвия вырвалась стена пламени и понеслась на Ледяного.
Еще один враг с непонятной маленькой штуковиной в руке подскочил к Ледяному.
– Ori repercutio, – произнес он.
Воздух заколебался, как от ударной волны, огненная стена Аарона столкнулась с ней, и пламя развернулось в противоположном направлении. Языки огня отскочили от тела Аарона – на одежде остались подпалины, но кожа не пострадала. Грозно оскалившись, он снова поднял нож.
За спиной у него вспыхнул режуще-яркий свет. Он ослепил меня, и я зажмурилась. Крик, хруст, металлический грохот по асфальту, затем новая вспышка света. Слезящимися глазами я пыталась хоть что-то разглядеть сквозь дым.
Шестеро мужчин стояли посреди переулка, а рыжих волос Аарона было не видно. Только когда один из шестерых присел, я заметила Аарона – он лежал на земле, Ледяной упирался ему в спину коленом, держа в одной руке кинжал, а другую прижав к футболке Аарона. От его пальцев расползался иней. Вокруг кружил снег, кристаллики льда сверкали в воздухе, прерывистое дыхание Аарона вырывалось изо рта белыми облачками.
Другой противник наступил Аарону на шею, придавив к земле, и вынул из кармана маленький пузырек с чем-то ядовито-желтым. Открутил крышку.
Я бросила сумочку, схватила зонтик и выскочила из-за мусорного бака.
Никто и не взглянул в мою сторону, пока я не начала размахивать зонтиком, как бейсбольной битой. Я изо всех сил ударила врага в лицо, и он отлетел от Аарона вместе со своим жутким пузырьком. Скользнув по обледеневшему асфальту к Ледяному, я и ему врезала зонтиком по физиономии. Его нос хрустнул, и он с воплем попятился.
Я занесла зонтик для третьего удара, но кто-то перехватил его и вырвал у меня из рук. Я развернулась, и тут же получила кулаком в лицо. Голова откинулась назад, череп треснул вдоль глазницы – во всяком случае так мне показалось. Я уже падала, когда почти забытый опыт тренировок тхэквондо вдруг вернулся ко мне. Я успела сгруппироваться и только поэтому не ободрала локти до костей.
Перевернувшись, я вскочила на ноги. В паре ярдов от меня один из нападавших взлетел в воздух, охваченный спиралью огня – Аарон уже успел подняться. Я попыталась снова нырнуть в укрытие, но тот же гад, который только что ударил меня в лицо, схватил меня за волосы и рванул к себе. Сжав кулак, я с силой ткнула им врага в живот.
Он согнулся пополам, захрипел, и я ударила его коленом между ног. Когда он повалился навзничь, что-то вылетело из его руки. Я схватила маленький предмет, упавший на землю, – карта, дама пик, пожелтевшая и потрепанная, как будто ей уже лет пятьдесят.
Шипя сквозь зубы, мой противник выпрямился и оскалился:
– Отдай!
Я повернула карту картинкой к нему.
– И не подумаю.
Справа от меня вспыхнул огонь, раздался крик. Парень сунул руку в карман и выхватил еще одну карту.
– Impello! – выкрикнул он.
– Ореперкуцио! – заорала я в ответ.
Волна воздуха – и невидимая сила ударила меня в грудь, как таран. Я отлетела назад и тяжело упала на землю. На этот раз локти спасти не удалось, но я хотя бы не приложилась головой о тротуар.
– Ori repercutio, дура! – прорычал парень, делая шаг ко мне. – Что ты за колдунья?
С чего он взял, что я колдунья? Однако за подсказку спасибо.
Он перевернул в пальцах вторую карту – туз червей с какой-то замысловатой руной в центре.
– Ori impello potissime!
Я подняла свою даму пик:
– Ori repercutio!
Воздух пошел волнами, и моего противника что-то ударило с огромной силой. Швырнуло вверх почти вертикально, он ударился о стену, а затем тяжело рухнул на землю. Я с восторгом посмотрела на даму пик. Ух ты!
Выхватив из лужи свой зонтик, я вскочила, сжимая в руке волшебную карту. Еще двое нападавших лежали на земле, но Ледяной и двое оставшихся окружили Аарона. Из рук Аарона вырывалось пламя, искры разлетались вокруг. Вся земля была в огне, над ней клубился пар инфернально оранжевого цвета.
Ледяной стоял перед Аароном в белом облаке, иней покрывал его одежду и кинжал. Там, где огненная аура Аарона соприкасалась с холодом, окружавшим Ледяного, воздух шипел и дымился.
Аарон выбросил руку вперед – оружия в ней уже не было, но огонь полыхал не слабее, чем раньше. Огненный шар вырвался из его кулака и полетел в Ледяного. Двое других атаковали Аарона сзади, выкрикивая заклинания – в руках у них тоже были какие-то маленькие штучки, вроде моей карты.
Когда Аарон повернулся к ним, я подбежала к месту схватки, хлюпая сандалиями по ледяным лужам. Юркнула за спину Аарона и направила карту на Ледяного:
– Ori repercutio!
Ничего не произошло.
Ледяной взмахнул кинжалом. Я выставила перед собой зонтик, лезвие ударило по нему и перерубило металлический стержень. Зонтик сложился пополам, кинжал застрял в нейлоновой ткани, я рванула его вбок. Кинжал вылетел из руки Ледяного, и я отбросила его подальше вместе с зонтиком.
Однако Ледяной не растерялся. Он схватил меня за горло и сжал. Кожу обожгло холодом. Но тут в спину дохнуло жаром, и Ледяной отшвырнул меня: это Аарон бросился на него, обхватил огненными руками, и оба с шипением исчезли в облаке пара. Я кое-как выпрямилась. Шея болела.
Ледяной вырвался, отступил назад, и мне сразу стало легче, когда я увидела, что его лицо и руки все в волдырях. Так тебе!
Аарон перекатился по земле и вскочил, все еще весь в огне, как будто это было для него самым обычным делом. Я шагнула к нему, и меня обдало таким жаром, будто я стояла у костра. В руке я крепко сжимала свою капризную даму пик – полагаться на нее было рискованно, но ничего другого не было.
Парень, стоявший рядом с Ледяным, сунул руку под куртку, но оружие, которое он выхватил, оказалось не кинжалом, не картой и не заклинанием.
Он вскинул черный пистолет и, прежде чем я успела шевельнуться, нажал на спусковой крючок.

Глава 10

Выстрел не грохнул оглушительно, раздирая барабанные перепонки. Раздался негромкий хлопок, похожий на выстрел игрушечного пистолетика, и в нашу сторону вылетела какая-то яркая струя.
Аарон попытался увернуться, но брызги отвратительной желтой жидкости попали на его голую руку и зашипели на горячей коже. Пистолет был не боевой, а пейнтбольный. Но в нем была не краска.
Аарон зашатался. Схватил меня за руку, пытаясь удержать равновесие. Его ладонь была обжигающе горячая, и я ахнула, видя, что ноги у него подкашиваются. Он потянул меня за собой вниз, падая на колени на тротуар, и крепко обхватил обеими руками.
Воздух нагрелся, затрещал и вспыхнул.
Пламя метнулось от Аарона, и вдоль всего переулка поднялась огненная стена. Только крепкое кольцо его рук заслоняло меня от огня, но дышать было нечем. Голова у меня кружилась, кожа пылала, одежда трещала от жара.
Наконец пламя погасло, и перед нами открылся выгоревший дочерна переулок. Ледяной исчез, и его спутники тоже. Те, что лежали на земле, были довольно далеко – адское пекло их не задело. Я взглянула на свои руки и с облегчением увидела, что волдырей на них нет – они всего лишь порозовели, как после слишком горячего душа.
Кожа Аарона стала холоднее, он разжал руки и повалился набок, успев подставить локоть.
– Вот черт, – прохрипел он.
Я схватила его за руку:
– Что с тобой?
– Яд. Понятия не имею, как он действует. – Он приподнялся, его руки дрожали. – Нужно убираться отсюда.
– Что?.. – Я не успела договорить, как раздался вой полицейских сирен. Вот черт! Мне совсем не хотелось, чтобы меня накрыли в переулке с несколькими видами оружия, тремя лежащими без сознания людьми, отравленным пиромагом и следами пожара.
– Ладно, – выдохнула я, пытаясь собраться с мыслями. – Идем. Вставай, Аарон.
Сунув даму пик в задний карман, я потянула Аарона за руку. Он с трудом поднялся и повис на мне. Мы оба чуть снова не рухнули на землю. Я подхватила его и зашаталась под его тяжестью.
– Мой дом прямо через дорогу, – пропыхтела я, таща его мимо мусорного бака. – О, черт, сумка…
Я прислонила Аарона к мусорному баку, подняла сумочку и снова закинула руку Аарона на плечо. Мы выбрались из переулка и перешли на другую сторону улицы. Распахнув ногой стеклянную дверь в вестибюль, я сунула руку в сумочку, нашарила брелок с ключами. Приложила его к панели, чтобы открылась главная дверь, распахнула ее и, хромая, вошла с Аароном в вестибюль.
Немолодая женщина, ожидавшая у лифта с чемоданом на колесиках, смотрела на нас – и, по мере того как мы подходили ближе, ее глаза становились все больше.
Я заставила себя улыбнуться, стараясь не сложиться пополам под тяжестью Аарона.
– Выпил лишнего.
Взгляд больших круглых глаз переместился с Аарона на меня.
– Боже мой, девочка! Что он сделал с твоим лицом?
О черт. Значит, мне не показалось, что глаз горячий и весь заплыл.
– Это не он.
Во взгляде женщины читалось недоверие, но тут звякнул лифт, двери распахнулись. Я втащила Аарона внутрь, и он со стоном привалился к стене. Его глаза были закрыты, лицо побелело и блестело от пота. Если бы он и правда был пьян, а не отравлен, я бы уже бросилась искать ведро, решив, что его вот-вот вырвет.
Женщина, должно быть, подумала о том же, потому что попятилась.
– Я потом.
Я с облегчением нажала кнопку девятого этажа – три раза подряд. Дверь закрылась, лифт заскользил вверх.
– Держись, Аарон, – прошептала я, гладя его по плечу. С его обгорелой футболки посыпались хлопья пепла. – Почти дома.
Он не ответил: все его внимание было сосредоточено на том, чтобы удержаться на ногах.
Двери лифта разъехались, перед нами оказался тихий коридор с ковровым покрытием. Я поволокла Аарона мимо соседских дверей к квартире Джастина. Открыла дверь и затащила Аарона внутрь. Он сильно шатался, и мне уже не под силу было его держать. Кое-как мы доплелись до гостиной, и я толкнула Аарона на диван. Он рухнул на подушки, желтое зелье оставило пятно на синей ткани.
Я метнулась назад к двери, захлопнула ее и заперла, а затем быстро осмотрелась – не попал ли на меня яд. Нет, не попал – одной проблемой меньше.
Вернувшись к Аарону, я с трудом подавила нахлынувшую волну паники. Одежда на нем была обуглена, локти исцарапаны, джинсы разодраны на коленях после падения на асфальт. Из длинной резаной раны на предплечье сочилась кровь, а жуткие белые пятна на коже говорили об обморожении. Щека тоже была ободрана – тот ублюдок вдавил его лицом в асфальт.
– Аарон!
Но он потерял сознание.
В голове у меня звенело от ужаса. Аарон отравлен неизвестным колдовским зельем. Он без сознания, может быть, умирает. Что же делать? Судорожно хватая ртом воздух, я достала телефон и позвонила Кларе. Попала на голосовую почту, перезвонила. Все то же.
Потеряв всякую надежду на Клару, я занесла дрожащий палец над цифрой 9. Набрать 911? Но поможет ли Аарону человеческая служба спасения? Что же делать?
Я зажмурилась, велев себе сосредоточиться, а затем отбросила телефон. Склонилась над диваном, похлопала Аарона по передним карманам, а потом просунула руку под его задницу. Пальцы нащупали твердый прямоугольник телефона. Я вытащила его из заднего кармана и провела по экрану. Заблокирован.
Схватив Аарона за здоровую руку, я прижала его указательный палец к сканеру отпечатков. Экран ожил. Слава небесам, что современные технологии не так уж хорошо защищены от взлома.
Открыв список контактов, я быстро прокрутила весь миллион имен до буквы «Э», но имени Эзры там не было. Выругавшись, пролистала назад до номера Кая и набрала его. Гудки, гудки, гудки – и наконец телефон переключился на голосовую почту.
– Нет! – завопила я. – Почему ты не отвечаешь?
Свидание. Аарон же говорил, что Кай ушел на свидание, а Эзра дома. Я снова стала искать имя Эзры, но его не было в списке. Дрожащими руками я открыла последние приложения, отыскала мессенджер и открыла. Переписка с Каем и…
– Циклоп? – выдохнула я сквозь зубы. – Он у тебя в контактах под кличкой Циклоп?
Я набрала номер Эзры и поднесла телефон к уху. Гудки… гудки… гудки…
– Алло?
Хриплый голос Эзры показался мне самым прекрасным звуком, какой я только слышала в жизни. Я открыла рот, но из него вырвался только всхлип.
– Аарон? – переспросил Эзра уже с тревогой.
– Эзра! – выпалила я дрожащим от подступающих слез голосом. – Аарону нужна помощь!
– Тори? – Его сонливость как рукой сняло. – Что?..
– На нас напали по дороге домой. Какой-то ледяной маг и колдуны… наверное, колдуны… и один выстрелил в Аарона такой желтой штукой, и Аарон сказал, что это яд, а теперь он без сознания, а я не…
– Тори, успокойся. – Ровный, удивительно мягкий голос Эзры погасил мою панику. – Вдохни поглубже.
Я втянула в себя воздух.
– Аарон дышит?
– Да.
– Кровь есть?
– Немного.
– Где вы?
– У меня дома. – Я назвала адрес.
– Еду к тебе. Буду через десять минут, ладно? Позвони Каю и скажи ему, чтобы нашел алхимика и ехал к нам.
– Я ему уже звонила. Не отвечает.
– Звони еще. Он возьмет трубку. Я скоро буду.
– Хорошо, – прошептала я.
Как только связь прервалась, паника вернулась. Сделав глубокий вдох, я присела возле Аарона, посмотрела на его грудь, чтобы убедиться, что он еще дышит, и стала звонить Каю. Гудки шли один за другим, пока телефон не переключился на голосовую почту. Я перезвонила. Два гудка, затем щелчок.
– Да? – В голосе Кая не было никакой сонливости, только раздражение.
– Кай? Это Тори.
– Тори? – Резкий тон сменился тревожным. – Откуда у тебя телефон Аарона?
– На него напали, когда он провожал меня домой, – сказала я. – Эзра едет сюда, и он сказал, что тебе нужно привезти алхимика.
– Где вы?
Я дала ему свой адрес.
– Скорее, пожалуйста.
– Уже еду. Вы там в безопасности? – Я успокоила его, и в телефоне послышался звук хлопнувшей двери и топот шагов. – Тори, если Эзра появится раньше меня, пусть подождет за дверью, пока я не приду.
– Что? Почему?
– Когда его друзья страдают, он это плохо переносит. – Еще одна дверь распахнулась со стуком. – Поверь мне. Я постараюсь прийти как можно скорее. Держись там.
Он повесил трубку, и я опустила руку с телефоном. Не пускать Эзру в квартиру? Эзру, само спокойствие и невозмутимость?
Я положила телефон на столик и пересела ближе к Аарону. Дыхание у него было ровное, но замедленное, лицо все такое же обмякшее. Я сцепила пальцы в замок. Мне оставалось только ждать.
Через минуту я на подгибающихся ногах проковыляла в ванную и достала из-под раковины аптечку. Вернулась к Аарону, вскрыла проспиртованный тампон и осторожно промыла рану на руке, но, стоило вытереть кровь, как она сразу начинала сочиться снова. Тихонько всхлипнув, я схватила марлевый бинт и плотно перевязала руку Аарона, на это ушла половина толстого мотка. Красное пятно проступило сквозь марлю почти мгновенно. Я снова всхлипнула, но тут же строго сказала себе: ничего, рана неглубокая, от потери крови он не умрет.
Обычно я отлично владею собой – во всяком случае, хочется так думать, – но это… это выбило меня из колеи. Не только засада, но и жестокость схватки. Огонь, лед, магия… Обычные пистолеты и пули тоже опасны, но, по крайней мере, они привычнее.
Из телефона Аарона раздалась мелодия из какой-то видеоигры, перепугав меня до полусмерти. Я вскочила, схватила телефон, провела по экрану и нажала «ответить».
– Алло?
– Я здесь, – сказал Эзра. – Впустишь меня?
Я колебалась. Кай ясно сказал, что этого делать нельзя, но… Голос Эзры звучал так же невозмутимо, как всегда. Заставлять его ждать в коридоре было неловко, да и мне не хотелось оставаться одной.
– Набери 1187 на панели, и я тебя впущу. Квартира номер 909.
Я отключилась, и через секунду мой телефон зазвонил. Я нажала 9, чтобы разблокировать вход в вестибюль, а затем отперла дверь квартиры. Снова склонилась над Аароном и стала ждать, чувствуя нарастающую тревогу.
Эзра уже поднимался к нам, и я очень надеялась, что у Кая просто паранойя.

Глава 11

Эзра коротко постучал в дверь, потом распахнул ее. Его темно-коричневые кудри были взлохмачены после сна, черная футболка мятая – видно, натянул первое, что попалось под руку. Я встала, но Эзра, не останавливаясь, шагнул прямо к Аарону. Не уверена, что он меня вообще заметил.
Эзра сел возле дивана, спиной ко мне, и стал осматривать своего друга. Нервы у меня были натянуты, сердце колотилось все сильнее. Руки и ноги покрылись гусиной кожей, и меня начала бить дрожь. Это со мной что-то не то или здесь правда так холодно?
Я вздохнула, изо рта вылетело белое облачко. И в самом деле, холод собачий!
Мой взгляд остановился на дверном проеме – я ожидала увидеть Ледяного, но нет, там никого не было. Только я, Аарон и… Эзра. Мое дыхание превратилось в белый туман: температура в комнате опускалась все ниже.
– Эзра!.. – шепнула я.
Его голова дернулась в мою сторону, лампа на журнальном столике загорелась, свет заструился по комнате. Я нахмурилась. Почему лампа светит так тускло?
Необъяснимый холод стал спадать, Эзра выпрямился и повернулся лицом ко мне. Выглядел он таким же спокойным и невозмутимым, как всегда, карий глаз был таким же теплым, а бесцветная радужка – такой же жутковатой. Но вдруг его разные глаза испуганно округлились.
– Тори! – выдохнул он и протянул ко мне руку. – Что с тобой случилось?
Я растерянно заморгала, когда его пальцы, такие горячие по сравнению с холодным воздухом, легко взяли мою руку за запястье. И опять заморгала – когда увидела, что по предплечью бежит струйка крови из глубокой ссадины на локте.
– Ой… – удивленно вырвалось у меня.
Пальцы Эзры больно сжали мое запястье, но тут же снова стали бережными.
– Ты себя в зеркале видела? – спросил он с напускной веселостью. – У тебя глаз вот-вот совсем закроется.
Я осторожно потрогала пальцами щеку. Черт, саднит. Если мои травмы так бросаются в глаза, странно, что Эзра только сейчас заметил… Но, видя, как напряженно он вглядывается в мое лицо, я догадалась. Я же стояла слева от него, когда он вошел, а он слепой на этот глаз.
Он повернул мою руку – посмотреть, нет ли других царапин.
– Еще что-нибудь болит?
– Хм… Лицо. Локти… – Я опустила взгляд и с удивлением увидела, что колени тоже содраны. Почему же мне почти не больно? Адреналин – очень сильный наркотик. – И колени. Кажется, все. Ну, потом еще синяки и ушибы дадут о себе знать.
– Я не знал, что на тебя тоже напали, – пробормотал Эзра. – Если они охотились за Аароном, тебя им незачем было трогать.
– Может, и не тронули бы, но им не понравилось, когда я начала лупить их зонтиком.
– Когда ты… что? Разве Аарон не велел тебе бежать?
– Конечно, велел, – проворчала я. – Но я пошла за ним, потому что их было шестеро, а когда тот Ледяной повалил Аарона на землю, не могла же я просто стоять и смотреть, как…
Я осеклась: лицо Эзры стало вдруг пугающе пустым. Температура снова резко упала, стало холодно, как зимой. Свет лампы все слабел, пока от него не остался лишь тусклый огонек. Вокруг сгустились тени.
Мое сердце заколотилось, мне хотелось вырваться из рук Эзры, но я не смела пошевелиться.
Тут хлопнула входная дверь и вошел Кай.
– Эзра. – Его голос прозвучал в тишине резко, как удар хлыста. – Уйди. Сейчас же.
Стало светло: лампа загорелась снова. Не меняя выражения лица, Эзра выпустил мою руку, обогнул Кая и женщину, вошедшую вместе с ним, и исчез за дверью. Я прерывисто вздохнула, чувствуя, как в комнату возвращается тепло, и посмотрела на гостью, которую привел Кай.
Шерсть у меня на загривке встала дыбом. Это была Синевласка – та самая, что «нечаянно» залила мне зеленой краской весь бар.
– Что тебе здесь нужно? – рыкнула я.
Девушка поджала губы. В руке у нее был деревянный сундучок с ручкой.
– Син – алхимик. – Кай склонился над Аароном. – Я заехал за ней по дороге. Она разберется, что это за яд и что с ним делать.
– Ученица алхимика, – поправила Син, прошла мимо меня к дивану и встала рядом с Каем. – Дай-ка мне взглянуть.
Когда она опустилась на колени возле Аарона, темные глаза Кая скользнули по мне с головы до пят, и он несколько утратил свою спокойную деловитость.
– Почему ты вся зеленая? Это что, алхимическое зелье?
Я бросила взгляд на Син.
– Это из-за меня, – пробормотала та, виновато понурив плечи. – Я краску пролила.
Глаза Кая сузились. Без лишних разговоров он вытащил из кухни табурет и усадил меня.
– Расскажи, что случилось.
Я начала рассказывать, как Аарон провожал меня домой и как за нами увязались те шестеро, и одновременно наблюдала, как Син открывает свой сундучок. В разложенном виде он превратился в замысловатую конструкцию из множества полочек и ящичков, заполненных пузырьками, мешочками, тряпочками, бумажками и другими принадлежностями. Син промыла забрызганную желтым руку Аарона и сунула ватный тампон в чистый пузырек.
– А потом тот Ледяной с Аароном начали драться, и это было… страшно, – рассказывала я Каю. – У него был большой кинжал… значит, он маг, да? Раз у него жезл?
– Да, криомаг, – коротко ответил Кай.
Остальные были колдунами, заклинания говорили об этом яснее ясного.
– А дальше? – поторопил меня Кай.
Стараясь вспомнить все как можно точнее, я описала начало боя – до того момента, как Аарон упал. Тут мне пришлось остановиться и перевести дух: адреналин в крови зашкаливал от ярких воспоминаний, от пережитого страха за Аарона.
– Похоже, это был очень сильный криомаг, – пробормотала Син, капая какую-то жидкость во флакон с пожелтевшей ватой. – Иначе такой пиромаг, как Аарон, легко бы с ним справился.
Кай скрестил руки на груди.
– Зависит от обстоятельств. У криомага был настоящий жезл, и к тому же Аарону приходилось одновременно отбиваться еще от пятерых.
Я кивнула:
– Шестеро на одного – это уж совсем подло! Я мало чем могла помочь, но все-таки того, с зельем, треснула зонтиком, и Ледяному магу тоже хорошенько врезала, только…
– Погоди. – Кай повернулся ко мне. – Ты что, дралась с ними?
– А где, ты думаешь, я так разукрасилась – когда убегала, что ли?
– Но ты же… хотя ладно. Рассказывай дальше, пожалуйста.
Я продолжила, стараясь не выпячивать свою роль, и все же Син прервала работу и изумленно уставилась на меня. Лицо Кая стало жестким. Кое-как, запинаясь, я рассказала про стену огня и взрыв.
– А потом я помогла ему подняться сюда, и тут он потерял сознание. Тогда я позвонила Эзре.
Кай задумчиво кивнул, затем потер лицо обеими руками, словно хотел прогнать сон.
– Ну что? – спросил он у Син.
Та показала свой флакон. Желтая вата сделалась фиолетовой.
– Похоже на простую сонную настойку, но очень сильную. Он не сразу потерял сознание только потому, что большая часть зелья испарилась от огня, а маленькая доза действует медленнее.
– У тебя есть противоядие?
– Есть, но безопаснее просто подождать, пока само выветрится. Я только промою, чтобы в кожу больше не впитывалось.
– Так с ним все будет в порядке? – переспросила я с ноткой беспокойства в голосе. – Это не яд?
– Любое зелье с вредным воздействием считается ядом, – объяснила Син. – Но да, с ним все будет в порядке. Через пару часов должен проснуться. У тебя найдется полотенце, чтобы его обтереть?
Я указала на бельевой шкаф. Пока она мочила полотенце в кухонной раковине, Кай поднял с пола аптечку.
– Пойдем-ка, Тори.
– Э-э?..
– В ванную. Надо заняться твоими ранами.
– Да все в порядке. Я…
– Быстро.
Спорить было бесполезно. Надувшись, я пошла за ним и села на край ванны. Кай присел передо мной, достал пакет льда с химическими добавками и с силой хлопнул по нему, чтобы вызвать реакцию.
– Приложи к глазу. – Он протянул пакет мне, затем вскрыл другой, с проспиртованным тампоном. Я закусила губу, когда он промывал мое разбитое колено – куда решительнее, чем я сама, когда пыталась обрабатывать раны Аарона. По ноге потекла струйка свежей крови. Ой-ой-ой… Кай перевязал мне колено, промыл второе, а затем и локти. Веселого мало.
Наконец, когда я вся была обклеена пластырями, Кай поставил аптечку на шкафчик.
– Похоже, ты спасла Аарону жизнь. Спасибо.
Я смущенно поежилась:
– Любой так сделал бы на моем месте.
– Нет, так сделал бы один из миллиона.
Он протянул мне руку и помог подняться. Мы вернулись в гостиную, где Син уже смыла с Аарона сонное зелье и теперь обрабатывала порез на руке с помощью припасов из своего сундучка.
– А Эзра где? – тихо спросил я Кая.
– Скорее всего, в холле. – Он сжал губы. – Я же предупреждал, чтобы ты его не впускала.
Температура в комнате была уже нормальной, но забыть тот внезапный, пронизывающий до костей холод было невозможно.
– Но он же аэромаг? Как он сумел так выстудить комнату?
– У большинства магов основная стихия одна, но, кроме нее, есть еще и побочная. Из воздуха и воды можно получить лед.
– А-а, – протянула я. – А свет как же?
– Свет?
– Он что-то такое сделал, что в комнате стало темно.
Кай взглянул на лампу.
– Это, должно быть, от холода.
– Кай, можешь мне помочь? – спросила Син, держа в руке марлю.
Кай присел рядом с ней, а я вышла в коридор и выскользнула через открытую дверь. В холле стоял Эзра, прислонившись к стене, засунув руки в карманы и запрокинув голову. Я опять оказалась слева от него, где он не мог меня видеть, и уже открыла рот, чтобы дать знать о своем присутствии, но он поднял глаза раньше. Вид у него был, как всегда, совершенно спокойный, и температура вокруг вполне нормальная.
– Эй, – сказала я тихонько, чтобы не услышали соседи.
Взгляд Эзры скользнул по мне, и его слепой глаз, несмотря на бесцветную радужку, казался обманчиво живым.
– Как ты?
– Адреналин спадает. Все болит.
– Лучше принять обезболивающее сейчас, пока не стало совсем плохо.
– Да. – Я прислонилась к стене рядом с ним и приложила пакет со льдом к саднящему лицу. Поле зрения сузилось вполовину, и я сразу же ощутила прилив сочувствия к Эзре. – С Аароном все будет в порядке. Син его лечит.
– Да, я слышал ваш разговор. – Он уставился в стену напротив. – Извини, что я так расклеился.
– Ничего. Я понимаю. – Откинув голову, я слегка стукнулась затылком о стену. – Ты, наверное, заметил, что и я особой сдержанностью не отличаюсь.
– М-м-м, – неопределенно промычал он.
– С тобой все хорошо?
Он отвернулся, и я поняла это как «нет». То, что он казался таким спокойным, хотя внутренне, судя по всему, спокоен не был, пугало сильнее, чем если бы он ругался или размахивал кулаками. Когда я взбешена, это трудно не заметить, а от тихой, никак не проявляющей себя внешне ярости Эзры мне было не по себе.
Мне была знакома такая беспомощная ярость, способная свести с ума. Я жила с ней годами, и теперь мне очень хотелось помочь Эзре вернуть душевное равновесие. Мне самой в таких случаях помогало только одно средство, но…
Подавив нерешительность, я шагнула вперед от стены и повернулась к Эзре.
– Хочешь, я тебя… обниму?
Он вскинул на меня глаза:
– Обнимешь?
Уже сожалея о своем предложении, я смущенно пожала плечами. Эзра помедлил, а затем приглашающим жестом поднял руку.
Удивленная, я подошла к нему и положила ему руки на плечи. Его ладони легли мне на талию – так осторожно, словно он готов был в любой момент меня оттолкнуть. Я положила голову ему на плечо, отвернув лицо, и постаралась не думать ни о чем, кроме тепла его прикосновения – его вздымающейся груди, биения сердца прямо у меня под ухом, рук, державших меня за талию.
Остатки нервной дрожи в мышцах ушли, я расслабилась. Объятия – чудодейственное средство, по крайней мере для меня. Когда я была буйным подростком и отчаянно ненавидела всех взрослых, Джастин часто обнимал меня, пока я не успокоюсь, – хоть полчаса, если надо.
Когда я закрыла глаза, Эзра тоже расслабился, напряжение постепенно уходило из его мускулов. Он обхватил мою талию крепче, и его объятия стали смелее – теперь он прижимал меня к себе.
Я подняла голову, дружески похлопала его по плечу и отстранилась.
– Лучше? – бодро спросила я.
– Да. – Он слабо улыбнулся. – Спасибо.
Я снова прижала к лицу пакетик со льдом.
– Ну что, пойдем?
Шагая к двери, я проклинала свой дурацкий мозг. Или дурацкие гормоны. Неважно. Я бы не стала так резко обрывать наши успокаивающие объятия, но, когда Эзра наконец расслабился, я, наоборот, занервничала. Вдруг заметила, какая мускулистая у него грудь, какие широкие плечи, ощутила, как согревает меня его тепло, а как от него пахло, боже мой – с ума сойти. Он что, в амброзии купается?
Войдя в квартиру, я обнаружила, что Кай сидит на подлокотнике дивана возле все еще бесчувственного Аарона, а Син укладывает в сундучок свои алхимические принадлежности. Кай испытующе посмотрел на Эзру.
– Итак, – объявила я. – Не пора ли поговорить о слоне в комнате?
– Что за слон? – не понял Кай.
– Почему шесть магов-головорезов пытались похитить Аарона? Мне хотелось бы это знать, учитывая, что от одного из них я получила кулаком в лицо.
– Да это не секрет, – устало ответил Кай. – Если они хотели взять его живым, значит, скорее всего, это очередное похищение ради выкупа.
– Очередное… похищение… ради выкупа, – медленно повторила я слово за словом, ошеломленная тем, как легко он их произнес.
– Семья Аарона очень известна в магическом мире, – сказала Син, запирая сундук. – Они баснословно богаты.
– И Аарон – единственный наследник этого состояния, – добавил Кай. – Уже не в первый раз на него нападают тупые охотники за наживой – правда, эти оказались ближе всех к успеху.
Я перевела взгляд с Кая на Син, с Син на Эзру.
– То есть как – выходит, это обычное дело?
– Когда он жил с родителями, еще и не то было. – Кай взглянул на Эзру. – А вот с тех пор, как мы уехали сюда, я помню только одну попытку, не считая этой.
– Я вообще такого не помню. Наверное, это было до того, как я вступил в гильдию.
– В любом случае Синклеры с этим разберутся. Честно говоря, я удивлен, что кто-то вообще рискнул с ними связываться. – Кай встал. – Аарон может и дома поспать, пока зелье не выветрится. Эзра, помоги мне его дотащить.
Я отошла в сторону, Кай с Эзрой вдвоем подняли Аарона и потащили. Я, прихватив ключи, поспешила за ними, Син следом. У лифта мы представляли собой фантастически странную картину: два мага держат под руки третьего, рядом алхимик с синими волосами и сундуком зелий, и, наконец, я – под глазом синяк, руки и ноги забинтованы, одежда вся заляпана зеленой краской.
У дома, на обочине, стоял старый красный спортивный автомобиль с мигающими аварийными огнями, а рядом на лужайке был брошен сверкающий черный мотоцикл с болтающимися сзади двумя шлемами. Ребята загрузили Аарона в машину, на пассажирское сиденье, а затем Эзра вытащил из кармана ключи и протянул их Син.
– Ты не против сесть за руль? А то Аарон меня убьет, если я помну его красавицу.
Син взяла ключи.
– Сюда же ты доехал?
– Да, но тогда выхода не было. – Он заметил мое недоумение и с застенчивой улыбкой указал на шрам, пересекающий его лицо. – У меня прав нет. Беда с чувством расстояния.
– А-а.
Он откинул спинку водительского сиденья и забрался на заднее. Когда Кай выкатил мотоцикл на тротуар, Син кашлянула.
– Вот. – Она достала из кармана два флакончика: один с каким-то густым светлым веществом, а другой до половины заполнен прозрачной жидкостью. – Белым кремом смазывай раны. Это ускорит заживление. А это… добавь несколько капель в воду, и это средство смоет краску с волос и одежды. И пятно с дивана уберет.
Я взяла флакончики, и на лице у меня читалась, видимо, скорее подозрительность, чем благодарность, потому что Син неловко поежилась.
– Извини. Я… ошибалась в тебе. Спасибо, что помогла Аарону.
Я не знала, что сказать, и поэтому промолчала. Син уселась в красную машину и завела двигатель.
– Тори, с тобой все будет в порядке? – Уже сидя на мотоцикле со шлемом под мышкой, Кай протянул мне второй. – Поедем с нами, если хочешь.
Меня охватило непреодолимое желание взять шлем и вскочить на мотоцикл Кая. Не хотелось сидеть дома в одиночестве, прислушиваясь к шагам за дверью – не вернулся ли Ледяной, чтобы отомстить. Кай излучал такую ауру уверенности, что глупым страхам рядом с ним не было места.
Но у меня ныло все тело, каждая косточка, и мне позарез нужна была горячая ванна, любимая подушка и пузырек с обезболивающим.
– Спасибо, я справлюсь.
Кай кивнул.
– Если что-нибудь понадобится, звони мне.
Он надел шлем, завел мотоцикл и вырулил на дорогу. Красный автомобиль отъехал следом и пристроился за ним. Я проводила их глазами, затем перевела взгляд на темный переулок, где мы с Аароном сражались против Ледяного и его дружков. Внутри все сжалось от страха, и я поспешила обратно в дом.
И только войдя в квартиру и заметив забытый телефон Аарона на журнальном столике, я поняла, что не смогу позвонить Каю, если мне что-нибудь понадобится. У меня ведь не было номера, а телефон Аарона я без него разблокировать не могла.

Глава 12

Меня разбудила электронная мелодия.
Я хотела вскочить, но резкая боль пригвоздила меня к дивану, и я застонала, чувствуя яростный протест всех мускулов до единого. Кое-как, через силу перевернулась на спину, схватила телефон и уставилась на экран, но он был темным. А звонок все не умолкал.
Ощупью я нашарила на столике телефон Аарона и нажала кнопку «ответить».
– Алло?
– Доброе утро, спящая красавица! – послышался веселый голос Аарона. – Вижу, мой телефон у тебя.
– Ничего ты не видишь, – пробурчала я, зарываясь в подушку. – Зачем звонишь в такую рань?
– Это я так говорю – утро. На самом деле уже половина первого.
Я застонала и снова перевернулась на живот, едва не скинув одеяло на пол.
– Эй? Алло?
– Тори нет дома. Пожалуйста, перезвоните, когда она выспится.
Аарон хмыкнул.
– Я быстро. Просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке.
– Все нормально. – Я зажмурилась от солнечного света. – А ты как?
– В порядке. – Пауза. – Исключительно благодаря тебе.
– Пустяки. – Я зевнула так, что едва не вывихнула челюсть. – Но с тебя новый зонтик.
– Считай, он уже у тебя. Можно я попозже зайду за телефоном?
Я кивнула и только потом сообразила, что он этого не видит.
– Конечно. В любое время после трех.
– Ты что, до трех спать собираешься?
Нет, но мне нужен был очень долгий, очень горячий душ, чтобы начать хоть немного шевелиться.
– До встречи.
– До встречи, Тори.
Я бросила его телефон на стол и натянула одеяло. Все болело, и я решила еще как минимум час даже не думать о том, чтобы встать с постели.
Через пару часов я уже сидела на табурете у кухонного стола и вертела в пальцах даму пик, разглядывая ее со всех сторон. С виду это была самая обычная карта, только очень старая. Нарисованная вручную дама была в черном платье, в плаще с капюшоном и держала в руке шипастый скипетр, больше похожий на оружие, чем на украшение. Ее легкая улыбка была загадочной и властной.
Я и забыла про эту карту в кармане – вспомнила только тогда, когда собралась стирать шорты со средством Син. Оно подействовало самым магическим образом: пятна с волос и одежды исчезли мгновенно, стоило чуть-чуть потереть.
Снова перевернув карточку, я повторила про себя заклинание: ori repercutio. Насколько я могла судить, оно отражало магические атаки, правда, не слишком надежно. Но все равно это было круто. Предыдущий владелец, должно быть, жалеет, что потерял эту карту? Я злорадно усмехнулась. Кто нашел, тот и хозяин.
Сунув карту в карман удобных шорт для йоги, я потянулась и снова поморщилась от боли. Стоит пару раз хорошенько грохнуться об землю, как твои собственные мышцы становятся тебе злейшими врагами. Забинтованные локти и колени тоже побаливали, но не очень. А вот синяк под глазом – это хуже. Глаз хоть и не совсем заплыл, но близко к тому. С утра я еще раз смазала его целебным кремом Син, однако ярко-фиолетовый фингал никуда не делся.
Джастин в легких спортивных штанах и футболке вышел из ванной, выпустив в коридор клубы пара. Он вернулся со смены час назад, и его ждала мягкая постель – и так уже заждалась, пока он обстоятельно допрашивал меня о том, что случилось с моим лицом, перед тем как идти в душ.
– Как дела? – спросил он. – Тебе что-нибудь нужно?
– Все в порядке, Джастин. Просто синяк. – Я попыталась закатить глаза, но не вышло: больно было. – Ну правда, все в порядке. Иди поспи.
– Бросай ты эту работу, пока чего-нибудь похуже не случилось.
Зря я ему сказала, что мой глаз пострадал во время драки в баре, но с ходу не придумала, что еще соврать.
– Это случайность. Такое могло произойти где угодно.
– До сих пор ты еще ни с одной работы не приходила с синяками.
Ворча, я начала вставать со стула, и тут зазвонил мой телефон. На экране высветилось: «Дверь» – должно быть, Аарон пришел за своим мобильником. Я нажала 9, чтобы замок открылся.
– Мне тут нужно встретиться кое с кем, – сказала я Джастину. – Иди спать, ладно?
– Кто это?
– Новый друг с работы. Я вчера нечаянно унесла его телефон. – Я встала и еще раз потянулась, чтобы размять мышцы. – Я на минутку.
Чувствуя спиной взгляд Джастина, я вышла в коридор. Прошла долгая минута, и наконец раздался стук. Сердито оглянувшись на Джастина, я открыла дверь. Аарон стоял в коридоре – щека расцарапана, на руке марлевая повязка, но в остальном такой же небрежно-сексуальный, как всегда, в темно-бордовой футболке и потертых синих джинсах.
Затем я заметила у него в руке огромный фиолетовый подарочный пакет, за край которого был прицеплен ярко-розовый зонтик.
– Что это?
– Пари, – без всякого стеснения заявил Аарон. – И я рассчитываю его выиграть, Тори. Имей в виду.
– Что за пари?
Он заглянул через мою голову в квартиру.
– Можно войти?
– Брат дома.
– А-а. Ну тогда…
Не оборачиваясь, я почувствовала, что Джастин подходит к нам.
– Это невежливо, – сказал Джастин, но в этих простых словах прозвучали выразительные нотки, намекающие, что он намерен охранять свою территорию. – Пригласи его в дом.
Бр-р-р.
– Нет. Он только заберет телефон и…
Аарон шагнул вперед, и мне пришлось отступить. Мы оказались втроем в тесной прихожей. Аарон захлопнул дверь и протянул руку Джастину.
– Аарон Синклер.
– Джастин Доусон.
Они пожали друг другу руки, и клянусь, суставы у них при этом побелели. Как жаль, что я не могла даже глаза толком закатить.
– Ладно-ладно, хватит. – Я схватила Джастина за плечо и вытолкала из коридора. – Входи, что ли, Аарон.
– Я уже. – Он шагнул следом за мной в гостиную, где я плюхнулась на табурет, а он остался стоять, прислонившись к столу. – Уютная квартирка.
– Спасибо, – ответил Джастин, застывший в напряженной позе у стены. – Что это у тебя с лицом? И с рукой?
– Я же говорила, в баре была драка, – вмешалась я. – Аарон – постоянный посетитель. Он их разнимал.
– Да фигня, – скромно сказал Аарон. – Всего-то пара царапин.
– А у Тори откуда синяк под глазом?
Вот черт. Джастин решил устроить перекрестный допрос, чтобы проверить, не наврала ли я ему.
– Джастин, мы же не подозреваемые. Давай полегче, а?
Джастин не сводил взгляда от Аарона.
– Я не люблю, когда мою сестренку обижают.
Ну все, с меня хватит! Я направилась к двери.
– Тори, – окликнул Джастин. – Ты куда это?
– Куда-нибудь. До скорого.
– Погоди. – Джастин оттолкнулся от стены. – Я иду спать. Так что можешь никуда не убегать.
Я остановилась, недоверчиво выжидая. Бросив суровый взгляд на Аарона, Джастин вышел в свою комнату и закрыл за собой дверь.
Неохотно усаживаясь обратно на табурет, я прошипела:
– Что, нельзя было за дверью поговорить?
Аарон ухмыльнулся без видимого раскаяния:
– Тогда я так и не узнал бы, выиграл пари или нет.
– Что за пари? – нетерпеливо спросила я.
– Тебе нравится новый зонтик? – Он отцепил от пакета розовое страшилище и протянул мне. – Мне уже не терпится посмотреть, как ты им драться будешь.
Я отложила зонтик в сторону и пристально посмотрела на Аарона.
– Что за пари?
– Да это все Син. – Он картинным жестом положил пакет на стол. – Она сказала, что я должен сделать тебе подарок в благодарность за спасение моей задницы…
– Не нужно мне никаких подарков…
– А мы с Каем и Эзрой стали спорить, что тебе подарить. – Он подтолкнул пакет ко мне. – Открой и посмотри.
Я чуть не послала его подальше вместе с пакетом. Я не ожидала никакой благодарности за помощь, не говоря уже о подарках – что я, принцесса какая-нибудь? Но любопытство было сильнее меня.
Медленно, будто нехотя, я открыла пакет и достала то, что лежало сверху, – огромный букет розовых лилий и оранжевых роз. Второй подарок – коробка шоколада и бутылка вина, перевязанные вместе красной лентой. Наконец я сунула руку в пакет и вытащила последний предмет: пушистое белое одеяло с узором из разноцветных сов.
– Так что? – нетерпеливо спросил Аарон. – Какой тебе больше нравится?
– Это и был спор? Какой подарок мне понравится?
– Ага.
– И никому из вас не пришло в голову, что я могу счесть это оскорбительным?
Аарон плюхнулся на табурет рядом со мной, сделавшись неожиданно серьезным.
– Я знаю, что не нужно было ничего дарить, но… у тебя же сегодня наверняка все болит. Мы не можем это исправить, но хотели хоть как-то тебя утешить.
Закусив губу, я снова посмотрела на подарки. После такого объяснения мое раздражение улеглось.
– Цветы от Кая.
Аарон моргнул.
– Как ты догадалась?
У Кая была репутация плейбоя. Разумеется, он выбрал традиционный подарок, из тех, какими привык очаровывать женщин.
– А от тебя вино и шоколад.
Аарон покосился на подарки, словно проверял, нет ли на них бирок с именами.
– Ну да.
Я погладила мягкое пушистое одеяло, перевязанное голубой ленточкой. Значит, одеяло от Эзры. Что это – логическое предположение после вчерашних объятий, что я должна любить такие уютные вещицы, или просто совпадение? Размышляя об этом, я взяла букет и пошла с ним к раковине.
– Цветы? Тебе цветы больше всего понравились?
– Нет. – Ваз у Джастина, насколько я знала, не было, поэтому я взяла высокий пивной стакан и налила туда воды. – Мне нравятся все три подарка.
– Ну нет, нужно выбрать один.
– Не могу. Мне все нравятся. – Он с досадой замычал, и я приподняла бровь. – Обидно проигрывать, да?
– Даже не верится, – пробурчал Аарон. – Я должен Каю пятьдесят баксов.
Я застыла, на миг забыв о букете:
– Что?
– Он ставил на то, что ты ничего не выберешь.
Покончив с цветами, я рассеянно открыла коробку конфет. Сунула одну в рот, покосилась на дверь Джастина и наклонилась поближе к Аарону.
– Забыла спросить, – проговорила я шепотом. – Что случилось с теми парнями в переулке? Когда мы удрали, туда уже ехала полиция.
Хотя видеть нас в переулке никто не мог, шума мы наделали более чем достаточно, чтобы привлечь внимание всего квартала.
– Если они не успели утащить оттуда свои жалкие задницы, их либо допросили в полиции и сразу отпустили, либо арестовали и отпустили попозже.
– Откуда ты знаешь, что отпустили?
Аарон взял из коробки конфету.
– Наше существование – тайна, но не для всех. Есть люди на разных уровнях власти и правоохранительных органов, которые знают о магах и поддерживают связь с Магиполом. Полицейские проинструктированы – не арестовывать никого с логотипом «MPD» на удостоверении личности. Они только собирают информацию и передают в Магипол, а там уже решают, что делать с виновником.
– Серьезно? А копы в курсе, почему им кого-то запрещено арестовывать?
– Не знаю, как им это объяснили, но о магах они обычно ничего не знают. Так безопаснее. – Аарон взял еще одну конфету. – Сама подумай. Если бы люди-полицейские попытались арестовать мага, он мог бы серьезно ранить их, а то и что похуже. Пусть уж лучше не вмешиваются. Даже если кого-то из нас арестуют, маги, состоящие в гильдиях, шум поднимать не станут. Магипол все равно вмешается, и через пару дней всех отпустят.
– Хм…
– Это не значит, что те, кто на нас напал, останутся безнаказанными. Я уже сообщил о них в Магипол. И тебя бы попросил написать заявление, но тогда пришлось бы объяснять, почему ты была со мной, а это может вызвать неудобные вопросы – кто и почему взял тебя на работу в гильдию.
– Да уж, лучше не надо. – Я взяла еще конфету. – Я рада, что с тобой все хорошо.
– Я тоже. – Его рука легла мне на талию. Конфета с карамельной начинкой таяла в моих пальцах. – Спасибо, что не бросила меня, Тори.
Наши взгляды встретились, и его синие глаза смотрели так пронзительно, что мое сердце бешено заколотилось в груди. Аарон поднес мою руку ко рту и выхватил конфету из пальцев, коснувшись их губами.
– Эй!
– М-м, – промычал он, жуя украденную вкусную конфетку, которую я только что собиралась съесть. – Хороший выбор.
– Это была моя конфета! – Я выхватила у него коробку. – Они все мои. Больше не буду с тобой делиться.
Он усмехнулся и встал.
– Пойду тогда, пока всю коробку не съел.
– Попробовал бы только. – Я проводила его до двери и, когда он уже шагнул за порог, протянула ему телефон. – Не забудь опять.
– Был бы повод вернуться.
– И снова играть в гляделки с моим братом? Ну уж нет. Увидимся на работе во вторник. Только сначала… – Я вытащила телефон из кармана. – Ты не мог бы дать мне твой номер? И Кая с Эзрой заодно.
Улыбка, мелькнувшая было у него на губах, сразу увяла при упоминании о его друзьях.
– Когда прекрасная девушка просит твой номер, это радует, но лучше бы все-таки один, а не три.
Я фыркнула.
– Мне нужны контакты для экстренных случаев.
– Понимаю. – Он взял мой телефон и вбил в него три номера. – Вот. Один из нас всегда на связи, даже если дозвонишься не с первого раза.
– Надеюсь, ты не записал Эзру как Циклопа?
Он рассмеялся.
– Нет, это я только у себя, чтобы его позлить.
Я поколебалась, но все-таки решилась спросить:
– А Эзра всегда ведет себя немного… странно в таких ситуациях?
– Он очень переживает за своих друзей, – ответил Аарон, пожимая плечами. – А кто нет? Отдохни хорошенько до вторника, ладно? А если до смены не придешь в норму, дай знать Кларе.
– Ничего, приду.
Аарон скрылся в лифте, а я вернулась к себе и еще раз хорошенько рассмотрела все подарки. Задумчиво напевая вполголоса, отнесла вазу из пивного стакана на столик, а затем расправила легкое одеяло и свернулась клубочком на диване с коробкой конфет на коленях.
Закутавшись в одеяло, я бросила в рот еще конфету, чувствуя себя настоящей прожигательницей жизни. Я бы никогда не призналась Аарону, но один из подарков все-таки нравился мне больше других. Правда, я не собиралась говорить об этом ни одной живой душе.

Глава 13

Помимо подарков, без которых вполне можно было обойтись, субботнее приключение принесло мне еще один дополнительный бонус. Когда я пришла в «Ворон и молот» во вторник, меня встретили аплодисментами. Не успела я понять, что происходит, как меня уже окружила дюжина полузнакомых лиц – все поздравляли с победой в драке с магом и спрашивали, как я себя чувствую. Фиолетовый фонарь у меня под глазом стал желто-зеленым, но и в таком виде светил издалека. Наконец, ошарашенно хлопая ресницами, я прорвалась на кухню. Рэмси поднял глаза от стола, на котором резал помидоры.
– Как дела? – спросил он. – Слышал про твою эскападу.
– Как вышло, что все уже в курсе? – проворчала я, убирая на полку в кабинете сумочку и новый ярко-розовый зонтик. – Сплетничаете тут, как старухи.
Рэмси откинул с глаз темные волосы.
– Новости расходятся быстро. Син рассказала другим алхимикам, те – колдунам, а колдуны всем остальным.
– Син? – настороженно переспросила я. – А что именно она рассказала?
– Лично я слышал историю о том, как Аарон попал в засаду, один против шестерых, и ты, с одним зонтиком и краденым артефактом, спасла его задницу. – На его лице промелькнула тень сомнения. – Ты что, правда бросилась в драку против шестерых магов в одиночку?
Я поморщилась: меня смущало всеобщее внимание к моей персоне.
– Ну да, а что еще оставалось? Позволить им его утащить?
– Крепкий ты орешек, Тори. – Лицо Рэмси стало неожиданно серьезным. – А что за артефакт ты украла?
– Что?.. А, ты про карту. – Я повязала фартук и вытащила из кармана даму пик. – Отобрала ее у колдуна. Он этой картой повернул огонь Аарона против него самого.
Рэмси бросил недорезанные помидоры, стянул латексные перчатки, взял в руки карту и стал разглядывать.
– Отражающее заклинание? – присвистнул он. – Это редкость. А как звучит?
– Э-э-э… Ori repercutio.
– Ух ты! Обалдеть! – Глаза у него заблестели. – Я специализируюсь на таких арканах – оружии противодействия другой магии, и от этой штуки исходит такая скрытая аура, ты просто не поверишь. Непростая штучка.
Нахмурившись, я забрала у него карту.
– Скрытая аура? А по-моему, карта как карта.
– Это говорит только о том, что у тебя нет дара арканы. Но такой артефакт может использовать кто угодно, магические способности тут не нужны.
– Эта штука не очень-то надежная. У меня только один раз сработала.
– Разные заклинания действуют по-разному. – Рэмси оперся на стол. – Аркана извлекает энергии из природного мира и придает им форму и цель. На создание заклинаний могут уйти часы, недели, месяцы и даже годы, в зависимости от сложности результата.
Хм. Сколько же времени ушло на создание заклинания для дамы пик?
– Как-то непрактично.
– Да, поэтому боевые колдуны используют специальные инструменты, и самые распространенные из них – чары и артефакты. Чары – это такой кантрип… извини, тут нужно объяснять с самого начала. Кантрип – это короткое однорунное заклинание. Давай покажу.
Он шагнул в кабинет, взял со стола стикер и ручку и начертил на бумаге какой-то странный символ. Вернулся на кухню и поднял эту бумажку над раковиной.
– Igniaris.
Стикер вспыхнул, хищные языки пламени взметнулись неожиданно высоко. Рэмси отдернул руку, и горящая бумажка упала в раковину.
– Вот это и есть кантрип. А чары – это уже готовый кантрип, многоразовый, который не надо рисовать каждый раз заново. Он должен быть нарисован идеально, иначе не сработает, так что в спешке лучше даже не пробовать. – Рэмси достал из кармана большую монету с выгравированным в центре символом. – Вот эта штука гарантированно будет работать каждый раз. Чары – самая быстрая магия, доступная колдуну, но силы в них немного.
Огненное заклинание мне слабым не показалось, но, может, просто потому, что для меня любая магия была чем-то невероятным.
– А артефакт – это магический предмет, в котором заключено сложное заклинание. На его создание уходит несколько дней, а то и недель работы, зато он действует гораздо сильнее чар. Многоразовые артефакты – самые ценные, но их нельзя использовать несколько раз подряд, это тебе не пистолет. Они накапливают энергию, а когда ее израсходуешь, приходится ждать перезарядки.
– А, так вот почему не каждый раз срабатывает. А сколько времени нужно на перезарядку?
– Зависит от заклинания. Одним артефактам хватит пары минут, а другим требуется несколько дней или недель.
Даму пик до меня использовал колдун – не помню, правда, сколько времени после этого прошло. Больше двух минут, но, пожалуй, меньше семи… как-то так.
Рэмси постучал по карте пальцем.
– Все заклинания для артефактов начинаются с ori – это пробуждает магическую силу. А затем идет командное слово или фраза. Repercutio – значит отражение или ответный удар.
– Хм… То есть нужно просто повернуть карту в ту сторону, откуда тебе грозит магическая атака, произнести заклинание, и она отразит ее?
– До известной степени. У этого заклинания есть свои ограничения, хотя заранее трудно предсказать, на что у него хватит силы. И все-таки… – Рэмси выпрямился. – Это ценная вещь. Если решишь продать, дай мне знать.
– Хочешь купить?
– У меня таких денег нет, но я мог бы найти тебе покупателя. Как я уже сказал, я коллекционирую подобные вещи, так что кое-какие связи у меня имеются.
– А сколько она стоит?
– Двадцать пять или тридцать точно дадут, готов спорить.
Я скривилась. Что у него, тридцать баксов не найдется?
– Кажется, мы по-разному понимаем слово «ценный».
– Хочешь сказать, тридцать тысяч долларов для тебя не ценность?
– Что?.. Я-то подумала… Да, это большие деньги. Если решу продать, дам тебе знать.
Стараясь не показывать своего потрясения, я сунула даму пик обратно в карман. Отметила для себя: не терять.
– Да, и знаешь что, Тори? Держи язык за зубами. – Рэмси отвернулся к раковине и принялся мыть руки. – Людям не разрешается владеть артефактами. Многие маги будут рады тебя от него избавить, хочешь ты того или нет.
М-да, весело, ничего не скажешь. Интересно, а своих товарищей по гильдии он тоже имел в виду, когда предупреждал меня, чтобы остерегалась магов?
Я вернулась в бар и увидела, что Аарон и Кай уже тут как тут – они сидели на барных стульях, склонив головы над ноутбуком. Я коротко поздоровалась с ними, расставила все необходимое на стойке и стала принимать заказы у дюжины посетителей, ожидающих напитков, а заодно подробностей о субботней схватке с бандой головорезов.
Когда у меня выдалась свободная минутка, к Аарону и Каю уже подсела Син, ее синие волосы блестели в тусклом свете ламп. Я подошла, она сдержанно улыбнулась мне, и я ответила такой же сдержанной улыбкой.
– Как твои ушибы? – спросила она.
– Быстро заживают. Крем, который ты мне дала, действует потрясающе. – Подавая ром с колой Аарону и Каю, я спросила ее: – Будешь что-нибудь?
– Пока нет, спасибо.
Я вытянула шею, чтобы заглянуть в ноутбук:
– Над чем это вы работаете?
Аарон откинулся назад.
– Я звонил родителям, но они по своим каналам не могут выяснить, что за маги решили попользоваться деньгами нашей семьи.
– Я вот думаю, не связано ли это с тем отступником-колдуном, которого мы накрыли в субботу, – сказал Кай, барабаня по клавиатуре. – Хотя это реакция слишком быстрая.
– А сами нападавшие? – спросила я. – Разве нельзя их допросить?
– Все успели удрать до того, как появились полицейские. Мы так и не знаем, кто они и откуда. – Кай поднял глаза, и в его взгляде сверкнуло мрачное веселье. – Значит, теперь Аарон будет присматривать за тобой, а я за Аароном, пока мы не выясним, кто на него охотится.
Аарон страдальчески вздохнул.
– Здесь-то мне нянька не нужна. В штаб гильдии никакой дурак не сунется.
– Это верно. – Кай придвинул ноутбук поближе. – Но мне все равно нужно поработать.
Вечер пролетел быстро. Забегала Клара, поохала над моим глазом и поблагодарила за помощь Аарону. Я получала все новые поздравления (похоже, у магов синяк под глазом считается поводом для празднования?), но больше всего меня удивило, что Аарон нисколько не преуменьшал опасность ситуации. Наоборот, если я слишком скромничала, отвечая на расспросы, он меня поправлял: подчеркивал, что, если бы я не пришла на помощь, его бы здесь не было. Я-то думала, парень с таким раздутым эго, как у него, ни за что на свете в таком не признается.
Когда Син (она сегодня работала в алхимической лаборатории в подвале) поднялась в паб за содовой, Аарон как раз пересказывал эту историю колдуну Линдону.
– Неужели его это не задевает? – вполголоса спросила я у Син, передавая ей колу. – Охота ему всем рассказывать, что не справился без чужой помощи?
Син уселась на барный стул и пожала плечами.
– Маги – крутые ребята, а Аарон у нас один из лучших. Если уж он признает, что ему понадобилась помощь, это говорит только о том, как сильны были его противники. Мы все и так знаем, что он не дурак и не хлюпик.
– Хм… – Я налила себе колы. – А Кай с Эзрой?
– У Кая нет такой силы, как у Аарона, но он пришел в нашу гильдию уже отлично натренированным и вышколенным. Я бы точно не хотела иметь его своим врагом. – Она помешала в стакане соломинкой. – А что касается Эзры… он неплохо владеет магией, но до Аарона с Каем ему далеко. Тут многое решает генетика. У кого-то в роду исключительный дар, а у кого-то нет.
Аарон и Кай никогда не давали понять, что Эзра слабее их, но когда они ловили того отступника-колдуна, Эзра оказался единственным, кто пострадал в схватке.
Я глотнула колы. Мне вспомнилась невидимая ярость Эзры, от которой в комнате стало холодно и свет померк. Неужели слабый маг способен на такое в минуты гнева? Впрочем, что я в этом понимала?
– Они, кажется, хорошие друзья, – пробормотала я.
– Лучшие, – согласилась Син и подперла подбородок рукой. – Аарон с Каем еще подростками были неразлучны, как братья, и в гильдию вместе пришли. А через год или два появился Эзра, подал заявку, и Аарон с Каем взяли его под крыло – по крайней мере, так мне рассказывали. Когда я с ними познакомилась, их уже водой было не разлить.
Последние слова прозвучали как будто с досадой, и я вопросительно подняла бровь. Син оглянулась, не подслушивает ли кто, и наклонилась поближе.
– Я никогда еще не встречала трех таких безумно сексуальных парней, которых невозможно заманить на свидание, – возмущенно прошипела она. – Кай вечно встречается с пятью девушками одновременно, Аарон только с теми, кого, по его представлениям, могли бы возненавидеть его родители, а Эзра вообще убегает и прячется, если пытаешься с ним флиртовать. Нет в жизни справедливости.
Выплеснув негодование, она снова стала чопорно потягивать свою колу.
Я удивленно уставилась на нее:
– Аарон встречается только с теми девушками, которых возненавидели бы его родители?
– Может быть, не специально, но закономерность прослеживается. – Она махнула рукой. – Впрочем, извини, я отвлеклась. О чем мы говорили?
– Хм… – Я и сама уже не помнила. Аарон ведь хотел пригласить меня на свидание, перед тем как засада сорвала его планы. Значит, он видел во мне девушку, которая может не понравиться его родителям? Я внутренне улыбнулась. Злить родителей – это я и правда неплохо умела.
Син покрутила в пальцах соломинку.
– Честно говоря, Тори, я удивлена, что ты пришла сегодня.
– Удивлена?
– Я ожидала, что ты сбежишь. Мы ведь не очень-то тепло тебя встретили. – На ее лице промелькнуло виноватое выражение. – А потом за тобой кто-то увязался по дороге домой, на Аарона напали ни с того ни с сего, тебя втянули в драку и избили. Работать с магами – дело рискованное, особенно если не владеешь защитной магией, а «Ворон и молот» – не самая безопасная гильдия. Я думала, ты уйдешь и дорогу сюда забудешь.
Она выжидающе смотрела на меня, но я молчала. Мысли путались. Теперь, когда Син высказала это вслух, мне тоже казалось очевидным, что после смертельно опасного приключения бросить работу в гильдии было бы самым разумным решением, однако до сих пор я даже не задумывалась об этом всерьез. Может, со мной что-то не так? Может, меня опасность как раз и привлекает?
Я почувствовала в животе какой-то странный холодок. Пожалуй, я не столько к опасности тянусь, сколько ненавижу скуку. А здесь, с этой публикой, уж точно не соскучишься.
После смены Аарон отвез меня домой на своей старой красной машине. Кай втиснулся на заднее сиденье, уступив мне место рядом с водителем. Никаких следов слежки, никаких потенциальных похитителей мы по дороге не заметили.
Вся неделя прошла спокойно и обыденно. Утром в колледж, после занятий – пешком в «Ворон и молот», поболтать с Аароном (в компании Кая или Эзры), а иногда и с Син – когда она поднималась из подвальной лаборатории чего-нибудь выпить или перекусить. Теперь, когда она больше не устраивала диверсий, с ней было приятно общаться. Она принесла мне искренние извинения, и я решила ее простить… К тому же у меня было подозрение, что в роли змея-искусителя в этой истории выступила Тавифа.
Однако главное различие между первой неделей и второй было в самой атмосфере. После того как я, рискуя жизнью, выручила из беды члена гильдии, в отношении магов произошел колоссальный сдвиг. Не то чтобы я очутилась вдруг в волшебной сказке и купалась во всеобщем обожании, но все же реакция на мое присутствие стала гораздо теплее.
Многие посетители теперь улыбались мне и были не прочь перекинуться парой слов. Приветствия стали дружелюбнее. Чаевые щедрее. Веселость больше не исчезала с лиц посетителей, когда они подходили к моей стойке. Вначале я думала, что в будние вечера тут пустовато, но теперь стала подозревать, что многие не хотели приходить из-за меня. Теперь же в баре стало многолюднее, оживленнее и куда веселее. Смех, шутки, бесконечные подколы и розыгрыши. Развлечения и дурачества подвыпивших магов.
Были и те, кто по-прежнему меня презирал, но таких становилось все меньше. В те вечера, когда дежурила Тавифа, можно было с уверенностью ждать неприятностей. Она всегда появлялась в самый неподходящий момент, и, хотя ее холодные замечания никогда не были откровенно враждебными, к тому времени, как она исчезала наверху, у меня внутри все кипело от обиды и злости. Ее виртуозное умение дать понять, что мне здесь не рады, и впечатляло, и обескураживало.
С ведьмой Сильвией мы заключили холодное перемирие. Телекинетик Лиам извинился передо мной и больше не повторял своих отвратительных выходок. Яснослышащий книжный червь Том заходил каждый вечер – выпить пару коктейлей и почитать в своем любимом дальнем углу. Алиса, девушка с волосами бананового цвета, держалась отчужденно и так задирала нос, что просто удивительно, как она еще не споткнулась и не разбила его – впрочем, меня это мало волновало.
У троицы придурковатых охотников на вампиров – Сьерры, Даррена и Кэмерона – открылся настоящий талант: когда их никто не слышал, они изощрялись во всевозможных оскорблениях в мой адрес. Но я тоже не терялась. В последний раз, когда Даррен нарочно разлил по всей стойке свежеприготовленный «Лонг-Айленд Айс Ти», я, наливая содовую, пустила ему в лицо струю из пистолета с газировкой. Получи, гаденыш.
Дела шли все лучше. Веселее, интереснее. Я уже знала, кто всегда готов к добродушным подначиваниям, а кто постоянно не в духе. Кто любит поболтать, а кто терпеть не может пустых разговоров, кто умеет веселиться и веселить других, а от кого одни неприятности.
И все это время Аарон вместе с Каем или Эзрой составляли мне компанию и приходили на помощь, если кто-то вел себя по-свински. Впервые за долгое время я шла на работу с удовольствием.
Неделя прошла отлично, и, когда снова наступила суббота, я встретила ее в приподнятом настроении. Аарон и Эзра обосновались в дальнем конце бара: Аарон играл в какую-то видеоигру, а Эзра за него болел. Паб оживленно гудел, я без устали носилась на кухню и обратно, принимала заказы и разливала напитки.
Когда предвечернее оживление немного схлынуло, я подошла с подносом к одному из столиков. Обычно я не подавала еду, посетители сами подходили за ней к бару, но девушка, сделавшая заказ, сидела за столиком одна и раскладывала карты в каком-то странном порядке.
Я пристроила поднос на единственный свободный угол.
– Еще что-нибудь?
– Нет, это все. Большое спасибо. – Девушка рассеянно улыбнулась мне и протянула руку. – Кстати, я Сабрина.
– Тори. Очень приятно.
Сабрина поерзала на стуле. Ее большие карие глаза выделялись на лице благодаря ярким теням и накладным ресницам.
– Ты ведь много времени проводишь с Аароном и Каем, да?
– На работе, – уточнила я. – Да.
– А у тебя нет их телефонов? Я потеряла номера, а попросить снова никак не соберусь.
Ее невинный тон меня почему-то насторожил.
– Извини, тут я не могу помочь.
– Эх… – удрученно вздохнула Сабрина, поправляя стриженные под боб светлые волосы, уложенные идеально, как в салоне.
– А почему ты сама не спросишь? Аарон же здесь.
Я повернулась, чтобы окликнуть его, но Сабрина замахала рукой:
– Нет-нет, не надо. Я лучше потом.
– Угу.
Она собрала карты и лучезарно улыбнулась, словно хотела отвлечь мое внимание.
– Хочешь погадаю?
На обратной стороне карт, которые она только что сложила в аккуратную стопку, красовались золотое солнце и луна, образующие символическую пару ян-инь, а на лицевой – рисунки тушью. Таро. Обычно я только посмеивалась над подобными вещами, но сейчас-то я в гильдии магов, а значит…
– Ты только что гадала на этих картах, Сабрина. – Какая-то старушка подошла к столу и взглянула на него сквозь очки в бирюзовой оправе. – Перед новым гаданием нужно очистить колоду.
– Я умею обращаться с картами. – Сабрина излишне резким движением подровняла колоду. – Отвяжись, Роза.
Недовольный взгляд Розы смягчился, и она приветливо мне улыбнулась. Из-под ее вязаной шапочки выбивались легкие белые пряди.
– Я бы с удовольствием сама погадала тебе, дорогая. Сабрина – слишком юная прорицательница, она еще только учится своему ремеслу. А у меня многолетний опыт, и…
– Роза, отвяжись! – рявкнула Сабрина. – Садись, Тори.
– Э-э… – Я взглянула на самоуверенное лицо Розы, потом в умоляющие глаза Сабрины и неохотно присела. – Мне никогда… м-м-м… еще не гадали.
– Да это все равно бессмысленно, если только не имеешь дело с настоящим прорицателем, – весело сказала Сабрина, с фантастической скоростью тасуя свою колоду. – Гадание не предсказывает будущее, как уверяют шарлатаны, оно лишь проливает свет на то, какие силы действуют в твоем окружении и какой путь – может быть, один из многих – лежит перед тобой.
Роза хихикнула.
– Колода не очищена, а значит, энергия предыдущего гадания все запутает. И к тому же гадать здесь, в таком шуме и суете?
– Ничего подобного, – огрызнулась Сабрина. – Я знаю свои карты, Роза.
Пожилая дама усмехнулась.
Сабрина протянула мне колоду.
– Сначала перетасуй карты, чтобы передать им свою энергию.
Я посмотрела на карты с некоторой опаской.
– Гм… а это долго? Мне нельзя бросать бар…
– Всего пара минут, не волнуйся. Давай, перетасуй. А пока тасуешь, мысленно задавай вопрос, на который больше всего хочешь получить ответ.
Я взяла потрепанные карты, еще теплые от рук Сабрины. Неумело тасуя их, задумалась, о чем бы спросить. И сразу же в голове возник вопрос: что меня ждет?
Мне казалось, я понемногу обживаюсь здесь… становлюсь своей. Мне это нравилось. Можно было расслабиться, не плясать каждую смену на тонком льду, не ждать, когда упадет топор гильотины и я опять останусь без работы. Но ведь это ненадолго. Как только Дариус вернется с конференции, он подпишет мои документы, и Магипол вышвырнет меня обратно в мир людей.
Да и не только в этом дело. На этой работе я уже столкнулась со столькими опасностями, как ни на какой другой. Те, кто напал на Аарона, так и разгуливают на свободе, их личности не установлены. И вдобавок ко всему Тавифа ненавидит меня всеми фибрами души. И не она одна.
Что же мне делать? Что меня ждет?
– Пожалуй, хватит, – сказала Сабрина. – Теперь сними карты.
Я сняла и отдала колоду ей. Она погладила верхнюю карту, ее взгляд стал рассеянным.
– Отлично. Твоя энергия передалась картам.
Замедленными, словно во сне, движениями она сняла верхнюю карту, положила на стол лицевой стороной вниз, потом проделала то же самое со второй. Одну за другой она выложила на стол семь карт в форме буквы «V».
Роза фыркнула.
– Я бы на твоем месте сделала расклад «Кельтский крест», если хочешь по-настоящему глубокого…
– Роза, умолкни! Это тот расклад, которого хотят карты. – Сабрина уселась поудобнее и коснулась пальцами первой карты. – Это твое прошлое.
Она перевернула карту: на лицевой стороне были нарисованы украшенные драгоценными камнями кубки. Карта легла нижней стороной ко мне, то есть Сабрина видела ее вверх ногами.
– Шестерка Чаш, перевернутая. Это говорит о том, что твое прошлое влияет на будущее. – Она открыла следующую карту, с изображением накренившегося здания. – Твое настоящее – Башня. Внезапная крутая перемена только что разрушила привычный ход твоей жизни.
Внезапная крутая перемена? Ну да, конечно. С этой работой все пошло кувырком. Но это не так уж и плохо.
Сабрина перевернула третью карту, с изображением клинков.
– Семерка Мечей. Хм…
– Что это значит? – спросила я.
– Третья карта в раскладе показывает скрытые силы, влияющие на твою жизнь, а Семерка Мечей означает… обман. Кто-то старается ввести тебя в заблуждение.
Роза усмехнулась, Сабрина бросила на нее свирепый взгляд и протянула руку к следующей карте.
– Эта карта – ты сама. – Сабрина перевернула ее. – Отшельник.
Я сморщила нос при виде изображения бородатого старика.
– Очень лестно.
– Отшельник – карта мудрости и гордой независимости. Но она перевернута. – Сабрина ткнула в карту пальцем, и я вспомнила, что на расклад нужно смотреть с ее стороны, а не с моей. – Перевернутая карта означает, что сила Отшельника может обернуться слабостью.
По моей спине пробежал холодок. Если честно, становилось жутко.
– А дальше?
– Пятая карта – твое окружение. – Сабрина перевернула карту, и я увидела человека в доспехах с мечом. – Рыцарь Мечей. Преданность, решительность, храбрость. Это то, что тебя окружает. Но… – Она перевернула следующую карту. – Восьмерка Мечей. Ты боишься привязанности. Держишь себя в узде.
Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце.
– А последняя?
– Последняя карта – итог, конец пути. Думай о своем вопросе. – Сабрина, глядя отсутствующими глазами куда-то вдаль, протянула руку к карте и перевернула ее. – Ой!
Роза ахнула.
Я молча смотрела на карту, чувствуя, как все холодеет внутри. На ней была тщательно прорисована мрачная фигура с окровавленной косой.
– Э-э-э… я правильно поняла?
Сабрина деликатно кашлянула.
– Это карта Смерти, но это не значит, что ты умрешь. Это карта перерождения – конца и нового начала.
М-да, слабое утешение.
Сабрина простерла руки над раскладом Таро и какое-то время сидела молча, рассеянно переводя взгляд с одной карты на другую.
– Вокруг тебя назревает конфликт. Ты попала в водоворот резких перемен, а в тени кроется обман, которые еще сильнее притягивает конфликт. Твое прошлое преграждает дорогу будущему, но, хотя до сих пор ты шла по своему пути одна, теперь к тебе хотят присоединиться другие. Тебя ждут еще более крутые перемены, а вот какие… – она легонько дотронулась до Восьмерки Мечей, – зависит от страха, который владеет твоим сердцем.
Зловещая тишина повисла над столом. Я перевела взгляд с рушащейся башни на зловещий призрак смерти, потом на рыцаря в доспехах с поднятым мечом и, наконец, на Аарона с Эзрой, которые плечом к плечу сражались на ноутбуке с инопланетянами.
– Конфликт – да, но Мечи несут совсем другое послание, – заявила Роза. Она ткнула пальцем в Шестерку Мечей, в Рыцаря, а затем в Восьмерку Мечей. – Тайны. Правда. Риск. Опасные тайны станут испытанием на верность для самых сильных твоих союзников, и, если ты будешь искать правды… – ее взгляд упал на карту Смерти, – коса жнеца нависнет не только над тобой.
Сабрина оттолкнула руку Розы и свирепо фыркнула:
– По чужим картам нельзя сделать точное прорицание. Это даже новички знают. – Она собрала семь карт и сложила их обратно в колоду. – Тори, о чем ты спрашивала карты?
Я проглотила комок.
– Что со мной будет дальше.
Сабрина с Розой обменялись долгими загадочными взглядами, заставившими меня занервничать еще сильнее.
– Ага, – пробормотала Сабрина. – Ну-у… ты должна понимать, что карты не определяют будущее. Они показывают путь, по которому ты идешь сейчас, но в твоей власти переломить судьбу. Измени свое сердце, и изменишь путь.
– Ясно. – Я принужденно улыбнулась. – В любом случае мой вопрос был довольно расплывчатым. В ближайшем будущем меня ожидает поход по магазинам на Робсон-стрит. Может быть, кто-нибудь попытается стащить у меня кошелек.
Сабрина засмеялась.
– Вряд ли карты могут предсказать такое, но ты права. Беспокоиться не о чем. Просто помни об этом прорицании.
– Ей стоит серьезно отнестись к тому, о чем я ее предупредила, – возразила Роза. – В раскладе ясно читаются конфликт и опасность. Жизнь и смерть зависят от какой-то тайны, которую она должна раскрыть, прежде чем…
– Куда ты собираешься за покупками? – громко перебила Сабрина. – Я больше всего люблю магазин на Беррард-стрит.
Я улыбнулась и стала перечислять свои любимые магазины. Роза отошла, бросая через плечо сердитые взгляды на юную конкурентку. Я еще немного поболтала с Сабриной и вернулась к работе, стараясь не думать о предсказании, однако зловещие слова так и крутились в голове.
Я была бы рада отмахнуться от них как от дикого бреда, но за последние пару недель я уже столько раз имела дело с магией, что теперь не могла просто забыть об этом гадании, как бы ни хотелось.

Глава 14

В кармане у меня было уже не совсем пусто, пришло время шиковать – ну, хотя бы чуть-чуть. По пятницам выдавали зарплату, и, благодаря повышенной почасовой ставке, денег у меня прибавилось. За квартиру за месяц уже заплачено, банковский счет вне опасности, так почему бы не разориться на новую футболку.
Скромная покупательная способность меня не особенно расстраивала: гораздо больше, чем покупки, я любила сам процесс. Да, конечно, шопинг – девчоночья слабость, но одну такую слабость можно себе позволить, правда же?
Я неторопливо шагала в толпе прохожих по Робсон-стрит. Солнце сияло, в воздухе пахло соленой океанской водой. Зонтик я, искушая судьбу, оставила дома и пока еще об этом не пожалела. Ни одно облачко не омрачало ясное голубое небо, и на улицы высыпала половина города – насладиться теплым воскресным днем, пока роковой понедельник не положил трагический конец выходным.
В кармане звякнул телефон. Я вытащила его и быстро ответила на сообщение Син. Мы с ней уже созванивались утром и договорились вместе сходить пообедать, а потом в кино. Я любила такие спонтанные планы, и мне давно уже не хватало простых девичьих радостей. Заводить подруг я почти разучилась со времен начальной школы: девушки, с которыми у меня складывались дружеские отношения на предыдущих работах, после увольнения тут же отшвыривали меня, как заплесневелую корку.
Ускорив шаг, я проскользнула сквозь стайки туристов с фотоаппаратами на шее, мимо самодовольных красавиц, предающихся безудержному шопингу, с шестью пакетами в каждой руке (или в руках их незадачливых спутников). В шлепанцах, звонко щелкающих по тротуару, в огромных темных очках на носу я подошла к своему любимому магазину.
Двери были распахнуты, и возле них по обе стороны стояли, словно на часах, усталые парни в ожидании подруг. Не знаю уж, что мешало им подождать внутри, в прохладе кондиционера. Может, боятся подхватить вирус шопоголизма или еще что-нибудь в этом роде.
Обогнув парня, одетого с ног до головы в черное, в бейсболке и солнечных очках, я направилась к первой же стойке товаров со скидками и стала перебирать майки. Выбрав синюю, на фигурных лямках, приложила ее к груди, чтобы прикинуть, как она будет сочетаться с обрезанными джинсовыми шортиками. Когда-то это были мои любимые джинсы. Теперь же они стали любимыми шортами, и я была твердо намерена носить их до тех пор, пока они не расползутся на заду.
Минут пятнадцать я сгребала в охапку футболки и майки с распродажных стоек, постепенно продвигаясь в глубину зала, к примерочным. Телефон снова звякнул: Син интересовалась, где я. Я написала, что уже почти закончила дела и готова встретиться с ней в кафе через двадцать минут. Сунув телефон обратно в карман, я опять заметила мужчину в черном – он стоял в полном одиночестве у колонны, уставившись сквозь темные очки в телефон. Должно быть, его девушка стесняется показываться с ним на людях, бедняжка. Ее можно понять.
Я зашла в кабинку, закрыла дверь на защелку, скинула свою майку в цветочек и примерила синюю. Неплохо, только со своими рыжими волосами я сразу стала похожа на Мистик. Нет, пожалуй, не то.
Я перемерила еще несколько футболок, и в результате они разделились на две кучки: «кажется, не очень» и «на кой черт я это схватила, где были мои глаза?!». Когда я натянула темно-лиловый топ с вырезом, оказавшимся несколько глубже, чем надо, дверь примерочной заходила ходуном.
– Занято! – крикнула я, разглядывая в зеркале свою почти не прикрытую красоту – даже красный лифчик слегка выглядывал наружу. На работу такое, пожалуй, не наденешь. Хотя Аарону наверняка понравилось бы.
Дверь снова затряслась и вдруг распахнулась. Я взвизгнула и отскочила, пока она меня не стукнула.
– Я же говорю – заня…
Человек в черном толкнул меня к стене и схватил за горло.
Задыхаясь, я вцепилась в его запястье, а он локтем захлопнул дверь и снова задвинул защелку. Прижал меня к стенке, сбив вешалки на пол, и поднял темные очки.
– Узнаешь? – прорычал он.
О, черт! Это был тот самый колдун – бывший владелец дамы пик.
Сжимая пальцы у меня на горле, он вдавил меня в стену всем телом, чтобы я не могла лягнуть его ногой.
– Я хочу получить свой артефакт обратно!
Я вцепилась ногтями ему в запястье, разодрав до крови. Он зашипел и сунул руку в карман. Я почувствовала, как карта прижалась к моему животу.
– Ori torqueo male.
Мое тело опалило жаром, а затем скрутило нестерпимой болью – словно огонь пробежал по каждой косточке. Я забилась в конвульсиях, но кричать не могла – рука Черного сдавила мне горло.
– Неприятно, да? – Он ослабил хватку, и я судорожно, прерывисто втянула воздух. – Где мой артефакт?
Я уставилась на него, не в силах выговорить ни слова. Перед глазами все плыло, и меня трясло от только что перенесенной мучительной боли. Было ужасно холодно.
– Где мой артефакт? – снова прорычал Черный, сжимая мне горло.
Стиснув зубы, я кивком головы указала на сумочку. Как только Черный повернул голову, я врезала ему кулаком по уху. Он охнул от боли и снова вдавил меня в стену, но я изо всех сил ударила его обеими руками по запястью, он невольно ослабил хватку на моем горле, и я вырвалась. Воздух хлынул в легкие, все мое тело сотрясалось от неудержимого кашля.
Черный сбил меня с ног и прижал к полу. В руке у него что-то серебристо сверкнуло – кинжал, по виду старинный. Острие было нацелено мне прямо в лицо.
Кто-то постучал в дверь примерочной.
– У вас все в порядке, мисс?
Я не могла отвести взгляд от колдуна. Он быстро оглянулся в сторону невидимой за дверью женщины и опустил кинжал еще ниже, к самому моему лицу. Это было недвусмысленное предупреждение: если я скажу что-то не то, он воткнет лезвие мне в глаз.
– Все хорошо, – прохрипела я. – Просто сумку уронила.
– Дайте знать, если вам что-нибудь понадобится, – с сомнением в голосе отозвалась продавщица.
Мы с колдуном оба замерли, ожидая, не скажет ли она чего-нибудь еще. В магазине, как ни в чем не бывало, продолжалась обычная суета. Нашей ожесточенной борьбы никто не слышал. Колдун еще чуть-чуть опустил кинжал, приставил его к моей щеке под самым глазом.
– Ori calefacio.
Лезвие засветилось вишнево-красным, щеку обожгло.
– Где он?
Я вжалась затылком в пол, пытаясь уклониться от раскаленной стали, и прошептала:
– У меня в сумочке.
Губы колдуна растянулись в злобной ухмылке, рука напряглась, острие кинжала скользнуло к моему горлу.
Громко звякнул телефон.
Колдун вздрогнул, его голова резко дернулась в сторону звука. Я ударила его по запястью снизу вверх, отбив смертоносное лезвие, а другой рукой хлопнула по бедру – по карману с картами-артефактами.
– Ori torqueo male, – прохрипела я.
У Черного вырвался сдавленный вопль: его мускулы тоже скрутило спазмами. Он рухнул на меня, кинжал с грохотом упал на пол. Ужас придал мне сил, я скинула колдуна с себя и вскочила на ноги. Он тут же схватил меня, и мы оба повалились на дверь.
Дверь распахнулась, мы рухнули на твердый плиточный пол. Перепуганные покупатели подняли крик. Отчаянно молотя кулаками куда попало, я сумела освободиться и кое-как отползла подальше, сидя на заднице, а колдун нырнул обратно в примерочную. Кто-то кричал, чтобы вызвали полицию.
Колдун выскочил с моей сумочкой под мышкой, с кинжалом в одной руке и с картой в другой. Губы его шевельнулись в почти беззвучном заклинании, и воздух вокруг пошел волнами. Невидимая сила ударила меня, будто футбольный мяч, и швырнула на стойку с бюстгальтерами самых больших размеров.
Вместе с бюстгальтерами я полетела на пол, путаясь в белых и розовых кружевах, а колдун бросился к двери. Задыхаясь, я вынырнула из кучи тряпья и устремилась за ним. Пусть забирает свою карту, если она ему так нужна, но сумочку я ему не отдам!
Колдун выскочил сквозь открытые двери и врезался в толпу прохожих. Бедные туристы разлетелись в разные стороны, а я вцепилась в колдуна сзади. Он рухнул с яростным воплем. Я пыталась придавить его к земле, но он отшвырнул меня на тротуар, вскинул кинжал, и прохожие с криками разбежались. Колдун взмахнул кинжалом, целясь мне в живот.
В воздухе мелькнула непонятно откуда взявшаяся нога в розовой сандалии и ударила его по руке. Раздался резкий звук рвущейся ткани: кинжал распорол на мне футболку.
Колдун снова вскочил и выхватил еще одну карту.
– Ori…
Но вдруг осекся и упал ничком, стукнувшись головой о тротуар.
Я ошеломленно моргала, глядя на красивые розовые сандалии, которые меня спасли. Потом мой взгляд поднялся выше, скользнул по ногам девушки, по симпатичному сарафанчику и наконец остановился на синих волосах. Син стояла над бесчувственным телом колдуна, держа над ним перевернутый вверх дном флакончик.
Затем флакончик исчез в ее сумочке, и она склонилась надо мной.
– Как ты?
– Э-э-э… – Я отцепила от запястья бюстгальтер размером с парашют и отбросила в сторону. – Вот теперь все в порядке.
Вокруг нас уже собралась толпа, из дверей магазина выглядывали мертвенно-бледные лица трех продавщиц.
– Мы вызвали полицию, – сказала одна женщина. – Уже едут. Врач нужен?
– Нет, все нормально. – Голос у меня звучал как хруст гравия. Я потерла шею, горло саднило.
Син обняла меня за плечи и помогла подняться. Кто-то протянул мне сумочку, и я прижала ее к груди. Моя сумочка! Никому не позволено красть мою сумочку. У меня там кошелек.
– Нужно уходить, пока полиция не приехала, – шепнула Син.
– Но я не заплатила за эту майку.
– Да наверняка всем пофиг. Все равно это мусор.
Ну, это уже свинство. Топ, конечно, не самый стильный, зато моя грудь в нем выглядела фантастически.
Син потянула меня за собой.
– Ей нужно сесть, – объявила она. – Вон скамейка. Идем.
Люди расступились, давая нам дорогу, а потом снова сомкнулись, окружив колдуна плотной стеной. Син увлекла меня прочь от взбудораженной толпы, по пути все ускоряя и ускоряя шаг. Я еле плелась за ней: колени дрожали.
Наконец, в двух кварталах от магазина, Син заставила меня сесть на скамейку и достала телефон. Пока она набирала номер, я прижимала к груди сумочку и разглядывала ярко освещенную улицу, стараясь взять себя в руки.
– Поторопись, – говорила Син в телефон. – У нее, кажется, шок… не знаю еще! В общем, поторопись!
Она сунула телефон обратно в сумочку и присела на корточки передо мной.
– Тори, что случилось?
– Этот урод вломился за мной в примерочную. Хотел вернуть свою карту.
– Что?
– Артефакт, который я украла, когда выручала Аарона.
Глаза у Син округлились.
– Это один из тех, что напали на вас в субботу?
– Да. Он все кричал, чтобы я отдала ему артефакт. – Я нахмурилась. – А ты-то там откуда взялась? Мы же собирались встретиться в кафе?
– Автобус идет как раз мимо магазина, вот я и вышла пораньше. Думала, потом вместе до кафе прогуляемся. – Она потянула у меня из рук сумочку. – Дай-ка взглянуть на твой живот.
– А что такое с моим животом?
Син убрала сумочку, и я поняла, о чем она. Кинжал колдуна зацепил не только футболку. Края разреза были пропитаны кровью – правда, когда Син приподняла ткань, под ней обнаружилась всего лишь неглубокая царапина на коже. Что ж, тогда понятно, почему Син назвала мой топ мусором – только в мусор он теперь и годился.
– Ну ничего, порез небольшой. Это хорошо. – Син одернула на мне футболку. – Больше нигде не задело?
– Нет, только… – Я прерывисто вздохнула. – Он произнес заклинание… ori torqueo… не помню, как дальше. И это было… очень больно.
– Ой, – вполголоса пробормотала Син. – Сочувствую, Тори. Это запрещенное заклинание. Он не имел права его применять.
– Ну, он мало похож на законопослушного гражданина.
Син присела рядом на скамейку и стала гладить меня по плечу, а я старалась дышать медленно и ровно. В горячке и панике сражения я даже не до конца осознала, как сильно на меня подействовало это болевое заклинание. Голова кружилась, и странное ощущение, будто тело существует отдельно от меня, никак не хотело проходить.
Все звуки перекрыл рев двигателя, а затем визг тормозов. Какой-то автомобиль вильнул в сторону: черный мотоцикл подрезал его и резко свернул к тротуару. Перескочил через бордюр и остановился, распугав пешеходов. Водитель в кожаной куртке поднял тонированный щиток шлема.
– Кай? – Я заморгала. Ничего себе! Как это я раньше не замечала, что он такой крутой?
Син подтащила меня к мотоциклу и усадила сзади. Кожаное сиденье пугающе завибрировало под моими ягодицами.
Отцепив запасной шлем, Син протянула его мне:
– Надевай.
Пока я пыталась пристроить шлем на голове так, чтобы не мешал хвост, Син негромко говорила с Каем. Мне пришлось стянуть с волос резинку и распустить их – только тогда удалось надеть шлем как следует. Син запихала мою сумочку в подседельную сумку и сжала руку у меня на плече.
– Кай тебя довезет. Только держись крепче, ладно?
Я послушно обхватила Кая за пояс.
– А ты как же?
– Я попробую что-нибудь узнать об этом колдуне, пока его полиция не забрала. Потом позвоню.
Она кивнула Каю и двинулась обратно к месту преступления.
– Выше ноги, Тори, – скомандовал Кай, опуская щиток.
– Я еще никогда не ездила на мотоцикле, – сказала я, неохотно отрывая сандалии от земли и опасаясь, что мотоцикл сейчас перевернется, однако Кай отлично удерживал равновесие.
– Ты, главное, держись крепче, и все. – Он вывернул шею назад, чтобы посмотреть на меня. – Ноги поставь на подножки.
Подтянув ноги, я нащупала твердые металлические выступы. Ну вот, не так уж и страшно.
Двигатель взревел, и мотоцикл вылетел на дорогу. Я крепко прижималась к Каю, глядя вперед вытаращенными глазами. Улица была забита машинами, но Кай обходил их по осевой линии, вопреки всем правилам. Он проскочил по Робсон-стрит, потом по лабиринту боковых дорог, держа направление на восток, к центру города.
Когда небоскребы остались позади, я ожидала, что Кай повернет на север, к «Ворону и молоту», но он свернул направо. Высотные здания сменились маленькими причудливыми магазинчиками с красочными навесами и открытыми рынками. Мы проехали по окраине Чайнатауна, а затем Кай свернул на улицу, обсаженную высокими деревьями, с маленькими симпатичными домиками.
Мотоцикл остановился перед бежевым домом с синей отделкой. Крохотный дворик был обнесен деревянным забором с решетчатой аркой над центральной дорожкой. Когда Кай заглушил двигатель, я немного полюбовалась очаровательным коттеджем, а затем осторожно сползла с сиденья и шагнула вперед, шатаясь на ослабевших ногах.
Кай спрыгнул с мотоцикла, поставил его на подножку, а затем подхватил меня на руки.
Я пискнула от удивления:
– Я сама могу идти!
Словно не слыша моих протестов, Кай внес меня под арку, и тут из дома нам навстречу выскочил Аарон с мрачным лицом.
– Как она? – нетерпеливо спросил он.
– Син говорит, серьезных травм нет, но он ударил ее скручивающим заклинанием.
Аарон яростно втянул в себя воздух сквозь зубы, повернулся и стал подниматься на крыльцо.
– Эзра уже едет. Будет через пару минут.
– Ребята, да все со мной в порядке, правда.
Мой хриплый голос звучал неубедительно, и мне, разумеется, никто не поверил. Кай внес меня по лестнице на второй этаж. В гостиной были большие эркерные окна и французские двери, ведущие в столовую. Широкий диван и кресло с откидывающейся спинкой занимали почти всю комнату, огромный телевизор с плоским экраном – всю стену напротив, а под ним на низеньком столике лежало несколько игровых приставок.
Быстро войдя в столовую, Кай усадил меня за стол. Я стянула с головы шлем, сердито глядя на них обоих.
– Я же сказала, все в порядке.
– Знаю я, что ты сказала. – Аарон взял меня за руку, пощупал пульс. – Но я тебе не верю. Скручивающие заклинания могут вызвать нейрогенный шок.
– Нейро… что?…
Кай бросил шлем на стол, смахнув на деревянный пол стопку старых рекламных листовок.
– Голова не кружится? Ориентацию в пространстве не теряешь? Слабости не чувствуешь? Не потеешь?
– Нет! – раздраженно отрезала я, но тут же уточнила: – Уже нет.
Аарон с Каем понимающе переглянулись.
– У нее кровь на футболке, – сказал Кай.
Я оттолкнула руки Аарона, который хотел задрать мою футболку, а потом сама подняла ее край и показала неглубокую царапину.
– Чепуха же.
– Принесу аптечку. – Кай вышел, и его шаги загрохотали по лестнице.
– Еще какие-нибудь травмы есть? – спросил Аарон.
– Нет. Подняли шум из-за ерунды.
Брови Аарона взлетели вверх.
– Кажется, до тебя до сих пор не дошло, что маг-отступник следил за тобой и едва не убил. Лично мне это не кажется ерундой.
В животе у меня все сжалось от запоздалого страха. Конечно, если так рассуждать…
Кай вернулся с аптечкой – такой огромной, что хватило бы на целую бригаду «скорой помощи».
– Расскажи, что случилось. Любые подробности, какие сможешь вспомнить.
Подняв топ, я начала рассказывать о том, что случилось, а Кай тем временем промывал мне царапину на животе. Кровь уже остановилась, так что перевязку делать он не стал. Опустив топ, я закончила на том, как Син меня спасла.
– Так он тебя караулил? – прорычал Аарон. – Откуда, черт возьми, он узнал, что ты будешь там?
– Понятия не имею. Я только Син сказала утром, куда пойду, больше никому. Брат знал, что я иду за покупками, но не знал, в какой магазин.
– Тогда как же он… – Аарон замолчал: хлопнула входная дверь.
В комнату вошел Эзра – в спортивном костюме, с растрепанными ветром каштановыми кудрями.
– Она ранена? Тяжело?
– С ней все в порядке, – сказал Кай. – Только царапина на животе.
Эзра остановился передо мной. Его встревоженные глаза скользнули вниз, словно он хотел убедиться, что у меня руки и ноги на месте. Потом его взгляд остановился чуть ниже моего лица.
А, ну да. Я-то уж думала – не потому ли Эзра не ходит на свидания, что женщины его не интересуют, но мое впечатляющее декольте только что доказало обратное.
Аарон упер руки в бедра и оглядел меня с головы до ног – словно решил, что, раз Эзра пялится, то и ему можно.
– Должен сказать, Тори, наряд у тебя смелый.
– Я его украла в магазине.
Все трое уставились на меня с одинаковым изумлением.
– Нечаянно, – хмуро пояснила я. – Син меня так быстро утащила, что я не успела заплатить. – Я попыталась подтянуть вырез вверх, но он тут же сполз обратно, и бюстгальтер снова выглянул наружу. – Я его и брать-то не хотела.
– М-м… – Аарон с трудом собрался с мыслями. – Дать тебе рубашку?
– Да ничего. Дома переоденусь.
– Э-э, кстати о доме. – Он оперся на стол рядом со мной. – Думаю, тебе лучше пересидеть здесь несколько дней.
– Что?
– Если этот колдун тебя нашел, – сказал Кай, – значит, и другие мерзавцы, которые устроили на вас засаду на прошлой неделе, тоже могут найти. Скорее всего, они думают, что ты член гильдии – маг. Могут охотиться за тобой из-за этого артефакта или попытаться через тебя выйти на Аарона.
Меня кольнула тревога, но я покачала головой.
– Все будет в порядке. Я же с копом живу.
– С копом?
– Я разве не говорила, что у меня брат – полицейский? Так что дома я в полной безопасности.
– С нами будет еще безопаснее. – От мягкого, успокаивающего голоса Эзры веяло теплом. – Если ты будешь одна, мы будем о тебе беспокоиться.
Черт. Ну вот зачем он ввернул это «будем беспокоиться»?
– Всего на пару дней, – добавил Кай. – Благодаря вам с Син колдуна взяли, так что отправная точка у нас есть. Выясним, откуда он, с кем работает и, главное, на кого.
Я скривила уголок рта. Не хотелось быть кому-то в тягость, а еще меньше хотелось, чтобы трое не в меру заботливых телохранителей следили за каждым моим шагом, но… я вспомнила колдуна и его раскаленный кинжал, и представила, как он вламывается ко мне в квартиру. Что Джастин, хоть он и полицейский, может против магов, о существовании которых даже не подозревает?
Сдерживая нервную дрожь, я неохотно кивнула.
– Ладно, на пару дней.
– Отлично! – весело сказал Аарон. – Можешь спать в моей комнате. А я на диване.
Кай закатил глаза.
– Ты неряха. Она не захочет спать в твоей комнате.
– А что, свою предлагаешь? Ей понравится.
– У меня хотя бы чисто.
– У меня тоже чисто. Просто вещи немного… разбросаны. А у тебя там всюду оружие. Еще споткнется и проткнет себя мечом.
Пока они спорили, Эзра молча взглянул на одного, на другого и вышел. Я встала из-за стола и пошла следом за ним. Аарон и Кай за своей перепалкой даже не заметили нашего исчезновения.
На верхнем этаже была небольшая лестничная площадка, и от нее вели три двери. Одна из них была открыта. Я шагнула на порог, когда Эзра уже доставал из шкафа стопку простыней. Маленькая спальня под скошенной крышей была обставлена просто и аккуратно. Двуспальная кровать под серым лоскутным пледом, старенький обшарпанный комод, полка с книжками в мягких обложках и фильмами. В углу на стойке стояла акустическая гитара.
Больше всего меня удивили картины на стенах: четыре большие гравюры с горными пейзажами, изображавшими все четыре времени года. Я стала разглядывать их, чувствуя неожиданную связь между умиротворяющими пейзажами и плавным голосом Эзры, который так хорошо меня успокаивал.
– Меня вполне устроит диван, – сказала я ему. – Я и так уже девять месяцев на диване сплю.
– Здесь удобнее, можно побыть одной. Меня это не стеснит. – Он снял с кровати все, кроме матраса, и перестелил постель. Набросил одеяло на кровать, повернулся и посмотрел мне в глаза.
– С тобой все в порядке, Тори?
Я вскинула руки:
– Ну, сколько можно повторять?
– Просто хотел убедиться. – Он вопросительно склонил голову. – Хочешь, я тебя обниму?
Мое раздражение тут же испарилось – вместе с напускной беспечностью.
– Ладно. – Это прозвучало так по-детски, что я смутилась.
Эзра подошел ближе и обнял меня своими теплыми руками. Я уткнулась лицом ему в грудь. Тут же у меня вырвался прерывистый вздох, глаза защипало, и я с трудом сдержала слезы. Когда я выручала Аарона, это было все-таки другое дело – там я сама бросилась в бой. А тут меня подкараулили в засаде, едва не задушили, смертоносный клинок уже готов был вонзиться мне в живот… От такого даже я не могла отмахнуться как от пустяка.
В объятиях Эзры я чувствовала себя защищенной. Хотелось прижаться к нему и выплакаться, как маленькой. И в то же время меня злило обманчивое чувство безопасности, которое продлится только до тех пор, пока Эзра рядом. Рано или поздно мне придется снова остаться одной.
Эзра прижимал меня к себе, пока мое дыхание не выровнялось. Наконец, тихо шмыгнув носом (нет, я не плакала, черт возьми!), я подняла голову.
Аарон с Каем стояли в дверях и смотрели на нас. Я вспыхнула, но их, кажется, нисколько не шокировали мои девчоночьи эмоции, и они не собирались злорадствовать, застав меня в объятиях своего друга. В их глазах читалось только беспокойство.
Эзра отстранился, все еще держа руку у меня на пояснице.
– Я умираю с голоду. Может, закажем пиццу?
– Не знаю, – сказал Кай. – Это будет зависеть от Тори.
– От меня? – тупо переспросила я.
– Если ты захочешь пиццу с ананасом, нам придется выставить тебя за дверь.
Я смотрела на них, не до конца уверенная, что это шутка, но тут Аарон засмеялся:
– Если хочет с ананасом, так пускай ест. Тебя же никто не заставляет.
– Это оскорбляет саму идею пиццы.
Аарон фыркнул и притянул меня к себе, обняв за плечи. Он улыбался, и его спокойная уверенность прогнала последние остатки моего страха. Я улыбнулась ему в ответ, и он увлек меня за собой к лестнице. Эзра и Кай двинулись следом, и Кай продолжал на ходу объяснять, почему ананасы в пицце – непростительное святотатство.
На полпути Аарон остановился.
– Э-э… Тори…
– Да?
– Тебе не холодно?
Неужели огненная магия отбила у него ощущение температуры? В доме было жарко, как в духовке.
– Нет.
Он устремил взгляд в потолок с таким видом, словно рассчитывал найти там ответы на все загадки бытия.
– Ты точно не хочешь взять мою рубашку?
Я опустила взгляд. Мои красавицы смотрели на меня из декольте.
– Ладно. Возьму.
Все трое вздохнули – я, правда, не поняла, разочарованно или с облегчением. Фыркнув, я вывернулась из-под руки Аарона и зашагала вниз. Мужчины есть мужчины.

Глава 15

Впервые за много месяцев я лежала на настоящей кровати, но, как это ни глупо, уснуть почему-то не могла. Казалось бы – уткнись носом в подушку, пахнущую стиральным порошком и еще чуть-чуть – тем загадочным божественным нектаром, который Эзра, очевидно, использует вместо мыла, и пари себе в блаженных облаках сна. Но, хоть веки и слипались от усталости, я никак не могла закрыть глаза. Отвлечься было не на что, все мои мысли занимала тревога – в основном о том, что будет дальше.
Син позвонила, когда мы ждали пиццу. Она узнала имя колдуна, завтра ребята проведут расследование и выяснят, кто он такой. Его забрали в полицию, но, как объяснил Аарон, долго под стражей он не останется. Магов не держат в человеческих тюрьмах. Скоро его выпустят и, если он сам не сдастся, Магипол назначит награду за его поимку.
Я была не так наивна, чтобы ожидать, что колдун сдастся, – а значит, уже завтра он опять будет на свободе. А мы все еще понятия не имеем, как он догадался устроить засаду возле моего любимого магазина и что делать, чтобы он перестал преследовать меня.
Перевернувшись на другой бок, я рассеянно почесала шею. На футболке, которую одолжил мне Аарон, сзади торчал ужасно жесткий ярлычок, и, когда я потянулась, чтобы поправить его, ткань сбилась на животе, задев свежую царапину. Горло все еще болело после удушающей хватки колдуна, и в тихой темной спальне не было ничего, что помогло бы забыть о боли и дискомфорте.
Вечером мне было не до того. После пиццы Аарон уселся перед огромным телевизором, взял джойстик и предложил сыграть в видеогонки. Я оказалась никудышным игроком – моя машина то падала с обрыва, то кружилась волчком, наехав на банановую кожуру, – но осыпать ругательствами Аарона, когда он обходил меня на целый круг, было весело. А когда Эзра вышел из душа и присоединился к нам, игра стала еще веселее – до сих пор я одна позорно проигрывала Аарону, а теперь мы с Аароном вдвоем проигрывали Эзре. Меня это не огорчало: слушать, какими проклятиями разражается Аарон каждый раз, когда Эзра сбивает его с трассы, было ужасно смешно.
Наконец Кай взял четвертый джойстик, и вечер пролетел незаметно, под попкорн и пиво. В полночь я подняла белый флаг и уже только смотрела, как ребята гоняют по самой сложной трассе. Эзра снова выиграл.
– Я думала, ты не умеешь водить, – сказала я, хлопая по поднятой ладони победителя.
– Водить-то я умею, – усмехнулся он. – Вот только не умею определять, на каком расстоянии от меня другие машины. А в игре это не проблема, тем более, если я впереди.
Вскоре я ушла спать.
Снова перевернувшись на спину, я смотрела в потолок. Несмотря на открытое окно, в комнате было душно, и в горле у меня пересохло. Выпутавшись из одеяла, я встала с кровати. Футболка Аарона была мне длинна, ниже ягодиц, так что шорты и бюстгальтер я сняла для удобства. Я снова закинула руку за спину и почесала шею сзади. Чертов ярлык!
Мой взгляд упал на комод Эзры. Он же не будет возражать, если я позаимствую у него другую футболку?
Я приоткрыла верхний ящик и заглянула внутрь. Носки, сложенные попарно, и трусы-боксеры. Не желая рыться в его нижнем белье, я сразу перешла к самому нижнему ящику. Ага, вот они, футболки!
Я перебрала аккуратную стопку, ища среди футболок хоть одну без ярлыка. Ногти скользнули по чему-то бумажному. Приподняв стопку футболок, я обнаружила под ней потрепанную папку, а внутри – тонкую стопку бумаг. Из нее торчал уголок фотографии.
Иногда я бываю нехорошим человеком. Виновато оглянувшись на закрытую дверь спальни, я потянула за этот уголок.
Мальчик и девочка лет пятнадцати стояли в обнимку – стандартное фото на память о первой школьной любви. У девушки были прямые светлые волосы, подстриженные так, словно их кухонными ножницами отрезали, зато ее открытая улыбка была прекрасна – такая в ней светилась безудержная радость.
Мальчик был на пару дюймов выше, с коротко остриженными темными волосами и теплыми карими глазами на красивом оливково-смуглом лице. Эзра – еще до того, как получил шрам на щеке и ослеп на один глаз. За спиной у него и девочки открывался восхитительный вид на горы.
От фотографии веяло счастьем и юношеской жаждой жизни, но я смотрела на нее с глубокой печалью. Несмотря на яркие краски и сияющие улыбки юной пары – то, что эта фотография оказалась в старой папке в нижнем ящике комода, говорило само за себя. Эзра не стал выбрасывать эту фотографию, но и не хотел, чтобы она постоянно напоминала ему о прошлом.
Я положила фотографию на место, в папку, оставив один уголок торчащим – в точности как было. Уложила заново стопку футболок, закрыла ящик и встала. Сняв футболку Аарона, вывернула ее наизнанку и надела снова.
Чувство вины царапало хуже ярлыка. Я приоткрыла дверь спальни. Две другие двери закрыты, полоски света из-под них не пробивались. Значит, Аарон и Кай спят. Я на цыпочках спустилась по лестнице к входной двери и направилась мимо гостиной на кухню.
На диване, раскинувшись и свесив одну руку с подушек, лежал на спине Эзра. Умение напускать в комнаты ледяного холода в этот раз, похоже, не спасло его от духоты: легкое одеяло с него почти сползло на пол, обнажив грудь и верх темных трусов-боксеров.
Я застыла на месте. Тусклый фонарь светил сквозь окно, и от одного сложения Эзры вполне можно было обмереть (черт возьми, у этого парня фигура кинозвезды!), но остановило меня не это.
На боку у него были длинные толстые рубцы.
Почти не веря глазам, чувствуя, как холодеет все внутри, я шагнула в гостиную. Когда я спрашивала Эзру, откуда у него шрам на лице, парни начали отпускать шуточки про акулу, но если бы они сказали, что эти шрамы оставил какой-нибудь кошмарный монстр, я бы легко поверила. Белые полосы тянулись от правого бедра по диагонали вверх, почти до груди. Они шли параллельно друг другу – словно по боку полоснули гигантскими когтями.
Края у шрамов, как и у тех, что на лице, были неровные – можно подумать, что их вообще не зашивали. Но если раны были настолько глубокие, что остались такие шрамы, на них наверняка должны были наложить не одну сотню швов, правда?
Подойдя ближе, я разглядела на бронзовой коже Эзры и другие полосы, более светлые. Не такие страшные, как три длинных шрама на боку, но тоже от ран. Что же такое, черт возьми, с ним случилось? Я плохо представляла себе, как выглядит обычная жизнь мага, но это точно было за гранью.
«Не спрашивай Эзру, почему он вступил в гильдию», – предупреждал меня Аарон. И он же советовал не расспрашивать Эзру о семье. Может быть, это как-то связано со шрамами и невидящим глазом? И с фотографией, спрятанной в нижнем ящике комода?
Эзра повернул голову, и я снова застыла: его глаза открылись. Он поглядел на меня так, словно нисколько не удивился, увидев меня здесь, а затем обвел внимательным взглядом комнату у меня за спиной. Я напряглась, ожидая вопроса, почему я стою над ним посреди ночи.
Вместо этого Эзра жестом показал, чтобы я подошла поближе. Озадаченная, я сделала еще два шага. Эзра схватил меня за руку и потянул вниз, продолжая обшаривать взглядом комнату. Я присела на корточки рядом с ним.
– В доме кто-то есть, – выдохнул он. – Только что поднялся по лестнице.
– Что? – прошептала я, холодея от страха. – Откуда ты знаешь?
– Воздушные потоки. – Он приподнялся на локте – все его великолепные мускулы напряглись, шрамы на голом торсе натянулись. – Когда люди двигаются, воздух колеблется.
Ух ты! Я и не думала, что аэромаги умеют чувствовать подобные вещи. Теперь понятно, почему к нему так трудно подкрасться незаметно. Эзра беззвучно скатился с дивана и поднялся на ноги. Повернул голову – его белый глаз смотрел на меня, но не видел.
– Тори, подстрахуешь меня с незрячей стороны?
Совсем растерявшись от неожиданности, я шепнула нерешительное «да». Эзра двинулся к лестнице, а я за ним, старательно держа наблюдение за левой стороной. Остановившись у лестничной площадки, Эзра запрокинул голову.
– Только что вышел из моей комнаты. – Он поднял руку и еле заметно шевельнул пальцами.
Поток ветра, завывая, ринулся вверх по лестнице. Послышалось судорожное шарканье, словно кто-то изо всех сил пытался удержаться на ногах, затем грохот падающего тела. Стук, удар, стук… Ба-бах! Кто-то бесформенной кучей скатился с лестницы.
Эзра бросился к злоумышленнику, тот вскочил. Его лицо было скрыто под лыжной маской – отличная маскировка, совершенно не бросается в глаза в такую жару! – но я сразу узнала его по пробирающему до костей холоду и искрящемуся туману, окружавшему его. Ледяной.
Эзра стремительно отвел руку назад и нанес молниеносный удар. Ледяной пригнулся, кулак Эзры прошел сквозь гипсокартонную стену. Маг метнул в него поток сверкающих ледяных осколков, но их отнесло порывом ветра. Эзра с разворота ударил Ледяного в челюсть. Они сцепились на тесной площадке, а я беспомощно топталась рядом. Как тут прикроешь его с незрячей стороны, когда он молотит противника кулаками?
Сверкнула сталь, и Эзра отскочил – с такой же молниеносной скоростью. Ледяной взмахнул кинжалом, затем сделал выпад. Снежное облако, окутывавшее его, ощетинилось осколками льда длиной в фут, и эти сверкающие стрелы полетели в Эзру.
Эзра раскинул руки, и порыв ветра отшвырнул осколки в сторону. Он бросился на мага, врезался в него всем телом – его стиль боя совсем не походил на огненные атаки Аарона, – и Ледяной не успел собраться. Отлетел, ударился головой о стену, но тут же выхватил кинжал, и смертоносное лезвие заставило Эзру отступить. Ощерившись, маг выпустил новый заряд ледяных осколков – но на этот раз он целился не в Эзру.
Он целился в меня.
Эзра стремительно развернулся и выбросил руку в мою сторону. Меня хлестнуло порывом ветра – он устремился навстречу осколкам и остановил их полет. Ледышки посыпались на пол, но Эзра на миг оказался спиной к колдуну, и тот взмахнул кинжалом, который тут же выпустил ледяное острие и сделался втрое длиннее.
Эзра пригнулся, и ледяной клинок просвистел у него над головой. Он завертелся волчком, встал в стойку, сжал кулак и врезал Ледяному в живот. В воздухе что-то громыхнуло, маг отлетел к выходу, снес с петель сетчатую дверь и вывалился за порог.
Эзра бросился следом за Ледяным, а я за ним, вспомнив о своей миссии. Эзра добежал до порога и вдруг остановился. Я налетела на него. Он обернулся, схватил меня в охапку и вместе со мной нырнул на пол.
В тот же миг по воздуху пронесся шквал светящихся дротиков. Оранжевые шипы вонзились в стены где-то на уровне груди, вспыхнули искрами и тут же растаяли без следа. Снаружи зарычал двигатель и раздался скрежет шин о тротуар. Рев уносящейся прочь машины разорвал ночную тишину, шины снова взвизгнули, когда автомобиль вылетел за поворот на двух колесах.
Эзра встал надо мной на колени. Я лежала там, где упала, – ошеломленно моргающая, но целая и невредимая. За мгновение до того, как мы рухнули на пол, воздух подо мной сгустился невидимой воздушной подушкой, смягчив падение.
– Что, удрали, да?
Аарон стоял на середине лестницы с невозмутимым видом, словно не его только что разбудили звуки битвы. Кай остановился несколькими ступенями выше.
Я сглотнула и отвела глаза. Да, Аарон и Кай тоже стояли в одних боксерах и сложены были так же восхитительно, как и Эзра. Кстати об Эзре – угадайте, куда уперся мой взгляд? Разумеется, в сексуального аэромага, сидящего передо мной на коленях без рубашки, покрытого тонким слоем влаги, который оставила на нем снежная аура Ледяного.
Да что ты будешь делать – не знаешь, куда глаза девать.
Аарон рысью сбежал с лестницы и выскочил на крыльцо, перепрыгнув через выломанную сетчатую дверь. Эзра наконец встал, протянул мне руку. Футболка задралась на мне до пояса, и я поспешно одернула ее, но не успела сделать это до возвращения Аарона. Ну что ж, все по-честному. Сначала я увидела их в трусах, а теперь они меня.
– Никого, – подтвердил Аарон, захлопнул тяжелую входную дверь и задвинул засов, не выказывая ни малейшего беспокойства по поводу выбитой второй двери.
– Это был Ледяной, – сказала я. – Тот маг, что напал на тебя на прошлой неделе.
– Я так и думал. – Аарон потер щетинистый подбородок. – Похоже, эти засранцы не хотят сдаваться.
– Главный вопрос, – пробормотал Кай, спускаясь с лестницы, – в том, кто им нужен? Ты… или Тори?
Аарон нахмурился, глядя на меня с таким видом, будто недоумевал, с какой стати кому-то охотиться за мной. Затем нахмурился еще сильнее и перевел взгляд на Эзру.
– А по-моему, главный вопрос в том… как это вы оказались здесь вдвоем?
– Я спустилась попить воды, – поспешно ответила я. – А потом хотела забраться к Эзре в постель, пока он спит.
Эзра заморгал. Аарон быстро взглянул на него, потом снова на меня, будто пытался сообразить, вру я или нет, а Кай усмехнулся. Хоть кто-то уже проснулся по-настоящему и способен понимать шутки.
– Ну что, идем спать? – предложил Кай.
– Спать? – изумленно переспросила я. – Маг вломился в дом, тут только что была схватка не на жизнь, а на смерть, а ты вот так спокойно пойдешь спать?
Кай взглянул на Эзру.
– Ты цел?
Эзра вытянул руки, и я с удивлением увидела, что на костяшках у него ни одной ссадины – и это после того, как он пробил кулаком дыру в стене!
– Все нормально.
– Ну ладно. Спокойной ночи. – Кай зашагал вверх по лестнице, и через несколько секунд хлопнула дверь.
– Не любит, когда ему мешают спать, красоту испортить боится, – сказал Аарон. – Тори, с тобой все в порядке?
– Ага, – пробормотала я. – Пойду попью воды все-таки.
Когда я вернулась из кухни со стаканом воды в руке, Эзра сидел на диване, а Аарон прокручивал на экране телевизора список фильмов.
– Раз уж мы все равно не спим, решили что-нибудь посмотреть. Хочешь с нами?
От облегчения я готова была расцеловать их обоих. Я и так-то не могла заснуть, а теперь вернуться в тихую спальню означало бы до утра прислушиваться, не прокрался ли в дом еще кто-нибудь.
Аарон свернулся калачиком в кресле, а я плюхнулась на диван рядом с Эзрой и натянула на ноги его сброшенное одеяло. По экрану побежали титры, но я так и не успела понять, что за фильм выбрал Аарон. Уютно устроившись на подушках рядом с ним и Эзрой, я сразу же заснула под звук негромко работающего телевизора.

Глава 16

Борясь с зевотой, я сунула в сумку ноутбук (эти огромные сумки – просто спасение!), блокнот и ручку. Сегодня пришлось встать раньше обычного, чтобы перед занятиями успеть забежать домой за всем, что нужно для учебы, а заодно за рабочей одеждой, и теперь ужасно хотелось спать. Выбравшись из-за длинного стола, я поплелась к выходу из аудитории вслед за другими студентами.
Когда в дверях образовалась пробка из-за того, что кто-то остановился поболтать, мне стало жарко от злости. Меня и в хорошие-то дни нетрудно вывести из себя, а тут еще ночью я почти не спала. Проталкиваясь к выходу, я даже двинула какую-то девицу локтем в спину.
Студенты разбежались по широким коридорам, а я направилась в учебный уголок, где вокруг невысокого столика стояли два дивана и несколько кресел. Подходя к нему, я настороженно разглядывала сидящих. Кай пристроил ноги на стол, на колени поставил ноутбук, а на столе рядом с его ботинками лежал черный шлем – мой шлем, который я забыла снять утром, когда слезла с мотоцикла и пошла на занятия.
Несколько часов назад, когда я уходила, в учебном уголке было пусто. А теперь там собралась целая толпа девушек. Две втиснулись рядом с Каем на диван, а еще пять расселись на свободных креслах.
Мои брови поползли вверх, к самым волосам. Ничего себе! То, что Кая все считали плейбоем, вызывало у меня недоумение – он был не очень-то общителен и даже флиртовать не любил, но теперь мне стало ясно, в чем дело. Девушки ловились на старую, как мир, приманку – равнодушие. Кай был красив и не обращал на них никакого внимания. Сочетание этих качеств, судя по всему, пробуждало в девушках какой-то странный охотничий инстинкт, и они готовы были ходить вокруг него кругами, пока он их не оценит.
Во всяком случае, такое у меня сложилось впечатление, когда я подошла к столу и меня встретили сразу три ледяных, недобрых взгляда.
– Привет, – сказала я. – Идем?
Кай захлопнул ноутбук, встал и взял блестящий черный шлем со стола. Когда он шагнул ко мне и протянул шлем, я мысленно сосчитала разочарованные вздохи. Мы вдвоем двинулись к выходу, и я, чувствуя спиной ненавидящие взгляды, из вредности еще и обняла его за талию.
Он тут же обнял меня в ответ, однако в глазах читался вопрос.
Я кивнула в сторону его фан-клуба:
– Очень уж захотелось их добить.
В темных глазах Кая блеснул озорной огонек, и он привлек меня ближе к себе. Мне казалось, что я слышу сокрушенные стоны за спиной. Размахивая шлемом в свободной руке, я шла, улыбаясь, до самой двери.
– Ну и сколько телефончиков тебе оставили, пока ты меня ждал? – поддразнила я, когда мы вышли на улицу, где нас встретил неприятно сырой теплый ветер. Над небоскребами нависла пелена серых облаков.
– Пять, – серьезно ответил Кай.
Я чуть не споткнулась. Я-то хотела просто пошутить…
– Будешь кому-нибудь звонить?
– Может быть, одной. Она симпатичная.
– А остальные?
– Не в моем вкусе.
– А кто в твоем вкусе? – спросила я, когда мы остановились возле мотоцикла.
– Ну… – Кай задумался, укладывая ноутбук в седельную сумку и отцепляя второй шлем. – Сам не знаю.
Я схватила его за руку, пока он не успел надеть шлем.
– Ты хотел еще что-то сказать. Что?
Он поморщился.
– Остальные четыре дали мне свои номера с таким видом, как будто делали великое одолжение.
– Фу, – скривилась я. – Да, таким звонить не надо.
Я уже не видела выражения его лица: оно исчезло за щитком шлема.
– Это часто бывает.
Мы сели на мотоцикл, и, как только мои руки крепко обхватили Кая за талию, он рванул с места и влился в поток машин, уже довольно плотный в эти предвечерние часы понедельника. Когда мы остановились на красный свет, я прижалась к спине Кая, чтобы он мог расслышать мой голос сквозь шум двигателя.
– Я слышала, ты часто ходишь на свидания с разными девушками, – напрямую сказала я. – Ищешь ту самую или просто не хочешь серьезных отношений?
– И то, и другое.
Вполне ясный ответ. Другая бы тут же отстала, но меня слишком интриговала эта загадочная натура.
– А чем ты занимаешься помимо свиданий?
Он повернул голову, пытаясь разглядеть мое лицо, хотя сквозь шлем вряд ли можно было что-то увидеть.
– А что?
– Просто любопытно.
– А ты часто ходишь на свидания, Тори?
– Не-а. Пока что я задаю вопросы. О моей личной жизни поговорим позже.
Загорелся зеленый свет, и мотоцикл тронулся. К моему великому сожалению, мы поймали «зеленую волну» и катили без остановок до самого «Ворона и молота». Наконец Кай остановил мотоцикл на парковке за баром. Спрыгнув на тротуар, я сняла шлем.
– Так что? – снова спросила я. – Интересы? Увлечения? Хобби?
Ловко соскочив с мотоцикла, Кай тоже снял шлем и искоса взглянул на меня.
– Ты ведь не собираешься знакомить меня со своими подругами?
Я фыркнула:
– С какими подругами?
Его руки, расстегивавшие молнию на седельной сумке, замерли.
– Фу ты, – неловко пробормотала я. – Как-то слишком грустно прозвучало. Просто в новом городе трудно быстро найти друзей, вот и все.
Кай кивнул и сунул ноутбук под мышку.
– Аарон был первым, с кем я тут подружился. Ну, то есть «подружился» – это сильно сказано. Сначала мы друг друга терпеть не могли. Нам было по тринадцать лет, и мы все время соперничали.
– Как вы познакомились? – спросила я, пока мы обходили здание.
– Я поступил в Академию Синклера. Мы с Аароном оказались в одном классе и вместе тренировались.
– Так, погоди. – Я открыла дверь, стараясь не обращать внимания на нахлынувшую волну панического отвращения: я уже знала, что на дверь наложено отталкивающее заклятие против людей. – Академия Синклера?
– Семья Аарона владеет самой престижной магической академией на Западном побережье. – Кай направился к стойке, за которой сегодня стоял второй повар Купер. – Это и школа, и гильдия, и принимают туда далеко не каждого. Маги тренируются там с тринадцати лет, а когда им исполняется восемнадцать, могут вступить в гильдию и учиться дальше.
Но Кай и Аарон не пошли в гильдию Синклеров. Отказались от роскошной частной академии и вступили в гильдию с весьма сомнительной репутацией – в «Ворон и молот».
– Привет, Тори, – с глупой улыбкой окликнул меня Купер. – Выглядишь отпадно, как всегда. Что, решила навестить нас в выходной?
– Ты пьяный, что ли? – спросила я.
– Не-е. Ничего подобного.
Я двинулась следом за Каем к лестнице в углу.
– Засунь голову в льдогенератор, пока Клара тебя не застукала.
Кай зашагал вверх по лестнице. А мне-то туда можно? Я поколебалась, а потом быстро поднялась за ним. Правило номер два: не попадаться. Если тебя не поймают, то и проблем не будет.
На втором этаже, который я до сих пор видела лишь один раз, да и то мельком, находились учебный кабинет, библиотека и компьютерный класс. На стенах висели пластиковые и пробковые доски и карта города, истыканная булавками и обклеенная стикерами. В комнате было человек десять: кто за компьютерами, кто за письменными столами, кто перебирал книги на полках.
За самым дальним столом склонился над ноутбуком Аарон, а рядом Эзра просматривал стопку распечаток. Кай уселся рядом с Эзрой, а я опустилась на стул возле Аарона.
– Как занятия? – поинтересовался Аарон.
– Успешно, – ответила я. – Кай успел разбить по меньшей мере восемь сердец, не произнеся ни слова.
Будто не слыша, Кай спросил:
– Нашли что-нибудь?
– Дирк Питерс, колдун – с этим все просто, у нас ведь уже было его имя, – сказал Аарон. – А криомаг…
Он щелкнул по вкладке и повернул ко мне ноутбук. На экране появилась фотография – мужчина лет тридцати, коротко стриженный, с узким лицом, на котором резко выделялась квадратная челюсть. Внизу стояло имя: Сергей Дуров.
– Похож на Ледяного, – подтвердила я.
– Вот и я так подумал. – Аарон повернул ноутбук, чтобы показать фото Каю. – Хорошая новость – мы их опознали. Плохая – они оба отступники. Работают не в одиночку, значит, скорее всего, из какой-то гильдии, но из какой – попробуй еще выясни.
Кай вгляделся в профиль криомага и открыл свой ноутбук.
– Посмотрим, может, что-то и найду.
Аарон откинулся на спинку стула и заложил руки за голову:
– Отлично. Значит, мне можно отдохнуть.
– Скотина ленивая, – проговорил Кай, сосредоточенно глядя на экран.
– Ты же лучше разбираешься во всей этой детективной мути.
Я снова подавила зевоту: после ужасной ночи сил совсем не осталось.
– А как ты все это сделал? Как нашел фотографию?
– База данных Магипола, – пояснил Аарон. – У них есть онлайн-сеть, называется «Архив Магипола», и там собрана вся их информация обо всем. Уровни доступа разные, но практически любого мага и любую гильдию можно найти. Туда же выкладывают записи о заданиях, наградах и бонусах. Те двое, которых мы ищем, ни в одну гильдию не записаны, значит, они отступники и за их поимку назначена награда.
– Не записаны? Но ты же сам сказал – скорее всего, они из какой-то гильдии?
– Извини, я имел в виду, что они не состоят ни в какой легальной гильдии. Есть маги-отступники, а есть целые гильдии-отступники.
– Маги объединяются в группы даже в обход законов Магипола, – пояснил Эзра. – В одиночку много не сделаешь. Вот мы и собираемся в группы, и маги-отступники тоже. Они организуют свои гильдии, которые не подчиняются правилам Магипола.
– Само собой, они вне закона, – добавил Аарон. – Магипол борется с ними всеми возможными способами, но найти их трудно и еще труднее уничтожить. Даже если кого-то и удастся отловить, остальные все равно будут собираться где-нибудь в другом месте.
Эзра постучал пальцем по стопке бумаг.
– Колдун и криомаг, скорее всего, входят в одну и ту же гильдию отступников, но в реестре гильдий Магипола мы ее не найдем, поскольку официально таких гильдий не существует, а тем более документов на них.
– Тогда как же мы их разыщем? – с тревогой спросила я.
– Магипол ведет расследования по всем гильдиям отступников. – Кай быстро щелкал мышкой в своем ноутбуке. – Я собираю информацию о гильдиях отступников в этом районе, а затем сверяю записи об их преступлениях с досье Питерса и Дурова – нет ли там совпадений.
– Ой…
– Видишь? – весело заметил Аарон. – Вот почему я предпочитаю свалить эту работу на Кая.
Помочь в расследовании я ничем не могла, поэтому достала свой ноутбук и занялась домашним заданием. Через несколько минут Кай извлек из гигантского принтера, стоявшего в углу, целую пачку бумаг. С маркером в руке он стал раскладывать распечатанные страницы по столу.
Я составляла учебный бизнес-план салона для груминга собак (хотя это не для меня; я уже твердо решила, что к старости стану безумной кошатницей), Кай работал, Эзра помогал, а Аарон играл на своем ноутбуке. Казалось, он ничего вокруг не замечает, но, когда Кай и Эзра вполголоса обсуждали возможные связи между нашими подозреваемыми и гильдиями отступников, он время от времени задавал вопросы.
Пока они методично перепроверяли информацию, я поймала себя на том, что уже не занята планированием бюджета для груминг-салона, а увлеченно наблюдаю за ними. На первый взгляд могло показаться, что всю работу делает Кай, но чем дольше я присматривалась, тем яснее понимала, что они – идеально слаженная команда. Кай – это ум и организованность, Эзра – проницательность и интуиция, Аарон – нестандартный подход.
Напряжение немного отпустило – впервые после вчерашнего нападения. Может, все не так плохо, как я думала. Может, я недооцениваю Аарона, Кая и Эзру. Они знают свое дело. Они сумеют с этим разобраться.
Да, но мне-то как быть? Даже если они в состоянии разобраться со всеми этими магами-преступниками и незаконными гильдиями, мне не хотелось полагаться только на них. Я по опыту знала, что полностью доверять кому-то – верный путь к беде, боли и краху. Хуже нет, когда ты надеешься, а тебя подводят. Если я останусь здесь хотя бы еще на пару недель, не наживу ли я себе новых неприятностей? Аарон, Кай и Эзра не всегда будут рядом, а сама я не в состоянии себя защитить.
В голове опять зазвучал голос Сабрины, а перед глазами, словно наяву, легли карты Таро. «До сих пор ты шла по своему пути одна, но теперь к тебе хотят присоединиться другие…»
Я снова перевела взгляд на Кая и Эзру, а потом задержала его на Аароне. Рыцарь мечей… Может быть, эта карта обозначала их? Сабрина предостерегала, что моя судьба зависит от моего прошлого, от моих страхов. Очень хотелось закатить глаза и назвать ее прорицание собачьей чушью, но что-то в нем перекликалось с моими мыслями и чувствами, и отмахнуться от этого было трудно.
Но не буду же я всерьез переживать из-за карт Таро?
– Что с тобой, Тори?
Я вздрогнула и подняла глаза на Аарона:
– А?..
Он постучал пальцем по моему подбородку, и только тут я заметила, что сижу с раскрытым ртом, как дура. Я закрыла рот, но Аарон продолжал смотреть на меня.
– Ты знаешь Сабрину? – выпалила я. Нечего сказать, изящно сменила тему.
– Сабрину? Конечно. Она прорицательница. Я всех в гильдии знаю.
– Она просила у меня номер твоего телефона. И Кая.
Аарон поморщился:
– Но ты же ей его не дала?
– Нет.
– Хорошо. Не хочу, чтобы она знала, что я ее заблокировал.
– Заблокировал? – Я посмотрела на Кая, и тот кивнул. – И ты тоже? Почему?
Аарон усмехнулся, достал телефон и протянул мне, открыв мессенджер. Я долго хмурилась, глядя на экран, потом промотала дальше. На экране мелькало одно фото за другим, и мои глаза становились все больше.
– Ой. Ничего себе. – Я кашлянула. – Она… У нее очень милые… э-э-э… кролики?
На всех фотографиях, во всех сообщениях за несколько последних месяцев было одно и то же: три лопоухих кролика. Вот они едят салат. Вот сидят в крошечных шляпках. Вот позируют среди цветов. Картинки перемежались настойчивыми вопросами о том, что думает Аарон о ее «пушистиках», и кокетливыми приглашениями приехать посмотреть на них. Судя по редким ответам, ни то, ни другое у Аарона энтузиазма не вызвало.
– Ты заблокировал ее из-за фотографий кроликов? – недоверчиво переспросила я.
– Из-за бесконечных фотографий кроликов, – недовольно уточнил он. – И еще она все время напрашивается на свидание. Но главное – фотографии кроликов.
Возвращая ему телефон, я спросила Кая:
– У тебя то же самое, да?
– Угу. Половина гильдии – счастливые адресаты ее фотографий.
Я нахмурилась.
– А ты, Эзра?
Тот пожал плечами, глядя в распечатку.
– Я ей не нравлюсь.
– Что? Почему? – Как Эзра может не нравиться? Его теплая, спокойная улыбка покорила меня с первого взгляда. Он снова пожал плечами, на этот раз молча, и только тут я поняла, что мой вопрос был чудовищно бестактным. Слегка смутившись, я придвинула к себе ноутбук.
– Сабрина тебе гадала? – спросил Кай, перебирая бумаги и отбрасывая ненужные в сторону.
Я резко подняла голову:
– Э-э-э… Да. Откуда ты знаешь?
– По глазам догадался.
– У тебя такой взгляд: «не может быть, чтобы эта бредятина была правдой», – понимающе добавил Аарон. – У всех такой после гадания, кроме самих прорицателей.
– А тебе кто-нибудь гадал? – спросила я.
– Пару раз, но, честно говоря, я предпочитаю, чтобы будущее преподносило мне сюрпризы. Ну и как, тебе выпало что-нибудь интересное?
– Не знаю. Она все время говорила о каком-то конфликте и о том, что моим сердцем управляют обман и страх. По-моему, это какая-то глупость.
Аарон развернулся на стуле ко мне лицом. Вид у него был задумчивый.
– А чего ты боишься?
– Ничего.
– Это должен был какой-то постоянный страх, иначе бы карты его не уловили, – заметил Кай, отбрасывая еще одну распечатанную страницу. – Какой-то очень сильный или давний.
По спине у меня пробежал озноб. Очевидно, они вовсе не считали гадание чушью, и меня это не обрадовало. Я-то надеялась, что они начнут отпускать скептические шуточки, и тогда можно будет выбросить из головы мысли о дурацком предсказании.
Кай отшвырнул в сторону еще один лист и положил на стол единственный оставшийся.
– Вот.
– Не «Красный ром» хотя бы? – обеспокоенно спросил Аарон.
– Нет. – Кай показал страничку нам с Аароном. – Судя по всему, группа небольшая. В записях Магипола их называют «Банда Ист-Гастингса», именно там их чаще всего видели. От восьми до двенадцати магов-отступников, среди них один криомаг и как минимум один колдун, питающий слабость к артефактам в виде карт.
Ист-Гастингс-стрит находилась всего в нескольких кварталах к югу от «Ворона и молота». Я нервно поежилась.
– А есть у них какая-нибудь связь с последним колдуном-отступником, которого мы передали Магиполу? – спросил Аарон.
– Пока не вижу. И, судя по тому, что о них известно – вряд ли их интересует выкуп от твоей семьи. Готов спорить, кто-то нанял их, чтобы запутать следы.
– Значит, остается добиться от этих ребят, кто их нанял и для чего. – Аарон хрустнул костяшками пальцев. – Интересная задача.
– Интересная, – согласился Кай, собирая распечатки и бросая их в мусорную корзину. – Но не для тебя, потому что ты останешься здесь.
– Что? Даже не думай!
– Они охотятся за тобой, а ты пойдешь прямо к ним в руки? Мы с Эзрой сами с ними разберемся.
– Одни не разберетесь, – прорычал Аарон.
– У меня есть на примете пара человек. К завтрашнему вечеру соберу команду.
Сердито ворча, Аарон откинулся на спинку стула.
– Я должен пойти. У меня с ними свои счеты.
– Переживешь, – неумолимо отрезал Кай. – К тому же Тори завтра работает. Ты должен быть здесь, с ней.
Пока они спорили, я подтянула страницу к себе и стала изучать список преступлений, которые совершили или в которых подозревались члены таинственной гильдии отступников. Бо́льшую часть занимали всякие мозголомные магические термины, но среди них мне бросились в глаза тревожно знакомые слова. Нападение. Поджог. Грабеж. Похищение. Убийство.
Это была не просто шайка хулиганов и мелких нарушителей закона. Это была организованная преступная группировка. Самая настоящая банда. Закоренелые преступники, которые не остановятся перед убийством, и оружие у них куда более опасное и непредсказуемое, чем обычные пистолеты.
– А вы… – Я поколебалась, но все-таки спросила: – А вы уверены, что стоит связываться с этими ребятами?
Кай, начавший было подниматься со стула, испытующе поглядел на меня. Его темные глаза встретились с моими.
– У «Ворона и молота» неважная репутация. Мы расхлябанные, неорганизованные, недисциплинированные и своенравные. В наших рядах хватает и изгоев, и бывших отступников. Но каждый член этой гильдии привносит в нее что-то свое. У нас есть сильнейшие маги, опытнейшие колдуны и алхимики, псионики с самыми редкими способностями. И все мы терпеть не можем проигрывать.
– Не бей первым… – пробормотал Эзра.
– Но всегда давай сдачи. И мы даем, да так, что мало не покажется. – Аарон улыбнулся своим друзьям-магам. – Тори, в прошлый раз они меня одолели, потому что их было больше, а я был не вооружен и не подготовлен. Но против гильдии? Не только Кай и Эзра злы на них за то, что они напали на нас. Эти парни из Ист-Гастингса и опомниться не успеют, как их раздавят.
Я перевела взгляд со сверкающих голубых глаз Аарона на темные пристальные глаза Кая, а потом на разные радужки Эзры. Я уже знала, что под его простой черной футболкой прячутся шрамы от таких ран, после которых никто другой просто не выжил бы. За холодной самоуверенностью Кая скрывался пугающе расчетливый ум. А за озорными ухмылками Аарона – непоколебимая решимость, подкрепленная могучей силой, проявления которой я пока видела лишь мельком.
Я вздохнула с облегчением, отпуская свой страх, и от души улыбнулась Каю.
– Дай этому ублюдку-колдуну разок по яйцам и от меня тоже.
Его ответная улыбка была откровенно зловещей.

Глава 17

Я привыкла считать себя человеком довольно хладнокровным, но сейчас… Я вся издергалась – хуже старушки в комнате со старинным фарфором, по которой носится резвая малышня.
Нервно поправляя бутылки в поддоне со льдом, я разглядывала посетителей паба. Тех, кто пришел сегодня просто ради удовольствия, было мало. Остальные в полной готовности ожидали прихода Кая и Эзры: та самая команда, которая отправится на поиски гильдии отступников.
Зора, миниатюрная светловолосая охотница на вампиров, питавшая слабость к большому оружию, сидела за столом в кожаных штанах и майке, а за спиной у нее болтался меч, который следовало бы назвать Сокрушителем Черепов. Да, скорее всего, он так и назывался. По крайней мере, про себя я решила называть его именно так.
Рядом с Зорой сидел Феликс – ее муж и третий офицер гильдии. У него за спиной был рюкзак. В толстых очках, со смешно зачесанными на намечающуюся лысину волосами, он выглядел… ну… в общем, далеко не так внушительно, как его жена.
Третьей колдуньей была Гвен – высокая худощавая женщина с гладкими волосами, собранными в хвост, у которой обычно был такой вид, будто она только что вышла из офиса «Fortune 500» – дизайнерские очки, деловые костюмы, сшитые на заказ. Сегодня же она была с ног до головы в черной коже, и на поясе у нее висела дюжина палочек длиной дюймов в восемь – блестящих, черных, с начертанными на них рунами.
Последним колдуном в команде был Рэмси. Сегодня он не стал подводить глаза, а его темные волосы были завязаны в хвост на затылке. Он был весь в черном – как обычно, и в придачу обвешан самым разнообразным оружием и магическими артефактами.
Кай набрал в свою команду не только колдунов. Их ряды пополнили два псионика: Тай, обходительный мужчина с шоколадной кожей и южноафриканским акцентом, обладал даром телестезии, что, по словам Аарона, позволяло ему выслеживать людей, а Дрю был телекинетиком, вроде незабвенного гаденыша Лиама.
Упомянутый гаденыш сегодня тоже был в баре – торчал в дальнем углу вместе со своим приятелем, книжным червем Томом, и видеть двух телекинетиков в одной комнате было все равно что смотреть на фотографии Капитана Америки до и после: один маленький, тощий и хилый, другой высокий, мускулистый и готовый дубасить плохих парней.
Четыре колдуна и два псионика должны были присоединиться к Каю и Эзре, и вместе эта команда из восьми человек намеревалась отловить столько членов банды Ист-Гастингса, сколько успеют до восхода солнца. Кай был уверен, что местонахождение банды определил точно, не знал только, сколько магов в ней состоит.
Я снова нервно выровняла бутылки, повернула их все этикетками вперед и поставила наклонно.
– Не волнуйся, Тори, – проговорил Аарон со своего стула. Экран его ноутбука то и дело мерцал: он взрывал космические корабли пришельцев. – Они свое дело знают.
– Но что, если отступников окажется больше, чем думает Кай? – пробормотала я.
– Ничего, справятся. Ах ты, черт! – Экран вспыхнул красным: космический корабль взорвался и разлетелся на пиксели. Аарон захлопнул ноутбук и оглянулся на беседующих членов команду. – Кай все продумал. Они с Эзрой и Зорой будут в нападении, их задача – обеспечить огневую мощь. Феликс специализируется на обнаружении и нейтрализации магии, он будет обезвреживать ловушки и засады, а Рэмси фантастически силен в контрмагии. У него есть артефакт, способный отразить практически все что угодно. Задача Тая – отслеживать тех, кто попытается сбежать, а Дрю и Гвен – универсальные бойцы: могут сражаться и в нападении и в защите, если нужно.
Закусив губу, я кивнула.
– Это да… но всего трое нападающих против дюжины?
– Если там наберется дюжина, – усмехнулся Аарон. – К тому же ты еще не видела Кая в деле. Да и Эзра тоже не из последних.
Как будто услышав свое имя, Кай возник в двери. Я выронила тряпку, которой вытирала стойку.
Тот Кай, которого я знала, – топ-модель в безупречном костюме – исчез. На нем были легкие ботинки и темная одежда, к длинным рукавам прицеплены миниатюрные метательные ножи. Из карманов узкого черного жилета тоже торчало какое-то мелкое оружие, а с бедра свешивались две катаны – короткая и длинная.
Я перевела взгляд с мечей на его лицо и уже в который раз вгляделась в эти экзотические черты, которые до сих пор никак не могла отнести к какому-то определенному типу. А теперь догадалась, в чем дело. Японская кровь так причудливо смешалась в нем с европейской, что он оказался не похож ни на белого, ни на японца – его внешность была уникальной.
Следом за ним вошел Эзра, и это тоже был уже не тот парень из соседнего двора. Его грудь была перехвачена широким ремнем, за которым на спине торчало какое-то незнакомое мне оружие. Руки были закрыты длинными темными перчатками без пальцев, суставы сверкали сталью, на локтях тоже какой-то металл. Волосы Эзры были повязаны черной банданой, и тень щетины на подбородке придавала его лицу какой-то непривычно опасный вид.
Кай сразу же направился к своей команде, а Эзра подошел ко мне и Аарону. Я к тому времени уже оправилась от потрясения и постаралась взять себя в руки.
Аарон удрученно вздохнул.
– Эх, даже не верится, что придется здесь торчать, пока вы там отрываетесь.
– Мы тебе все расскажем, когда вернемся, – весело и без тени сочувствия отозвался Эзра, поправляя перчатку.
– А тебе точно… хватит этого оружия? – с сомнением спросила я. По сравнению с Каем Эзра был почти не вооружен. Только та непонятная штука на спине, похожая на черный шест фута в два длиной, с серебряными наконечниками и серебряной вставкой в середине. – Может, меч бы тоже не помешал?
– Мы не собираемся никого обезглавливать. Магипол настоятельно не рекомендует оставлять трупы.
– Давай, покажи ей, на что способна Двойная Молния, – предложил Аарон. – Ей понравится.
Я сморщила нос:
– Что-что?..
Отойдя подальше от стойки, Эзра закинул руку за плечо и вытащил из-за спины короткий шест. С легкостью раскрутил его одной рукой, и я, вспомнив, какой удар Эзра способен нанести голым кулаком, подумала, что это оружие, наверное, тоже заслуживает называться «Сокрушителем Черепов».
Эзра взял шест за оба конца и крутанул в разные стороны. Оружие с металлическим лязгом распалось посередине, обнажив два лезвия длиной в фут с черными рукоятями такой же длины. С устрашающим изяществом Эзра взмахнул лезвиями (сталь просвистела в воздухе) и одним движением соединил концы рукоятей. Теперь это снова было одно оружие – только теперь длиной четыре фута и со смертоносными клинками на обоих концах.
– Хм… – Я слегка попятилась, опасливо поглядывая на двустороннее копье. – Как там, говоришь, у тебя с чувством расстояния?
Я-то хорошо помнила, что никак.
Эзра разъединил лезвия, свинтил заново – и в руках у него снова оказался безобидный металлический шест.
– Отвратительно, как всегда, но в драке это обычно не помеха. Когда люди движутся, воздух колеблется, и я, даже не глядя, чувствую, на каком они расстоянии от меня.
– Ясно, – слабым голосом проговорила я. Эзра закинул оружие за спину, и оно словно приклеилось к перевязи – магниты там, что ли?
– Итак, – окликнул остальных Кай. – Есть вопросы, прежде чем мы отправимся?
– Чью машину берем? – сухо осведомился Феликс. – Если Аарона, то я в нее не сяду.
– Эй! Не обижай мою красотку.
– На фургоне поедем, – сказал Кай. – Что-нибудь еще?
Зора уперлась рукой в бедро.
– Что там насчет Ж-М?
– Это что, про туалеты? – недоуменно шепнула я Аарону.
– «Живыми или мертвыми», – объяснил он. – Нечасто, но бывают и такие инструкции.
– Нет, – ответил Кай. – Всех берем живыми, но любые меры защиты применяйте без колебания. Ваша жизнь всегда на первом месте.
У меня вновь закружилась голова. Я ухватилась за стойку так, что суставы побелели.
Кай жестом велел команде следовать за ним.
– Идем.
– Эзра, – хрипло проговорила я, когда он двинулся следом за остальными. – Будь осторожен.
Эзра успокаивающе улыбнулся:
– Мы скоро вернемся, ты и глазом моргнуть не успеешь.
Аарон поднялся со стула, стукнулся с Эзрой кулаками, и аэромаг торопливо зашагал за остальными семью магами с Каем во главе. Дверь за ними закрылась, и мои плечи уныло поникли. Что бы там ни говорил Эзра, для меня это будет очень, очень долгий вечер.

* * *

Мне отчаянно хотелось на что-нибудь отвлечься, и я с нетерпением ждала наплыва посетителей, чтобы обстановка оживилась хоть немного, но в пабе почти весь вечер было пусто. Заскочила поболтать Син, потом моя любимая ведьма Сильвия заказала три «Манхэттена» и отошла, шаркая ногами, другая ведьма, любительница йоги, тоже посидела пару часов с двумя подружками, а все остальное время моими единственными клиентами, не считая Аарона, были Лиам и Том. Они опять засели в углу: Том читал новый фантастический роман, а Лиам играл в телефоне.
Полночь приближалась, я бесцельно кружила по залу, поправляя стулья и вытирая и без того уже чистые столы. Наконец, бросив работу, я уселась на табурет рядом с Аароном. Тот, склонившись над ноутбуком, просматривал какой-то жуткий сайт с белым фоном и устаревшим лет на десять дизайном.
– Что это? – спросила я, не в силах больше выносить тишину.
– А?.. – Аарон зевнул и запоздало прикрыл рот ладонью. – Архивы Магипола. Доска объявлений. Ищу новую работу с хорошими бонусами.
Ой! Я ведь где-то уже видела этот сайт! Да, точно – я вышла на их домашнюю страницу, когда безуспешно пыталась найти в Гугле информацию о магах.
– Нашел что-нибудь?
– Да нет. В последнее время затишье.
Я смотрела, как Аарон прокручивает страницу вниз. Она все никак не кончалась.
– Это все от Магипола?
– По большей части. Обычно работа поступает из трех источников: Магипол, на который приходится процентов восемьдесят объявлений, потом маги, которым нужна помощь, и гильдии, которые хотят поручить кому-то работу. – Аарон пролистал еще дюжину объявлений. – Бывают объявления с открытыми бонусами, эти идут постоянно: истребление вампиров, разоблачение оборотней, конфискация артефактов у людей. А бывают другие – то, что мы называем частными объявлениями: кто-то сообщает о чем-то подозрительном, и каждый может попробовать разобраться в этом деле.
Аарон ткнул пальцем в экран.
– Вот, например. «Слухи о появлении призраков на заброшенном складе». Любой может пойти и проверить – если обнаружит что-то неподобающее и сумеет решить проблему, то сообщит в Магипол и узнает, полагается ли ему вознаграждение. Действовать приходится наудачу, но иногда можно сорвать джекпот.
– Интересно. – Я вгляделась в экран и ткнула пальцем: – А это как понимать?
– «Пропала девушка на Арбутус-ридж, подозреваются маги», – прочитал Аарон. Щелкнул по объявлению, и открылась новая страница – почти всю ее занимала фотография темноволосой девушки с короткой стрижкой и впалыми щеками, лет шестнадцати на вид. – Пропавшие без вести – дело сложное, особенно когда речь идет о людях. Магам в это лучше не вмешиваться. Мы же не можем явиться в полицейский участок и затребовать материалы дела.
Он снова начал прокручивать страницу.
– Мы с Каем и Эзрой предпочитаем охотиться на отступников. И бонусы отличные, и подраться можно в свое удовольствие, и ни о чьей безопасности, кроме своей, беспокоиться не надо.
Я рассеянно кивнула. Можно было понять, что они не хотят брать на себя ответственность, но неужели он сможет забыть лицо этой девушки, отчаяние в ее глазах? Я бы не могла так легко отмахнуться на его месте.
– Кто-нибудь возьмется и за эту работу, – успокаивающе добавил Аарон, и я снова подняла на него глаза. – Есть гильдии, которые как раз на таком специализируются.
– Тогда хорошо. – С некоторым облегчением я положила скрещенные руки на стойку и уронила на них голову. – Как думаешь, скоро ребята вернутся?
– Трудно сказать. Если все пройдет гладко – через час-другой. А если придется гоняться за отступниками, это может затянуться на всю ночь. Кай хочет допросить их, прежде чем передавать в руки Магипола.
Я закрыла глаза. От нервного напряжения в голове и в шее пульсировала боль.
– Знать бы, как этот колдун выследил меня, когда я ходила по магазинам.
– Да, мне это тоже покоя не дает. И то, как они напали на нас, когда я провожал тебя домой. – Он захлопнул ноутбук. – Они явно выжидали момент, когда я буду один – то есть без Кая и Эзры. Но как догадались подкараулить меня именно в ту ночь? Я ведь до этого никогда не провожал тебя, откуда им было знать?
– Похоже, нас там поджидали. – Я подняла голову. – Двое шли за нами, а еще четверо засели в засаде впереди.
– Очень странно. Ума не приложу, как они могли предвидеть, где мы появимся. – Он потер щетинистый подбородок. – В первый раз они дождались, когда я останусь один, но потом-то криомаг вломился к нам в дом… и притом в одиночку? Непонятно.
– Может, они рассчитывали, что ты и там будешь один? Должны же они были понимать, что против троих магов у них шансов нет?
– Но Кай с Эзрой там живут. С чего бы ему думать… – Аарон нахмурился. – Вот сейчас ты сказала, и я вспомнил – Кай с Эзрой перед этим говорили о ночной разведке в воскресенье в парке Стэнли. Там видели оборотня, и они даже с местными ведьмами в субботу уже договорились. Но потом на тебя напали, и они отказались от этой идеи.
Мы уставились друг на друга.
– То есть, – медленно проговорила я, – если бы колдун не напал на меня, и Кай не привез меня к вам, и они с Эзрой не решили бы остаться на ночь дома, то Ледяной застал бы тебя там одного.
Аарон кивнул, несколько утратив свою обычную самоуверенность.
– Он вошел под чарами незаметности. Пожалуй, один только Эзра и способен был его услышать. – Он сжал губы. – Да и Эзра мог бы проспать, если бы ты его не разбудила.
Мои нервы натянулись как канаты при мысли о том, что могло бы случиться, если бы не череда счастливых совпадений.
– Но чары незаметности – это же колдовство?
– Купить артефакты у колдуна может кто угодно. И алхимические зелья тоже. Шарпи, мой меч, в сущности, тоже артефакт. – Аарон побарабанил пальцами по ноутбуку. – Вот черт. Хорошо бы Кай поймал этого криомага. Хочу выяснить, откуда они столько всего о нас знают.
– Да уж, – согласилась я. – Иначе я со всеми этими волнениями язву себе наживу.
Озабоченное выражение лица Аарона сменилось улыбкой.
– Не волнуйся, Тори. Мы тебя защитим.
Я почувствовала щекотку в животе. Вот черт. Я не хотела, чтобы меня защищали. Не хотела, чтобы по моим следам рыскали убийцы. Но от рыцарских клятв Аарона у меня кружилась голова.
– Рыцарь Мечей… – пробормотала я.
– Что?
– Ничего.
Аарон подпер подбородок рукой:
– А, ты про Таро, да? Разобралась в этом прорицании?
– Да в чем там разбираться? Все очень расплывчато и может означать что угодно.
– Ты думала о том, чего боишься?
– Не знаю, – протянула я. – Может, лежать мертвой в одном белье, когда меня прирежет кинжалом колдун?
– В одном белье? – с любопытством переспросил Аарон.
– Я же была в примерочной. Вполне могла бы стоять там в одних трусах, когда он ворвался.
Аарон усмехнулся, словно воображаемая картинка доставила ему удовольствие.
– Такие страхи Таро не улавливает. Кай же сказал – это должно быть что-то такое, что уже давно тебя беспокоит.
– Тогда я вообще не представляю, что это предсказание может значить.
Взявшись за подбородок, Аарон наклонил голову набок, и его голубые глаза встретились с моими.
– А по-моему, ты знаешь.
В животе у меня снова екнуло, но уже по-другому – неприятно. В голове промелькнули слова Сабрины о том, что мое прошлое мешает мне видеть ясно.
– Почему ты так говоришь?
Он выжидающе молчал.
У меня сами собой сжались кулаки, и я отвернулась. Да, я знала, какой страх уловили карты Таро, но не собиралась никому об этом рассказывать, а Аарону тем более. Он посмеется надо мной, и я его возненавижу. А мне этого совсем не хотелось.
– Тори… – негромко начал он.
Я стиснула кулаки еще крепче. Через силу взглянула ему в глаза и поняла: что бы я ни сказала, он не станет насмехаться. Может быть… может быть, если я расскажу ему кое-что, предсказание не будет так назойливо сверлить мне мозг.
– Мой отец – последняя сволочь, – проговорила я легким, небрежным тоном. – Когда мне было семь лет, мама решила, что с нее хватит, и ушла. У меня не осталось никого, кроме брата. А потом, когда Джастину исполнилось пятнадцать, он убежал из дома. Мне тогда было десять. И я осталась одна с отцом…
Я взяла тряпку, которой протирала стойку, и скрутила ее жгутом, забыв, что хотела изобразить безразличие.
– Потом мне пришлось жить у родственников. А когда мне было шестнадцать, Джастин вернулся и забрал меня. Я разорвала все связи с родственниками и начала сама строить свою жизнь.
Аарон выдернул тряпку из моих пальцев, на которых уже побелели костяшки. Собравшись с силами, я заставила себя улыбнуться. Наверное, улыбка вышла неубедительной, но я хотя бы попыталась.
– Все стало хорошо. Я была счастлива. Но потом Джастин подал заявление в полицейскую академию – здесь, в этом городе, и его приняли, и… – Я закашлялась, стараясь скрыть дрожь в голосе, пока она еще не стала слишком заметной. Почему об этом так тяжело говорить? Правда, до сих пор я никому не говорила, но все равно странно, что так тяжело.
– Это нормально, – добавила я. – Он уехал за своей мечтой. Я счастлива, что он добивается того, чего хочет. Я вернулась к родственникам – к тем, с которыми хоть как-то можно было жить, но отец снова появился на горизонте, и тогда я уехала сюда.
– И опять живешь с братом, – пробормотал Аарон. – Боишься, что он бросит тебя в третий раз?
– Нет, не в этом дело. – С преувеличенной небрежностью пожав плечами, я взяла тряпку и вытерла со стойки несколько капель воды. – Я знаю, что он не всегда будет рядом. У него своя жизнь, и он мне ничего не должен. Теперь, если он снова уйдет, я не пропаду. Я в нем не нуждаюсь.
– Ясно, – мягко сказал Аарон.
Я бросила на него быстрый, тревожный взгляд.
– Что тебе ясно?
– У тебя же есть мой номер, да? Выучи его наизусть.
– Зачем?
– Чтобы, где бы ты ни была и что бы с тобой ни случилось, ты могла мне позвонить. Я всегда приду на помощь.
Но мне не нужна была помощь. Ни его, ни чья-то еще. Если уж родная мать меня бросила, а брат даже два раза, и родственники помогают только тогда, когда им это удобно, – как я могу доверять ему, в сущности, незнакомцу?
Я доверяла только одному человеку – себе самой. Когда-то я поверила Джастину, моему рыцарю и герою, поверила, что он поможет мне снова собрать себя из кусочков. Но это оказалось нелегким делом. Пришлось возиться с моими вспышками ярости, с моей шаткой самооценкой, с неумением себя сдерживать, и тогда он опять бросил меня.
Да катись оно все! Больше я никому не позволю так меня растоптать, хватит. Сама о себе позабочусь.
Я не успела подобрать слова для ответа: Купер высунул голову из-за двери. Сегодня он подменял Рэмси на кухне, пока тот вместе с Каем и Эзрой гонялся за отступниками.
– Привет, Тори, – сказал Купер, и от него потянуло резким запахом сигарет. – Ты как, одна справишься? Тут сегодня пусто, так что я думаю свалить пораньше. Хочу успеть поужинать в китайском ресторанчике, пока он не закрылся.
– А который час? – спросила я. Лень было лезть в карман за телефоном.
– Четверть двенадцатого.
– А, ну тогда ладно. Без проблем. Все равно через несколько минут пора начинать уборку. – Помахав мне рукой, Купер скрылся за дверью, и я потянулась на стуле, разминая плечи. – Я бы тоже не отказалась сейчас от китайской еды. Или, еще лучше, от чего-нибудь сладкого.
У Аарона загорелись глаза. Да он, оказывается, тоже сладкоежка, еще хуже меня! Можно было и раньше догадаться – когда он заказал «Маргариту» и настаивал на непременной вишне в сахаре.
– Шоколад – это было бы идеально. – Я мечтательно вздохнула, вспомнив коробку конфет, которую Аарон принес мне после своего дурацкого спора. – Далеко отсюда до ближайшей круглосуточной автозаправки?
– Далеко, – ответил Аарон огорченным тоном. Очевидно, его это расстраивало не меньше, чем меня. – Да ведь у тебя и смена еще не кончилась. И мы договорились, что будем ждать здесь, помнишь?
– Вот черт. – Я побарабанила пальцем по нижней губе, обдумывая план действий. В голову тут же пришла гениальная мысль. – Ага!
– Что?
– Ничего, – бодро отозвалась я, спрыгивая со стула. – Хочу убрать немного на кухне.
– До сих пор перспектива уборки никогда тебя так не радовала, – заметил Аарон, подозрительно щурясь. – Что ты там задумала?
– Уборку. – Я скользнула мимо него. – Надо помыть там… кое-что. Тебе неинтересно.
– Ага. – Он встал и двинулся за мной. – У тебя сейчас такой виноватый вид – как у ребенка над пустой банкой печенья.
– Тебе кажется. – Я торопливо юркнула за стойку, но Аарон шагнул следом. – Эй! Тебе сюда нельзя.
Он ухмыльнулся:
– А кто меня остановит?
Сердито хмурясь, я выскочила за дверь и побежала через кухню в кладовую. Аарон ринулся за мной, но я успела раньше: добежала до кладовой, шмыгнула за дверь и захлопнула ее за собой. Крепко держа ручку одной рукой, другой нашарила коробку шоколадных палочек, какими помешивают мартини.
– Шоколад нашла, да? – спросил Аарон через дверь. Ручка завертелась.
– Да нет, что ты!
Он стал дергать дверь, я уперлась каблуками. Сдержать его натиск мне было не под силу – не хватало сотни фунтов мышечной массы, но я успела засунуть в рот сразу три шоколадные палочки, прежде чем он распахнул дверь.
Его жадный взгляд тут же упал на коробку в моей руке.
– Тебе что, жалко поделиться?
– М-м… – Этим я хотела сказать, что, дай ему волю, он съест втрое больше моего, и вообще – что такое три шоколадные палочки, чтобы из-за них шум поднимать?
Аарон потянулся к коробке, я спрятала ее за спину, лихорадочно жуя – нужно же было проглотить шоколад, пока не подавилась. Задним ходом, потому что Аарон пытался выхватить коробку у меня из-за спины, я торопливо попятилась к двери. Но Аарон захлопнул ее, и я осталась запертой в кладовке вместе с ним и со своим драгоценным лакомством.
– Нехороший ты человек, Тори, – упрекнул Аарон, когда я опять увернулась от него. – Сначала напоминать о шоколаде, а потом есть его у меня на глазах? Это жестоко.
Я проглотила то, что осталось во рту.
– Ты бы ничего не увидел, если бы не увязался за мной. – В подтверждение своих слов я сунула в рот еще одну шоколадную палочку. Ее конец остался торчать наружу, и я ухмыльнулась без всякого зазрения совести.
Аарон снова с рычанием потянулся к коробке. Я пыталась увернуться, но он схватил меня за талию и прижал к запертой двери, а потом вдруг опустил голову. Поймал зубами кончик моей шоколадной палочки, откусил, и его губы коснулись моих.
Я окаменела, с внезапной остротой ощутив его руки на талии и тепло его тела. Аарон проглотил отнятый у меня кусок шоколада и облизнулся.
– Неплохо, – заметил он.
А потом поцеловал меня.
Его горячие губы прижались к моим, и внутри у меня что-то оборвалось. Я чуть не раздавила шоколад в руке, и мне вдруг стало не хватать воздуха, когда Аарон притянул меня к себе. Свободной рукой я ухватилась за его плечо, провела ладонью по бицепсу. Аарон неторопливо целовал меня, и я чувствовала, как подступает жар, как медленно разгорается огонь от каждого движения его губ.
Он поднял голову и изогнул бровь.
– Помнишь, я сказал, что хочу пригласить тебя на свидание?
– М-м-м, – утвердительно промычала я. К моему смущению, горло у меня перехватило.
– Хочешь, сходим поужинать вместе, когда с гильдией отступников будет покончено?
– Конечно.
– Отлично. – Его взгляд снова упал на мои губы. – Теперь мне придется ждать свидания, чтобы еще раз тебя поцеловать?
Я сделала вид, что размышляю над этим вопросом, пока он ласково водил большими пальцами по моим бокам.
– Думаю, это не обязательно.
Не успела я договорить, как он снова закрыл мне рот. Ощупью сунув коробку на ближайшую полку, я обвила руками его шею. Он притянул меня к себе, и я прижалась к его теплым, твердым мышцам, которыми уже несколько недель восхищенно любовалась. Боже, какое у него потрясающее тело! Мне хотелось гладить руками его кожу. Хотелось, чтобы он опять стоял передо мной в одних боксерах. С того самого утра, когда я проснулась в одной комнате с ним и Эзрой практически голышом, мне то и дело приходилось усмирять буйные фантазии, одолевающие меня, стоило только закрыть глаза.
Обнимая меня одной рукой, Аарон провел другой по моей шее и волосам, еще крепче прижимаясь губами к моим губам. Я приоткрыла губы в знак, что готова к более глубокому поцелую, и язык Аарона стал игриво искать на моем вкус шоколада. Я гладила его по плечам, а потом запустила ладонь под футболку на спине: очень хотелось дотронуться до его пылающей, будто в жару, кожи.
Вдруг что-то стукнуло меня по макушке.
Вытаращив глаза, я смотрела, как это что-то покатилось по полу. Лимон?..
Из мешка на верхней полке с глухим стуком покатились ярко-желтые фрукты: нас осыпало ими, словно дождем. Я взвизгнула, уворачиваясь, Аарон попятился назад и потянул меня за собой, спасая из-под лавины цитрусовых. Широко раскрытыми глазами я смотрела, как еще дюжина лимонов катится по полу. Ой-ой-ой! Должно быть, это я виновата. Слишком неуклюже засунула шоколад на полку.
Посмеиваясь над абсурдностью ситуации (лимоны испортили нам малину!), я начала собирать фрукты.
– Тебе, наверное, лучше вернуться в зал.
– Я могу помочь. – Аарон нагнулся, пытаясь выудить несколько лимонов из-под нижней полки. – И вообще, я не уйду, пока не получу хотя бы одну шоколадную палочку.
Я фыркнула:
– А если я дам тебе шоколада, уйдешь? Не хочу, чтобы меня застукали за поцелуями с клиентом в подсобке. Меня и за меньшее с работы увольняли.
– Клара тебя за это не уволит, и к тому же тут все равно никого нет. Кто нас здесь подслушает?
Я выпрямилась с полными руками лимонов.
– Аарон, пожалуйста. Там еще пара человек сидит, и я не хочу рисковать этой работой. Ну, правда…
Осекшись, я уставилась в пустоту и молчала, пока в мозгу не вспыхнула лампочка.
– Так значит, дорожишь этой работой, а? – Аарон застыл на корточках с лимонами в охапке и тоже на секунду умолк. – Тори! Что с тобой?
Я открыла рот и снова закрыла. Щеки похолодели. Наверное, я была очень бледной.
Аарон выпрямился во весь рост.
– Что случилось?
– Кажется… я догадалась… но… – Я не договорила. – Нужно кое-что проверить.
– Что? Тори…
Бросив лимоны на пол, я выскочила из кладовой и стремглав пронеслась через всю кухню. Остановилась в дверях и выглянула в паб. Все столики были пусты, кроме одного. Лиам сидел один, его лицо было освещено телефоном, а ноги лежали на соседнем стуле.
Я шагнула вперед.
– Лиам, а Том где?
– Том? Только что ушел. Сказал, что пора домой. Я тоже ухожу, сейчас только…
Я стремительно развернулась и помчалась обратно. Аарон стоял в дверях кладовой, хмуря брови.
– Что за…
– Когда Кай с Эзрой собирались ехать в Стэнли-парк в воскресенье, они обсуждали свои планы здесь?
– Здесь? – Аарон огляделся. – М-м… Да, я помню, как Кай разговаривал с ведьмами из Стэнли по телефону. Мы были наверху, в кабинете.
Я зажала рот ладонью. Сердце у меня колотилось.
– Тори, да что с тобой?
– Я только сейчас догадалась… Мы все не могли понять, как гильдия отступников додумалась устроить на тебя засаду возле моего дома, и откуда они узнали, куда я пойду в воскресенье, и почему думали, что в ту ночь ты будешь дома один. Думали, что они предвидят наши действия, а на самом деле разгадка гораздо проще.
Лицо Аарона настороженно отвердело.
– Какая?
Я зябко обхватила себя за плечи.
– В прошлую субботу, когда ты предложил проводить меня, я упомянула Уэст-Джорджия-стрит – и именно там ты заметил, что за нами следят. Кай в гильдии говорил по телефону о том, что в воскресенье вечером их с Эзрой не будет дома. И… – Я сглотнула. – В субботу я сказала Сабрине, что иду по магазинам, и назвала свой любимый.
У Аарона широко распахнулись глаза.
– Там, в кладовке, ты сказал: «Кто нас здесь подслушает?» Но кое-кто мог…
– Том, – выдохнул сквозь зубы Аарон. – Он здесь? Я его недавно видел.
– Нет, уже ушел. Я только что проверила. – Я бросила взгляд в сторону бара, как будто могла отсюда увидеть тот угол, где Том просидел почти весь вечер. И почти каждый вечер до того. Ясно, как звон колокола, в голове зазвучал голос Лиама, рассказывающего об экстрасенсорных способностях Тома. Яснослышание. Суперслух. Он слышит голоса на большом расстоянии.
Аарон провел рукой по волосам.
– Ну да, получается, Том единственный, кто мог подслушать все три разговора, но тогда это значит, что он передавал сведения гильдии отступников. Этого быть не может.
– Откуда ты знаешь?
– Он… он просто не мог. Он же член гильдии. Он не мог нас предать.
Я крепко сжала руку Аарона. Он хотел сказать, что член гильдии не может быть предателем. Аарон не верил, что кто-то из боевых товарищей может его обманывать.
Обман – о нем предупреждали карты Сабрины. Обман таится в тени и приближает конфликт.
Конфликт…
А Том только что ушел…
– Аарон, – выдохнула я. – Нужно уходить. Прямо сейчас.

Глава 18

– Что? – непонимающе переспросил Аарон.
– Нужно уходить, – повторила я, охваченная нарастающей паникой. – Том ушел. Лиам оставался последним, он только что пошел домой. Мы с тобой одни – как в тот раз, когда на нас напали.
– Мы же в гильдии, Тори. Никакой дурак не рискнет нападать на нас здесь. К тому же прямо сейчас, пока мы с тобой разговариваем, наша команда выслеживает отступников. Пусть даже Том попытается их предупредить – это уже ничего не изменит.
Я сделала неглубокий вдох, стараясь справиться с волнением.
Аарон успокаивающе погладил мои руки.
– Все в порядке. Мы будем ждать здесь. – Он достал телефон, и его пальцы забегали по клавиатуре. – Феликс вернется, когда они закончат, – он же сегодня дежурит, но я сейчас напишу Каю и Эзре, чтобы тоже шли сюда. От них и узнаем, правда ли, что Том замешан в этом деле.
– Ладно, – неуверенно пробормотала я.
– Сообщение отправлено. – Аарон с улыбкой поднял голову от телефона. – Я же тебе говорил, что всегда…
Я ничего не успела увидеть – только услышала тошнотворный треск удара чего-то твердого о кость.
Аарон закачался и рухнул. Когда он упал на пол, мое сердце остановилось, шок парализовал все тело. С каким-то бульканьем в горле, который был бы криком, если бы у меня осталось хоть немного воздуха в легких, на непослушных ногах я шагнула к Аарону.
Что-то пронеслось мимо, едва не задев мое лицо. Я отшатнулась, вскинула руки, пытаясь заслониться, сама не зная от чего. Обернулась и снова застыла.
Трое стояли в небрежных позах в дальнем конце кухни. Какой-то мужчина, женщина и… Том. На его обычно застенчивом лице читалось садистское удовольствие. Я отшатнулась, задев ногой неподвижную руку Аарона.
Три блестящих шара размером с бильярдные плавали в воздухе перед незнакомым мужчиной и светились разными цветами. Когда они замерли, на одном из них стали видны красные брызги. В ужасе я оглянулась на Аарона – по его безжизненному лицу текла кровь.
– Надо было ему тебя послушать, – сказал Том. – Если бы не тянули, может, успели бы удрать.
У меня сжались кулаки, и я отступила еще на полшага.
– Но тогда мне не пришлось бы сказать тебе в лицо, что ты трус и подонок. Ты еще свое получишь, и поделом.
Женщина засмеялась.
– Убери ее с дороги.
Незнакомый мужчина наклонил голову, и я торопливо присела: два шара просвистели мимо. Телекинез! Черт, что же я могу сделать против телекинетика?
«Целься в глаза», – сказал Аарон, когда Лиам цеплялся ко мне со своими шуточками. Для телекинеза нужно видеть.
Я вскочила и бросилась к двери. Женщина снова засмеялась.
Шар ударил меня в плечо с такой силой, словно был запущен питчером мирового класса. Он сбил меня, я налетела на стол, но сумела удержаться на ногах. Задыхаясь, хлопнула рукой по выключателю.
Комната погрузилась в темноту. Из паба пробивался слабый свет, но кухню он не освещал. Три шара мерцали, паря в воздухе рядом со мной, но не двигались. Телекинетик не знал, куда целиться.
– Включите свет! – крикнула женщина.
Том с телекинетиком зарычали друг на друга и зашарили ладонями по столам и шкафам – искали выключатель. Пригнувшись, я сняла со стола пустую кастрюлю и стала подкрадываться к шарам. Они светились, значит, телекинетик видел их – но это дело поправимое.
Я примерилась и взмахнула кастрюлей, как сачком. Бах, бах, бах! Все три шара ударились о дно кастрюли, и я придавила ее к полу. Шары оказались под ней, их свечение больше не могло выдать меня.
Мужчина яростно выругался.
Я затолкала кастрюлю под раковину, где телекинетик не заметил бы ее, даже если бы снова загорелся свет, и ощупью нашарила на стене висевшие над плитой сковородки. Ухватила одну за ручку и бросилась на врага. Я знала эту кухню вдоль и поперек. Свет мне был не нужен.
Услышав звук шагов, я взмахнула сковородкой, как бейсбольной битой. Она ударила по чьему-то телу. Я отскочила назад и снова замахнулась. На этот раз удар пришелся по костлявой руке, и телекинетик вскрикнул.
С другой стороны тоже послышались шаги, и я развернулась, приготовившись ударить. Чья-то рука легла мне на плечо.
Сковородка с грохотом упала на пол, мои руки опустились по швам. Я стояла неподвижно, рука держала меня за плечо, а в голове звучал голос. Он велел стоять и не двигаться, и я замерла. Я ничего не могла поделать – голос заглушал мои мысли, мое сознание.
Снова грохот – и вспыхнул слепящий свет. От него резало глаза, но я не шевельнулась. Разучилась двигаться.
Передо мной возникло лицо Тома. Он злорадно усмехался.
– Ты угадала, это я передавал сведения об Аароне, но во всем остальном ты ошиблась.
– Вы двое понесете Синклера-младшего, – скомандовала женщина.
Лицо Тома исчезло, вновь послышался шорох. А затем свет вдруг затрепетал красно-желтыми языками, раздался треск пламени и вопль нестерпимой боли.
Чужая рука соскользнула с моего плеча, и воля и разум вернулись ко мне. Я отпрянула, ударившись о дверь холодильной камеры, и ухватилась за ручку, чтобы не упасть. Дверь подалась, распахнулась, и я чуть не ввалилась внутрь. Ноги дрожали.
Аарон привстал на полу, по его лицу бежали струйки крови. Его руки полыхали огнем, и он держал Тома за грудки. Том кричал, пытался схватить Аарона за запястья, но не мог – они были охвачены пламенем.
Телекинетик выбросил перед собой ладонь, и невидимая сила отшвырнула Аарона назад. Том вырвался и, всхлипывая, отполз в сторону. Взмахом руки телекинетик поднял в воздух мою упавшую сковородку, и она полетела Аарону в голову.
Аарон отбил ее кулаком на подлете, и пламя при ударе вспыхнуло еще ярче. Телекинетик щелкнул пальцами, словно подзывая кого-то. Мясницкий нож пронесся по воздуху через всю кухню и остановился в нескольких дюймах от моего горла.
– Не двигайся, иначе она умрет, – рявкнул телекинетик.
Зло оскалившись, со страхом в глазах, Аарон замер. Огонь в его руках погас.
– Только шевельнись, – проворковала женщина, подходя к нему, – и увидишь, как она зальет своей кровью весь пол.
Она потянулась к его руке.
– Нет, Аарон! – вскрикнула я. – Не давай ей прикасаться к т…
Пальцы женщины обхватили запястье Аарона. Ярость и страх разом исчезли с его лица, оно стало безжизненным, как у пластикового манекена. Женщина самодовольно улыбнулась мне и свободной рукой перекинула светлые волосы через плечо.
– Идем? – обратилась она к своим сообщникам.
Телекинетик, не отрывая глаз от ножа, приставленного к моему беззащитному горлу, усмехнулся с видом победителя. Том, весь в слезах, поплелся в дальний конец кухни, к черному ходу, и женщина зашагала следом, крепко сжимая запястье Аарона. Тот покорно, с пустыми глазами, шел за ней. На меня, проходя мимо, даже не взглянул. Будто не видел – и я знала почему. Эта женщина подчинила себе его разум так же, как только что мой.
Том исчез за дверью, а женщина остановилась на пороге.
– Пожалуй, не лишним будет намекнуть Дариусу, что мы не шутим? Труп в штабе гильдии наверняка привлечет его внимание.
Беззвучно посмеиваясь, она увела Аарона за дверь, оставив меня вдвоем с телекинетиком. Мясницкий нож отодвинулся, словно невидимый хозяин занес его для удара. Я неотрывно смотрела на лезвие, не в силах пошевелиться. Спасения не было.
Нож ринулся к моему горлу – но вдруг вильнул в сторону и врезался в дверь холодильной камеры.
– Тори!
Лиам стоял в дверях, вытянув руку в мою сторону.
Другой телекинетик выругался и резко взмахнул рукой. Еще два мясницких ножа сорвались с подставки, взмыли в воздух и устремились к Лиаму. Он бросился им навстречу, а крышка огромной кастрюли, взлетев перед ним, прикрыла его, как щит. Ножи отскочили от крышки и вместе с ней с грохотом упали на пол.
Лиам остановился возле меня, вытянув перед собой руки, словно готовился отразить новую атаку.
Второй телекинетик взглянул на Лиама и усмехнулся. Из почти опустевшей подставки вылетел зубчатый хлебный нож, а за ним еще один, с тонким лезвием. Острия нацелились в нашу сторону, Лиам вскинул руки.
Ножи замерли, подрагивая в воздухе.
Третий нож вылетел из подставки и повернулся острием к нам. Лиам охнул, его мускулы напряглись, словно он из последних сил удерживал что-то очень тяжелое. Три ножа задрожали сильнее. Лиам задыхался, его руки дрожали от напряжения.
Третий нож дернулся и понесся вперед. Лиам выбросил руку вперед, пытаясь задержать его, но два других пробились сквозь защиту и полетели прямо в нас.
Лиам рухнул на меня. Я подхватила его и втащила за собой в открытую дверь холодильной камеры. Едва успела захлопнуть дверь ногой, как третий нож со скрежетом ударил о металл. За дверью послышались приближающиеся шаги, и я схватилась за ручку обеими руками, приготовившись удерживать дверь изо всех сил.
– Брось их! – крикнула женщина. – Наша добыча при нас.
– Ладно, – прорычал за дверью телекинетик. Ручка дрогнула в моих пальцах, раздался жуткий металлический хруст, а затем удаляющиеся шаги. Хлопнула дверь.
Я повернулась к Лиаму. Он лежал на спине, тяжело дыша и держа руки на весу. Руки дрожали, а в его груди торчали два ножа.
– О боже, – всхлипнула я. – Держись, Лиам!
Я выудила из кармана телефон, но в обитой металлом холодильной камере сигнал не ловился. Я шагнула к двери и повернула ручку. Она не шевельнулась.
– Нет, – застонала я, нажимая изо всех сил. – Нет!
Я ударила плечом, но тяжелая дверь даже не шелохнулась. Я крутила ручку до тех пор, пока пальцы не свело от боли, но все без толку. Телекинетик заклинил ее.
Упав возле Лиама на колени, чувствуя, как холод от ледяного пола пробирается сквозь джинсы, я пыталась вспомнить, чему меня когда-то учили на занятиях по оказанию первой помощи. Из ран Лиама текла кровь, и рукоятки ножей шевелились с каждым его судорожным вздохом.
– Прости, – прошептал он. – Я очки забыл… вернулся… и услышал, как ты…
– Ш-ш, Лиам. – Я взяла его холодную руку в свои ладони. – Ты только держись. Помощь скоро придет.
Белый, как мел, Лиам кивнул и больше ничего не сказал, но я знала, о чем он думает. О том, о чем я сама очень старалась не думать.
Помощь придет… рано или поздно. Но не слишком ли поздно для того, чтобы спасти Лиаму жизнь?

Глава 19

Эзра стоял, прислонившись к столу, а я – к Эзре. Его теплые руки крепко обхватили меня, сомкнувшись на спине. Я старалась не стучать зубами.
Час. Целый час я просидела запертой в холодильнике, отчаянно надеясь, что Лиам не умрет до возвращения Эзры, Кая и Феликса. Я услышала, как они вошли, и орала во все горло, пока они не высадили дверь. Кай с Феликсом сразу же подхватили Лиама и унесли… куда-то. Кай на ходу звонил по телефону женщине по имени Элизабета – лучшей целительнице в гильдии.
Я рассказала вкратце о том, что произошло, а потом, пока мы ждали возвращения Кая, все подробно рассказала Эзре. По мере того как я говорила, он все больше каменел, его руки стали похожи на стальные тиски. Вокруг заметно похолодало, свет померк. Я делала вид, что ничего не замечаю.
Зазвонил телефон Эзры. Продолжая обнимать меня одной рукой, он выудил телефон из кармана, блеснув металлическими вставками на боевых перчатках. Провел пальцем по экрану и прочитал сообщение.
– Лиам с Элизабетой, – пробормотал он, и его мягкий голос приглушил мою тревогу. – Кай и Феликс возвращаются, вызвали подкрепление. Все члены гильдии, кого удалось собрать, идут сюда.
Я кивнула, прижимаясь головой к его груди. Я была так измучена усталостью и страхом, что не могла выговорить ни слова, хотя вопросы роились в голове. Эзра снова сжал меня в объятиях. В плече, по которому пришелся удар смертоносного шара телекинетика, пульсировала боль.
Входная дверь распахнулась. От неожиданности я подпрыгнула на полфута, и Эзра прижал меня к себе, словно боялся, что я вырвусь и расшибусь обо что-нибудь. В бар ворвалась Зора: ее остриженные под пикси волосы с розовыми прядями были мокрыми, гигантский меч зажат в руке, оторванный ремешок ножен волочился по полу.
– Получила сообщение от Феликса, – коротко сказала она. – Только из душа успела выйти. Что случилось?
Теперь, когда мы были не одни, я попыталась высвободиться из рук Эзры, но он не отпускал.
– Пока мы охотились за отступниками, – проговорил он с незнакомыми рычащими нотками в голосе, – другая группа напала на Тори, Лиама и Аарона. Аарона схватили. Лиам сейчас с Элизабетой. Ножевые раны.
Глаза у Зоры сверкнули.
– Аарона схватили? Как?
– Судя по рассказу Тори, с ними был менталист.
Зора выругалась так свирепо, что я вздрогнула.
– А ты цела, Тори?
– Со мной все в порядке. – Я наконец вывернулась из объятий Эзры. – Что такое менталист?
Зора с отвращением скривила губы:
– Псионик, который может контролировать чужие мысли или действия…
Она осеклась: в бар вошел колдун Линдон и тут же, следом за ним, Син – волосы взъерошены, футболка наизнанку.
– Тори! Ты цела? – обогнув Линдона, она подбежала ко мне и схватила за руку. – Ты почему такая холодная?
– Меня заперли в холодильнике.
– Что?!
– Что происходит? – спросил Линдон, потирая щетину на своей обычно гладко выбритой голове. – Феликс написал только, что Лиам в критическом состоянии, Аарон неизвестно где, и чтобы все тащили свои задницы сюда.
– Феликс все объяснит, – ответил Эзра. – Он уже едет.
Линдон кивнул на боевое снаряжение Эзры: Двойная Молния лежала на столе позади нас.
– Как прошла охота на отступников?
– Лучше, чем рассчитывали. Они нас совсем не ждали, из-за чего все остальное выглядит еще более странно.
Впятером мы молча ждали, минута текла за минутой. Стали подходить другие члены гильдии – по одному, по двое, по трое. Мелькали знакомые лица: Гвен, Рэмси и Тай из команды Кая, Эндрю, Кэмерон и Сьерра из команды уничтожителей вампирского гнезда, колдунья Сильвия – любительница «Манхэттена», Райли – кудрявый друг-алхимик Син, та ведьма, что увлекалась йогой, и ее парень. Молчаливо подтягивались и другие, те, кого я не видела со дня моей первой смены. Я подумала, не следует ли мне предложить им чего-нибудь выпить, но не стала отходить от Эзры.
Атмосфера была напряженной, тишина гнетущей. Кто-то спрашивал, что случилось, но Эзра всем отвечал одно и то же: «Феликс объяснит».
Наконец задняя дверь хлопнула, и мгновение спустя Феликс вышел из кухни, а за ним по пятам Кай – все в том же черном боевом облачении, как всегда безупречный, словно не он только что гонялся несколько часов за отступниками. Феликс занял место перед стойкой, лицом к собравшимся магам. Кай обошел наш столик и встал по другую сторону от меня.
– Перейду сразу к делу. – Феликс бросил быстрый взгляд на меня и заговорил снова: – Гильдия отступников, так называемая банда Ист-Гастингса, уже две недели преследовала Аарона. Сегодня, когда Кай собрал команду и повел в бой против них, сюда нагрянула другая группа. В бою Лиам был тяжело ранен, Аарона схватили.
– Эта группа тоже входит в гильдию отступников? – спросила Зора.
– Нельзя сказать наверняка. – Челюсти у Феликса сжалась. – От отступников мы узнали, что их наняли для похищения Аарона. Сегодня же мы выяснили, что Том Ньюбург, наш яснослышащий, передавал сведения либо отступникам, либо неизвестной группе… либо тем и другим.
Раздались удивленные возгласы:
– Том? Это точно?
– Без всякого сомнения, – ответил Феликс, повышая голос, чтобы перекрыть изумленный ропот. – Наша главная задача – выяснить, что это за группа и что им нужно от Аарона. Мне не удалось связаться с Дариусом, но я отправил ему подробное сообщение. То же касается Жирара – он в Сиэтле. Пока что мы можем рассчитывать только на себя.
Я пересчитала собравшихся магов. Двадцать шесть. Чуть больше половины гильдии.
– Что мы знаем о группе, которая сегодня захватила Аарона? – спросил Линдон.
Феликс, Эзра и Кай посмотрели на меня.
Я нервно откашлялась.
– Трое вошли через черный ход. Одним из них был Том. Он с издевкой сказал, что я правильно догадалась – это он подслушивал разговоры и передавал гильдии отступников, чтобы они могли подкараулить Аарона, когда он не сможет себя защитить, но…
– Когда это было, чтобы Аарон не мог себя защитить? – перебила Сьерра. Судя по ее тону, она была убеждена, что только круглая идиотка способна считать Аарона уязвимым перед лицом опасности.
– Когда нас с Эзрой нет рядом, – коротко ответил Кай.
– Я думаю, Том сливал информацию той, другой группе, а они уже передавали отступникам. – Я нервно намотала на палец подол футболки. – Один из тех двоих был телекинетиком, а другая умеет… подчинять себе людей.
– Менталистка, – пояснил Эзра. – Очень сильная. Действует через прикосновение. Она заставила Аарона уйти с ними.
– То есть вместе с Томом набирается уже три псионика, – отметила Зора. – Нам известны гильдии отступников, состоящие в основном из псиоников?
– Парочка приходит на ум, – мрачно отозвался Эндрю. – Но не понимаю, зачем им связываться с Аароном. Никаких причин…
– Месть. – Холодный голос Тавифы послышался раньше, чем она сама вышла из кухни. Она возникла в дверях за стойкой: волосы идеально уложены, в лице невозмутимость снежной королевы.
– Что? – с досадой проворчала Зора. – Кому нужно мстить Аарону? За что?
– Не столько самому Аарону, сколько «Ворону и молоту». – Тавифа остановилась рядом с Феликсом и протянула ему свой телефон. На экране загорелся зеленый значок вызова. – Говори, Дариус.
– Всем добрый вечер. – Низкий, смутно знакомый голос главы гильдии эхом донесся из динамика телефона. – Спасибо, что собрались так быстро.
Круглые от удивления глаза Феликса метнулись от телефона к Тавифе и обратно.
– Мне позвонили несколько минут назад, – продолжал Дариус. – Звонивший потребовал, чтобы я явился через два часа по указанному адресу. Если я не приду или приду не один, он убьет Аарона.
От ужаса у меня закружилась голова, и я ухватилась за стол, чтобы не упасть.
– К сожалению, он не дал мне возможности сообщить, что я нахожусь за три тысячи миль отсюда. Я не в силах удовлетворить его требования, поэтому необходимо найти другое решение.
– Кто они, черт возьми? – вскричала Син, стискивая кулаки, и впилась взглядом в телефон.
– Спасибо, Син. Я как раз намеревался перейти к этому вопросу, – сухо ответил Дариус. – Полгода назад я поручил Жирару, Тавифе и Алистеру расследовать деятельность одной из местных гильдий – «Кирк, Коннер и Касид».
Название гильдии показалось мне смутно знакомым.
– Выдают себя за юридическую фирму, принимают исключительно псиоников. Гильдия считается легальной, однако их деятельность за закрытыми дверями весьма неблаговидна. Короче, это гильдия хищников, мошенников и аферистов. За последние полгода Жирар, Тавифа и Алистер проделали огромную работу и выявили множество незаконных операций их членов. Магипол принял меры, объявил всех разоблаченных вне закона и наложил на гильдию разорительные штрафы. Еще хоть одно обвинение, и гильдию могут распустить.
Дариус помолчал, словно собираясь с мыслями.
– Я поручил эту задачу самым опытным нашим офицерам и самому сильному магу, и причина тому – угроза, которую представляет ККК. Мне не хотелось, привлекать к этой работе других членов гильдии. Псиоников часто недооценивают, и в ККК есть несколько опасных личностей. Тавифа?
Та вздернула подбородок.
– Четыре недели назад мы с Алистером выследили одного из самых многообещающих новобранцев ККК – эмпата, наделенного пугающей способностью влиять на эмоции окружающих. Сейчас он находится под стражей в Магипол. После его ареста деятельность гильдии ушла в тень.
Взгляд темных глаз Тавифы упал на меня.
– Как только я услышала о том, что произошло сегодня вечером, мне стало ясно, кто за этим стоит. Мы схватили одаренного и многообещающего молодого мага из ККК, а теперь они, в свою очередь, схватили самого одаренного из наших молодых магов. Но на этом они не остановятся. Аарон – протеже Дариуса, и они используют его как приманку, чтобы выманить Дариуса.
– То есть им недостаточно убить Аарона, – прорычал Линдон. – Они хотят убить еще и Дариуса.
– Думаю, именно такова их цель, – проговорил Дариус – спокойным, чуть более серьезным тоном. – Но они не получат ни того, ни другого. И горько пожалеют о каждом своем шаге на пути к задуманной мести.
Тихая дрожь пробежала среди собравшихся магов. Я чувствовала, как в воздухе концентрируется ярость.
– У Тавифы записан адрес, который дал мне звонивший, но, весьма вероятно, это ловушка. Скорее всего, они держат Аарона в другом месте. У ККК два офиса: один зарегистрирован, другой нет. – Его тон изменился, стал более деловитым. – Тавифа, в наше с Жираром отсутствие ты остаешься за главную. Жизнь Аарона в твоих руках.
– Я верну его домой целым и невредимым, – пообещала Тавифа.
– Хорошо. Буду ждать от тебя вестей.
Телефон щелкнул и стих. Тавифа сунула его в карман.
– Времени терять нельзя. Тай, свяжись со всеми нашими псиониками, которые еще не пришли. Пошли кого-нибудь к ним домой, если не сможешь дозвониться. Феликс и Кай, найдите всю информацию, какую сможете, по трем адресам, которые у нас есть. Я их вам уже отправила сообщением. Один офис в центре, один в Вест-Энде, и еще верфь, куда велели прийти Дариусу. Нужно тщательно координировать все наши передвижения.
Феликс и Кай стали поспешно подниматься на второй этаж.
– Эндрю и Зора, – продолжала Тавифа, – разделите всех магов-бойцов на три команды. Син, возьми на себя целителей. Эзра, распечатай досье на всех известных членов ККК, по шесть копий на каждого.
Быстро пожав мне руку, Эзра тоже поспешил наверх. Син исчезла внизу – ей нужно было тихое место, откуда можно звонить, а Зора увела всех остальных магов в дальний конец зала. В пабе поднялась деловитая суета, и я нервно сцепила пальцы.
Никого не пугала опасность. Никто не спорил и не жаловался, получив задание. Движения были решительные, лица горели гневом. Все они пришли сюда, чтобы помочь Аарону, все готовы были без колебаний выступить против гильдии, которую Дариус считал настолько опасной, что не хотел привлекать рядовых магов.
Тавифа обернулась ко мне.
– Что происходило сегодня, когда схватили Аарона? Мне нужно знать все в подробностях.
Запинаясь, я описала происшествие, стараясь вспомнить все дословно. Выслушав до конца, Тавифа кивнула.
– Отлично, – пробормотала она. – Теперь можете идти.
– Идти?..
– Сейчас ваш дом – самое безопасное место для вас. – Я начала возражать, но тут же умолкла под ее холодным взглядом. – Вы для нас обуза, и я больше никому не позволю рисковать жизнью, чтобы защитить вас.
Внутри у меня все похолодело – хуже, чем в те часы, когда я сидела в холодильнике.
– Можете считать, что ваша работа у нас закончена, – безжалостно добавила она. – Вы вели себя храбро, но допускать вас сюда было ошибкой. Кроме того, не хочу, чтобы вас ранили или убили во время моего дежурства.
Я в отчаянии оглянулась, но Кай и Эзра были наверху, а Син в подвале. Конечно, не случайно. Никого, кто мог бы встать на мою защиту, рядом не было.
Тавифа заметила мой взгляд.
– Вы же не хотите отвлекать их от дела в такой момент? Идите домой, мисс Доусон. Вам здесь не место.
Горло сжалось так, что стало больно глотать. Она права. Я здесь чужая. Даже если бы я и хотела с этим поспорить, сейчас не до того. Не могла же я и правда отвлекать Кая и Эзру от спасения Аарона, которому оставалось жить меньше двух часов. Я передала Тавифе информацию о тех, кто напал на нас, больше от меня никакой пользы не было. Лучшее, что я могла сделать, – не путаться под ногами.
Я заставила себя разжать кулаки, кивнула и отошла. Никто не заметил, как я обогнула стойку и прошла на кухню. Дверь захлопнулась за мной в последний раз.
Изо всех сил стараясь не смотреть на брызги крови на полу, я забрала из кабинета сумочку, взяла ярко-розовый зонтик – подарок Аарона – и крепко стиснула его в руках. Слезы щипали глаза. Решительно сморгнув их, я вышла через заднюю дверь. Черный фургон косо стоял у самого входа, а на маленькую парковку набилось еще с полдюжины машин, включая красный спортивный автомобиль Аарона в самом углу.
Прохладный ночной ветерок овевал меня, когда я вышла на тротуар и побрела прочь от «Ворона и Молота» – с тяжелым сердцем и колющей болью в легких. Перед глазами стояло лицо Аарона, лишившееся всякого выражения, когда менталистка подчинила себе его волю. Через два часа его убьют, чтобы отомстить Дариусу.
Я почти не видела ни темной дороги, ни заколоченных окон, ни стен, разрисованных граффити. В другое время мне было бы не по себе на этих улицах, но сейчас ничто не имело значения. Я могла думать только об Аароне. Заметили ли Эзра и Кай мой уход? Даже если заметили, сегодня им не до меня. Жизнь Аарона в опасности, счет идет на минуты.
Мои плечи были понуро опущены, я еле передвигала ноги. Все мои мысли и страхи крутились вокруг Аарона, но под ними, в глубине души, таилась еще одна боль. Вот я и лишилась очередной работы. Снова уволена. Конечно, я с самого начала знала, что эта работа временная, и все же до сих пор еще ни одно увольнение не ранило меня так сильно.
Стараясь поменьше думать об этом, я прибавила шагу. Мысли перескакивали с одного предмета на другой с молниеносной скоростью: я думала о том, где сейчас Аарон, как маги из «Ворона и молота» собираются отбить его живым, сколько времени уйдет у них, чтобы подготовить удар в трех местах одновременно. Как…
Я запнулась о несуществующую трещину на тротуаре. В трех местах…
Остановившись под мерцающим уличным фонарем, я сорвала с плеча сумочку и начала в ней рыться. Темные очки выпали на тротуар, одно стекло разбилось.
– Да где же… – свистящим шепотом пробормотала я.
Я сунула руку под ворох чеков и наконец достала мятую газетную страницу. На ней было три объявления о вакансиях. Одна – на место бармена. Другая – на должность кассира в банке. И третья – на должность администратора в юридической фирме «Кирк, Коннер и Касид».
Название гильдии псиоников сразу показалось мне знакомым. Теперь ясно откуда.
Я повернула страницу к свету фонаря и прочитала адрес. Кларк Драйв. Это к востоку отсюда, а те офисы в центре города и в Вест-Энде, о которых упоминала Тавифа, – совсем в другой стороне. Значит, это другой адрес. Третий офис! И, если я правильно помню, в северной части Кларк Драйв находится гигантский причал, где стоят на погрузке и выгрузке океанские корабли. Может, это и есть та верфь, куда должен прийти Дариус?
Темные буквы смотрели на меня с газетной страницы. Третий офис ККК, почти у самой верфи. Место, о котором не знают ни Дариус, ни Тавифа.
Я выхватила телефон и уже собиралась набрать номер Кая, но вдруг остановилась. Что, если они уже проверили этот адрес и он оказался пустышкой? Или еще хуже – что, если они о ним не знают и теперь им придется отправить кого-то для проверки, когда сил и так не хватает? А если Аарон погибнет, потому что команда отправится по фальшивому адресу из клочка газеты, который я когда-то подобрала на улице?
И все же был шанс, хоть и маленький, что адрес настоящий. Вряд ли секретный, иначе они не разместили бы его под открытым объявлением о вакансии, но, может быть, это какой-то новый офис – такой новый, что еще не зарегистрирован в базе данных Магипола.
Решительно развернувшись, я зашагала не к дому, а в противоположную сторону. Если я ничем другим не могу помочь в спасении Аарона, так хоть тут принесу какую-то пользу. Проверю этот адрес и тогда буду знать, стоит ли предупредить о нем Кая.
Ни к чему отвлекать их от дела. Проведу небольшое расследование сама, на рожон лезть не стану – я же не дура, понимаю, что с магами мне не справиться, – а потом либо вызову такси и поеду домой, либо позвоню Каю и расскажу о том, что удалось выяснить.
Я не могу спасти Аарона, но если могу сделать хоть что-то, я это сделаю – пусть ради этого придется в одиночку совать нос в дела опасной гильдии, с которой даже другие маги опасаются связываться.

Глава 20

Я сжалась в густой тени под угрожающе нависшим прямо над головой бетонным потолком. Надо мной тянулся невысокий мостик, пересекающий широкий ряд железнодорожных путей.
Я добиралась сюда почти двадцать минут, и, если бы все мысли не были заняты страхом за жизнь Аарона, всерьез опасалась бы за свою собственную. Разгуливать среди ночи по трущобам торговой зоны – не самый умный поступок. Я находилась в самом дальнем конце Даунтаун-Истсайда, в тридцати кварталах на восток от оживленного центра города.
Я бросила косой взгляд через дорогу, на старое двухэтажное здание – именно его адрес был указан в моем газетном обрывке. К северу от него подъездную дорожку преграждал сетчатый забор, а рядом вдоль причала тянулись железнодорожные пути. Мост, под которым я стояла, вел к судостроительной верфи. Если это та самая верфь, о которой говорила Тавифа, значит, я уже в двух шагах от места предполагаемого обмена заложниками.
Я оглядела когда-то белое, а теперь тускло-желтое, обшарпанное офисное здание, и меня затошнило. Одна безобразная стена была закрыта строительными лесами, часть обшивки содрана. На первом этаже окна были новые, с ярлычками и наклейками на сверкающих чистотой стеклах, а на втором – квадратные проемы, затянутые толстой пластиковой пленкой.
Сквозь пленку пробивался свет. Это было единственное здание во всем квартале, в котором можно было разглядеть признаки жизни.
Я вздрогнула: по мосту проехал одинокий трактор с прицепом, грохоча по бетону у меня над головой. Я отползла подальше в тень, достала телефон – узнать, который час (сорок пять минут до истечения двухчасового срока), и увидела на экране мигающие сообщения от Кая и Эзры. Мой палец нерешительно завис над ними.
Если сейчас позвонить Каю или Эзре, они, конечно, постараются включить новый пункт в свои планы. Но как это скажется на их стратегии? Хватит ли у них людей, чтобы успеть проверить еще одно здание? Если окажется, что я ошибаюсь – что ККК еще не перебралась в это здание, что Аарона там нет, что свет зажгли какие-нибудь сквоттеры или еще кто-нибудь, – Аарон может погибнуть из-за моего вмешательства. Нельзя так рисковать. Сама все разузнаю.
Сунув телефон обратно в карман, я внимательнее присмотрелась к дому. Тяжелые металлические ворота наглухо перекрывали главный вход. Будь я магом, может, и сумела бы их открыть, но я всего лишь человек, не владеющий никакой магией. В голове мелькнула мысль о строительных лесах, но в той стене, у которой они стояли, не было ни одного окна. Не годится.
Выскользнув из укрытия, я перебежала улицу, чтобы осмотреть дом с другой стороны. За углом вплотную к офисному зданию прилепился одноэтажный сварочный цех. Напротив него, за сетчатыми воротами, был маленький замусоренный дворик.
Я поглядела на кучу лома, сваленную у стены, и шагнула к забору. Пришло время для старого доброго проникновения со взломом.
Перекинув сумочку через плечо (пожалуй, имеет смысл потратиться на поясную сумку), я перелезла через сетчатые ворота и спрыгнула на другую сторону. Стараясь держаться в тени, забралась на ржавую металлическую бочку, с нее – на груду полусгнивших досок, а затем по прочной трубе подобралась к самому краю крыши и ухватилась за него.
Я подтянулась на руках и тихонько застонала. Надо больше тренироваться. Отжиматься от пола. Бицепсы – это же сексуально, правда?
Забравшись на крышу, я подбежала по ней к стене офисного здания. Четыре окна, затянутых пластиковой пленкой, и свет в них не горел. Я достала из сумочки ключи, проковыряла одним из них дырку в пластике, продрала длинную щель. Раздвинув ее пошире, заглянула в темную комнату. Вот и все – пара пустяков. Оказывается, я очень ловко умею влезать в чужие дома, как будто всю жизнь этим занималась.
Я бесшумно пробралась внутрь, подошвы скользнули по чему-то мягкому. Слабый свет просачивался сквозь полуоткрытую дверь, освещая застеленный пластиковой пленкой ковер. В пустой комнате пахло штукатуркой и свежей краской.
Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, осторожно выглянула из приоткрытой двери и увидела короткий коридор, застеленный практичным бежевым ковролином. Откуда-то издали доносились тихие голоса.
Я достала телефон, проверила, выключен ли звук, и стала красться по коридору, с каждым шагом обмирая от страха. Это был не первый мой опыт незаконного проникновения, но хулиганские выходки времен мятежной юности остались далеко позади. К тому же тогда я, кажется, так не нервничала – сейчас бы мне хоть немного той подростковой самонадеянности! Я присела у последней двери в самом конце коридора и заглянула в комнату.
Увидев, что там, я поспешно отшатнулась, дрожа.
Хорошая новость: я нашла Аарона.
Плохие новости: все остальные.
Это был довольно большой кабинет с двумя рядами кабинок – новеньких, еще обтянутых пластиковой пленкой, – и открытым пространством в центре. Там стоял складной металлический стул, и на нем сидел Аарон – со связанными за спиной руками, с повязкой на глазах, с заклеенным скотчем ртом и запекшейся кровью на лице. Рядом стояла менталистка, держа ладонь на его затылке.
Здесь же было еще несколько человек – пожалуй, около дюжины. Наверняка псионики. Наверняка отморозки. По крайней мере, три отморозка точно – менталистка, телекинетик и Том. У Тома руки и шея были перевязаны бинтами.
Дрожащими руками я снова вытащила телефон. Почему, ну почему я не позвонила Каю раньше? А теперь оставалось всего тридцать пять минут до того, как Дариус должен появиться на верфи.
Я отошла подальше по коридору и открыла мессенджер. Мельком глянув на последние сообщения от Кая – с вопросами, где я, и обещаниями позвонить, когда Аарон будет в безопасности, – я набрала и отправила ему и Эзре одно и то же сообщение: адрес офиса и три слова.
«Я нашла Аарона».
Затаив дыхание, я ждала. Увидит ли Кай сообщение или он уже на пути к одному из трех пунктов назначения? Прошло двадцать секунд, тридцать, минута… Ответа не было. Мой палец завис над кнопкой вызова. Том здесь. Если я позвоню Каю, яснослышащий услышит даже самый тихий разговор.
– Ригель! – раздался мужской голос из комнаты.
Я вздрогнула, сунула телефон в сумочку и на цыпочках двинулась навстречу голосам.
– Иван только что прислал сообщение.
Команда «Ворона и молота» приближается к нашему офису на Кипресс.
Я заглянула в щелку. Мужчина поднялся с кожаного офисного кресла и поправил сшитый на заказ пиджак. Его черные волосы были зачесаны назад – такая прическа подчеркивала твердые черты его лица и глубокие складки вокруг рта.
– Значит, пора, – пробормотал он с сильным британским акцентом.
Он встал напротив Аарона, неподвижного и такого безучастного, что становилось жутко. Менталистка по-прежнему держала руку у него на голове, контролируя его сознание. Мне было не видно, что делает Ригель. Внезапно тишину разорвал телефонный звонок по громкой связи. Псионики сидели неподвижно и ждали.
Линия ожила.
– Ты намерен вернуть моего пиромага? – зазвучал из телефона спокойный низкий голос Дариус.
– Дариус, – отозвался Ригель, будто не слыша вопроса. – Я разочарован.
– Взаимно, Ригель.
– Этикет гильдий прост. Мы не вмешиваемся в дела друг друга. Разве это не твой любимый девиз? «Не бей первым». – В голосе Ригеля слышалась издевка. – Ты нарушил свой собственный принцип, друг мой. Ты ударил первым, а теперь я даю сдачи.
– Я мог бы напомнить тебе о твоих правилах, которых ты когда-то придерживался, – холодно ответил Дариус. – Но, полагаю, те времена, когда нас с тобой объединяли общие идеалы, давно прошли.
Ригель рассмеялся.
– Вот из-за этих-то идеалов, с которыми ты до сих пор носишься, ты никогда и не сможешь потеснить меня в иерархии – ни в мифической, ни в житейской.
– Возможно, мы с тобой по-разному оцениваем твою позицию в этой иерархии.
– Власть в этом городе принадлежит клиентам моей фирмы. А ты решил влезть в наши дела. В мои дела. – Голос Ригеля стал тихим и опасным. – А ведь должен бы понимать, что против моей гильдии у тебя нет никаких шансов. Никакой дар не убережет, если псионик способен влиять на людей, которые им владеют. Достаточно взглянуть на твоего многообещающего юного пиромага – он уже превратился в марионетку.
– Ригель… – начал Дариус, и в первый раз за все время в его голосе зазвучало эхо гнева.
– Может быть, когда он умрет у тебя на глазах, ты поймешь наконец, как самонадеянно и глупо было нападать на меня. Ты ведь видишь нас, Дариус?
Ригель подошел к Аарону, беспомощно сидящему на стуле, и я поняла: это не просто громкая связь, это видеозвонок. О боже! Я должна что-то сделать! Но что? У меня даже оружия нет. Только розовый зонтик и…
– Ты совершаешь ошибку. – Голос Дариуса прозвучал из динамика отдаленным раскатом грома. – Ты уже преступил не одну черту, но эту я тебе переходить не советую.
Направив камеру телефона на Аарона, Ригель сунул руку в карман пиджака и вытащил из потайной кобуры черный пистолет – на этот раз точно не пейнтбольный.
Ригель направил ствол Аарону в голову.
Я лихорадочно рылась в сумочке, все ее содержимое разлетелось по полу. Карта, дама пик, упала на ковер у моих ног. Ее заклинанием можно отразить магию, но не пули.
– Ты сам начал эту войну, Дариус. – Ригель сделал менталистке знак отойти, и она слегка отодвинулась в сторону, но все еще держала руку на плече Аарона. – А теперь ты в трех тысячах миль и не можешь никого спасти.
Я резко вскинула голову. Так Ригель знает, что Дариус сейчас на Восточном побережье? Выходит, он с самого начала не собирался оставлять Аарона в живых. Два часа нужны были ему только для того, чтобы помучить Дария и гильдию. Это был фарс, чтобы сделать месть еще более жестокой.
Я сжала в одной руке карту, в другой зонтик и приготовилась.
– Если ты убьешь его, – прорычал Дарий с яростью, прорывавшейся сквозь его обычное спокойствие, – я заставлю тебя узнать, что такое страх перед сильнейшим.
Ригель пропустил угрозу мимо ушей.
– Хочешь что-нибудь сказать напоследок своему протеже? Он не может ответить, но все слышит.
– Ригель…
– Нет? Ну что ж.
Ригель передал телефон ближайшему псионику, и тот отступил, чтобы Дариус мог видеть Аарона и его палача. Ригель прицелился Аарону между глаз, скрытых повязкой.
– Ригель! – взревел Дариус.
Я ворвалась в комнату, полную псиоников.
Пролетев мимо магов, стоявших на страже у двери, я взмахнула зонтиком и ударила Ригеля по запястью. Он выронил пистолет, и я ткнула ему в лицо ручкой зонтика. Он зашатался, я метнулась вперед, выставив зонтик перед собой, как боевое копье, и всадила металлический наконечник в грудь менталистки. Она отлетела назад, и ее рука соскользнула с плеча Аарона.
– Аарон! – закричала я. – Зажги огонь!
Я опасалась, что он будет медлить, боясь обжечь меня, но нет. Пламя рванулось из его рук и понеслось вперед гудящим вихрем.
Японский бог! Когда Аарон говорил, что может поджечь комнату, я не думала, что для него это так просто. Я отскочила к кабинкам и, когда огненная стена стала надвигаться на меня, направила на нее даму пик.
– Ori repercutio!
Воздух пошел волнами, и пламя развернулось в противоположную сторону. Аарон вскочил со стула – огонь прошел сквозь него, не причинив вреда, и побежал вперед, на вопящих псиоников. Перегоревшая повязка упала с его глаз, футболка была вся в дырах от искр. Половина комнаты была охвачена огнем, Ригель исчез. Псионики разбегались кто куда – но не все.
Знакомая фигура шагнула к нам сквозь пламя. Тот самый телекинетик, который чуть не убил Лиама, метнул два кинжала, и они полетели в Аарона.
Аарон схватил металлический стул и отбил один кинжал. Другой чиркнул его по руке, и кровь зашипела от жара пламени. Пока телекинетик размахивал руками, пытаясь вернуть себе контроль над оружием, я выскочила из своего укрытия под столом, схватила новую компьютерную клавиатуру и швырнула ее в противника.
Одним щелчком пальцев он остановил клавиатуру в полете, но это помешало ему сосредоточиться, и ножи попадали на пол. Аарон бросился на него. Кругом бушевало пламя. Телекинетик упал с пронзительным воплем.
Краем глаза я заметила какое-то движение сбоку. Менталистка с искаженным не то от боли, не то от ярости лицом протягивала ко мне ладонь.
– Ну уж нет! – крикнула я, хватая со стола первое, что попалось под руку.
Менталистка вытаращила глаза и отскочила. Но недостаточно быстро. Я с размаху врезала ей по голове новеньким блестящим компьютерным монитором, и она рухнула, как камень. Второй раз ей не удастся использовать меня как заложницу!
Еще один псионик выскочил из клубов дыма и повалил меня на стол. Стена кабинки треснула, и стол тоже обрушился на пол. Руки псионика сомкнулись у меня на горле, в ушах оглушительно заревело, перед глазами вспыхнул свет. Крики ужаса, отвратительный вой, брызги алой крови, широко раскрытые глаза людей, горящие красным огнем глаза чудовищ, злобное рычание…
Вдруг руки, сдавливавшие мою шею, исчезли, кошмарные видения и звуки тут же прекратились. Я закашлялась от дыма, Аарон оттащил от меня мага и швырнул его в горящую кабинку.
Я схватилась за протянутую руку Аарона, и он помог мне подняться. Футболку на нем огонь слизал полностью, но штаны только обуглились. Адское пламя бушевало, от горящих стен валили клубы дыма. Слезящимися глазами я искала следующего противника – но те, кто был глупее, уже валялись на полу, а умные успели удрать.
– Сюда, – прохрипела я сквозь кашель. В горле жгло, дым сгущался. – Можно уйти через окно.
Вместе с Аароном, бегущим за мной по пятам, я выскочила в коридор, подхватила с пола сумочку. Пытаясь на ходу перебросить ремешок через плечо, влетела в дверь еще не отремонтированного кабинета.
И едва не наткнулась на пистолет, нацеленный мне прямо в грудь.

Глава 21

Том, в обгоревших бинтах, с пылающими ненавистью глазами, сжимал в руке пистолет так, что костяшки побелели.
– М-м… – едва слышно произнесла я, глядя на ствол у самого сердца. От стоящего за спиной Аарона повеяло жаром. – Привет, Том.
– Не двигайся, Аарон! – прорычал Том. – Только шевельнись, и я застрелю обоих!
Я застыла. Даже дышать перестала.
– Дрянь! – с горечью процедил Том. – Ты хоть представляешь себе, какого уровня эта гильдия? Чего стоит получить шанс попасть в нее? Это был бы мой звездный час!
Я попыталась отклониться подальше от пистолета, но Том шагнул вперед, придвинув его почти вплотную.
– Тори… – произнес Аарон. Голос у него был спокойный. Слишком спокойный, учитывая, что мои внутренности в любой момент могли украсить собой белые стены.
– Заткнись! – рявкнул Том, водя пистолетом из стороны в сторону, словно не был точно уверен, где у меня сердце – слева или в центре. Я ждала, что вот-вот вся жизнь промелькнет перед глазами, но не чувствовала ничего, кроме ужаса.
Аарон рванулся к Тому, и псионик выстрелил.
Пистолет безобидно щелкнул, Аарон вырвал его из руки Тома. Я отскочила с дороги, Аарон бросил пистолет и схватил Тома за забинтованную шею.
– Огнестрельное оружие на то и огнестрельное, – проговорил пиромаг легкомысленным тоном, в котором, однако, слышалось рычание, – что для стрельбы ему требуется огонь.
Том глядел на него вытаращенными глазами, с перекошенным от страха лицом. Легким движением мускулистой руки Аарон впечатал Тома в стену. Яснослышащий сполз на пол.
Я кое-как пришла в себя. Глаза щипало, из них текли слезы. Слишком много дыма в них попало. Кожа Аарона перестала пылать, и он потянул меня к открытому окну. Я выбралась на крышу и с наслаждением вдохнула полные легкие чистого воздуха.
– Ты что, можешь задержать выстрел? – недоверчиво спросила я.
– На близком расстоянии, если напрячься и сконцентрироваться. – Аарон потащил меня по крыше – не к той груде хлама, по которой я сюда забралась, а к другому краю, со стороны улицы. – Обычно на это рассчитывать не приходится.
Оставив меня на краю крыши, он спрыгнул, легко приземлился, выпрямился и протянул мне руки – по одной еще текла кровь из ножевой раны. Я села на край и оттолкнулась. Аарон поймал меня, поставил на ноги и со всех ног бросился к подъездной дорожке.
Я не удивлялась, что он так спешит, и сама тоже не хотела терять время. Опасность еще не миновала. Больше половины псиоников успели удрать из горящей комнаты и могли сейчас быть где угодно.
Когда мы мчались к мосту, я оглянулась на окна второго этажа, в которых плясали языки пламени, и тут в тишине грохнул выстрел. Аарон вздрогнул от этого звука, но не остановился, запрыгнул на мостик и втащил меня за собой.
Из дверей здания сплошным потоком хлынули маги – больше, чем их было в кабинете на втором этаже. Я похолодела, сообразив, что остальные члены гильдии, должно быть, ждали внизу. И теперь они пустились за нами в погоню.
Пока мы с Аароном бежали по мосту, прогремело еще несколько выстрелов. Откуда у них столько огнестрельного оружия? Они же маги! Где их чертова магия? Я бы предпочла пулям огненные шары и ледяные осколки!
Легкие горели, горло жгло от дыма. Вцепившись в руку Аарона, я добежала до середины моста, под которым тянулись железнодорожные пути. Впереди показались темные приземистые строения – верфь.
Снова стрельба, вспышки – маги уже гнались за нами по мосту.
Я споткнулась и упала, ободрав ладони и колени об асфальт, сумочка отлетела в сторону. Аарон схватил меня за талию и поднял на ноги, но левая нога подгибалась, я не могла стоять. Прижав меня к себе одной рукой, Аарон отвел другую назад и выбросил за нами стену пламени.
Вскочив на перила моста, он втащил меня следом и прыгнул. В десяти футах под нами стояли огромные грузовые контейнеры, футов в пять высотой. Мы приземлились на них, металл загудел от удара, нога у меня подвернулась.
– Держись, Тори, – выдохнул Аарон, вновь поднимая меня на ноги.
Ухватившись за его плечо, я взглянула на свое дурацкое колено, которое отказывалось слушаться, и увидела, что по ноге стекает блестящая струйка. Кровь! Вот черт! Меня что, подстрелили?
Аарон вновь бросился бежать. Теперь ему приходилось почти тащить меня. Контейнер загрохотал – маги прыгали вниз один за другим, и Аарон снова метнул в их сторону огонь, кажется, рассчитывая не столько задержать врагов, сколько ослепить. Мы пробежали вдоль двух контейнеров и спрыгнули на нижний ярус, но все равно до бетонной набережной под нами оставалось еще добрых сорок футов.
Нога снова подвернулась, и я рухнула на борт контейнера. Аарон выпустил в наших преследователей еще одну волну яркого пламени, но загореться здесь было нечему, а без топлива он не мог заставить огонь пылать бесконечно.
Я зажала ногу ладонью, под пальцами хлюпала кровь. Я не понимала, почему не чувствую боли. От избытка адреналина? Дрожа и шатаясь от головокружения, я окинула взглядом контейнеры и заметила вдалеке нижний ярус, на который можно было спуститься, как по ступеньке. Но бежать далеко, и все это время мы будем на виду у преследователей. Если у них еще остались пули…
– Тори! – Аарон рывком подтащил меня к краю контейнера. – Прыгай!
– Что? Нет! Мы можем добежать вон туда и…
Он толкнул меня к краю, и я уперлась, намертво вцепившись ногтями в его руки.
– Нет! – вопила я, пытаясь врасти в сталь: подо мной было сорок футов пустоты и твердый бетон. – Пусти!
Аарон схватил меня одной рукой за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. По его лицу метались отблески огня.
– Тори, доверься мне.
Довериться? Нет, ни за что! Я никому не доверяю. Из этого еще ни разу ничего хорошего не вышло. Никто, кроме меня самой, меня не спасет.
В ночи прогремел выстрел. Аарон пошатнулся, кровь брызнула из его раненого плеча. Метнув в стрелявших струю огня, он крикнул:
– Прыгай!
Я оторвала от него руки, бросила на него перепуганный взгляд, развернулась и прыгнула.
С криком ужаса я полетела вниз. Ветер засвистел в ушах, а потом меня вдруг подхватил порыв невероятной силы. Падение замедлилось, и я опустилась не на бетон, а на что-то гораздо более мягкое.
Чьи-то руки сомкнулись вокруг меня, прижали к теплой груди.
Надо мной вспыхнул свет, и Аарон тоже прыгнул вниз со штабеля контейнеров. Когда его тень понеслась на нас, Эзра поднял руку. Ветер взметнулся вверх плотным восходящим потоком, Аарон приземлился мягко, но тут же совсем не грациозно растянулся на земле. Вскочил, тяжело дыша.
Не говоря ни слова, Эзра и Аарон бросились к лабиринту контейнеров. Я лежала у Эзры на руках, бессмысленно тараща глаза. Откуда он взялся? Откуда Аарон знал, что он ждет там и поймает нас?
Мы свернули за угол, и Аарон с Эзрой резко остановились.
Дорогу нам преградила целая шеренга псиоников – вся оставшаяся гильдия. Должно быть, они перебежали через мост и обошли верфь с другого конца, перерезав нам путь.
Ригель – с обожженным лицом, в крови и волдырях – стоял в центре, держа в руке сверкающий пистолет, а за спиной у него замер в ожидании еще один телекинетик с парящими кинжалами наготове. Еще двое псиоников направили пистолеты в нашу сторону.
– Думали, сумеете удрать? – усмехнулся Ригель. – У меня есть телестезики, которые выследят вас, куда бы вы ни убежали. Есть ясновидящие, которые увидят вас, где бы вы ни прятались. Есть яснослышащие, которые услышат вас, как бы тихо вы ни шептались. И телепаты, которые координируют все наши действия.
Аарон встал передо мной и Эзрой, заслоняя нас собой. От него веяло теплом, но пускать в ход огонь он не пытался. Псионики были слишком далеко – пока пламя дойдет до них, они нас застрелят.
Сзади послышался топот, Эзра обернулся. Маги, которые гнались за нами по транспортным контейнерам, вынырнули из темноты, перекрыв путь к отступлению. Эзра опустил меня на землю и поставил между собой и Аароном. Теперь они оба стояли спиной ко мне, заслоняя с двух сторон.
Приоткрыв рот в беззвучном хохоте, Ригель навел пистолет на Аарона.
– Мальчишка! Все это было бессмысленно с самого начала.
Все волоски на моем теле встали дыбом.
В темноте ослепительно сверкнула молния и ударила в пистолет Ригеля. Срикошетила от него, раздвоилась и попала в два других ствола. Все трое магов повалились на землю и забились в конвульсиях.
Фигура в черном выскочила из прохода между двумя контейнерами и бросилась к псионикам. По рукам Кая бежали электрические разряды, оба кулака ощетинились метательными ножами – он бросал их в псиоников на ходу, не сбавляя шага. Лезвия вонзались в незащищенную плоть – в ноги, в плечи, а следом молния, вырываясь из рук Кая, прицельно била по металлу – проводнику электричества.
Эзра, выхватив из-за спины шест, метнулся к другой группе псиоников. Порыв ветра швырнул им в лица пыль, и Эзра с сокрушительной силой ударил своим оружием первого мага, отбросив его на ближайший контейнер. Металл загрохотал громче выстрелов.
Кай врезался в большую группу противников. Движения его были быстрыми и решительными. Телекинетик метнул в него нож, но Кай бесшумно, с жутковатой грацией отскочил в сторону. Потом шагнул к телекинетику и нанес стремительный двойной удар ногой – как в фильме о боевых искусствах. Мягко приземлившись, он описал рукой в воздухе широкий полукруг и выпустил поток молний, целясь в металлические ножи. Электрические разряды снова ударили в псиоников, и половина из них, корчась, рухнула на землю.
Загремели выстрелы, но Кай был неуловим как тень – в него невозможно было попасть. Эзра повалил последнего своего противника, а затем кинулся к большой группе, на помощь Каю. Аэромаг взмахнул шестом по дуге, и плотный порыв ветра сбил с ног еще трех магов. Не выдержав объединенного натиска Кая и Эзры, псионики бросились наутек – в темный коридор между транспортными контейнерами.
Вспыхнул яркий свет.
Желтое сияние исходило от гигантского меча в руках миниатюрной девушки с короткими светлыми волосами. Зора стояла, крепко расставив ноги, упираясь острием клинка в асфальт, и ждала, когда псионики подойдут ближе. За ее спиной выстроились цепью еще шесть колдунов.
Псионики застыли. Кай и Эзра блокировали им путь к отступлению. Попавшие в ловушку маги сбились в кучу, а потом, понурив головы, подняли руки, признавая поражения.
– Но как же… – выдохнула я, с изумлением глядя на Зору и прижимаясь к Аарону. – Откуда… Как?..
– Не у одних псиоников есть телепат для координации между командами, – проговорил Аарон самодовольным, несмотря на усталость, голосом. – Брайс трещал у меня в голове без умолку с той минуты, как мы вбежали на мост.
Я уставилась на него во все глаза. Так вот откуда он узнал, что Эзра нас поджидает? Я еще не успела уложить все это у себя в голове, а Зора со своей командой уже двинулась к понуро стоящим псионикам. Кай прятал свои метательные ножи обратно в ножны.
– Нет! – раздался вдруг в тишине хриплый крик Ригеля. В еще дымящейся после удара молнии одежде он поднялся с земли, вскинул пистолет, который каким-то образом ухитрился не выронить, и навел ствол на Кая.
С непостижимой быстротой Эзра метнулся к Ригелю. Его шест распался надвое, в каждой руке осталось по половинке. Блеснули тусклым светом стальные лезвия длиной в фут.
И Эзра, тихий Эзра с мягким голосом и доброй улыбкой, вонзил оба лезвия Ригелю в спину.

Глава 22

Я подперла подбородок ладонью.
– Тебе точно не нужна помощь?
– Справлюсь, – рассеянно пробормотал Джастин. – Я уже… ах ты черт! Твою ж мать!
Джастин схватился за крышку кастрюли: кипящая вода побежала на плиту. Ругаясь, он переложил лапшу в шипящий вок, где уже тушилась курица с овощами. Вслепую потянулся за бутылкой соуса терияки, и я сунула ее ему в руку.
– Ну вот, – сказал Джастин, поливая смесь из бутылки. – Сейчас будет готово мое всемирно знаменитое жаркое терияки. Ты же его любишь, да?
Я помнила, что ела это жаркое и осталась не в восторге, однако уклончиво кивнула, только мысленно прочитала молитву за упокой бедных овощей, утопших в соусе. Мир вашему пересоленному праху, морковь и брокколи.
Отставив бутылку в сторону, Джастин весело встряхнул вок с его содержимым.
– Отлично. Я не готовил по этому рецепту с тех пор, как ты приехала.
– Это потому, что готовлю обычно я, – заметила я. – И ничего не имею против.
Его оживление угасло.
– Ты готовишь для меня, даже когда меня нет дома, оставляешь мне еду в холодильнике, убираешь кухню и наводишь идеальный порядок в квартире. – Его орехово-карие глаза, в точности похожие на мои, испытующе смотрели на меня. – И оплачиваешь половину аренды и коммунальных счетов, хотя спишь на диване.
Я поерзала на стуле, и боль тут же пронзила раненое колено. Правда, Джастин об этом не догадывался. Он положил жаркое в две тарелки и подал одну мне. Я потянулась за деревянными палочками, но Джастин перехватил их и не выпускал.
– Тори, – сказал он серьезно, – не беспокойся об аренде за этот месяц, ладно? Хоть раз позволь мне помочь тебе, пока не найдешь новую работу.
Я отвела взгляд и вздохнула:
– Ладно. Но только на месяц.
Он протянул мне палочки, и я воткнула их в жаркое. Как ни странно, оно оказалось не слишком острым, и овощи не разварились. Совсем неплохо.
– Не пойми меня неправильно, – добавил Джастин, стоя у стола с тарелкой в руке. – Но я искренне рад, что ты больше не работаешь в этом баре. От этой работы были одни неприятности.
Мои палочки с куском курицы замерли над тарелкой.
– Я скоро найду что-нибудь. Может, опять куда-нибудь барменом устроюсь.
Джастин медленно жевал.
– Значит, тебе нравилась эта работа?
Я пренебрежительно махнула рукой:
– Там все какие-то шизанутые. Невелика потеря.
– Мне очень жаль, Тори.
Прикусив губу, я пыталась разогнать унылую серую пелену, висевшую у меня в голове почти всю неделю.
Остаток той ночи, пять дней назад, после победы над гильдией псиоников, пролетел в бесконечных хлопотах. Прибыли еще маги из «Ворона и молота», чтобы забрать псиоников и оказать помощь раненым. Нас с Аароном сразу увезли в какой-то роскошный дом в шикарном районе, где я наконец познакомилась с таинственной целительницей Элизабетой.
К сожалению, я быстро отключилась и пропустила все интересное – очнулась уже с обработанной ногой, когда на месте раны был только кружок гладкой розовой кожи. Настоящее колдовство! Я так и не узнала, насколько серьезным было ранение. Осталось лишь легкое покалывание в мышцах, да и оно, как заверила меня Элизабета, должно было пройти самое большее через неделю.
А потом… потом жизнь вернулась в нормальное русло. Все стало как раньше – до «Ворона и молота». От Аарона, Эзры и Кая не было ни слуху ни духу, и даже Син словно забыла о моем существовании. Удивляло ли это меня? Да нет, не очень. В конце концов, я всего лишь человек. Без магического дара, а значит, никто. Какое им дело до меня теперь, когда меня выгнали с работы?
Нет, я не удивлялась… но все равно было больно. Очень больно.
Пока Джастин складывал грязную посуду в раковину, я сунула руку в задний карман и нащупала обтрепанный краешек карты. Дама пик. Единственное, что осталось на память о побеге от реальности в другую жизнь, которая так внезапно оборвалась.
Я хотела помочь Джастину убрать со стола, но он выставил меня из кухни, заявив, что, раз сегодня он угощает, то не позволит мне и пальцем пошевелить. Приняв душ, я взяла папку, приготовленную еще с утра, попрощалась и направилась к выходу.
Послеполуденное солнце ударило в глаза, когда я ступила на раскаленный тротуар. Сумочка – та самая, спасенная с поля боя и тщательно вычищенная, хотя все еще пахнущая дымом, – болталась на плече, а вот чего мне не хватало, так это тяжести розового зонтика, погибшего в огне.
Шагая по улице в шумной воскресной толпе, я с тяжелым сердцем раскрыла на ходу папку и взглянула на стопку своих резюме с убогим послужным списком. Работу в «Вороне и молоте» я не стала даже упоминать. Какой смысл? Я ведь там и трех недель не продержалась.
Сунув папку под мышку вместе с сумочкой, я ускорила шаг. Прежде чем оставлять заявки, нужно покончить еще с одним делом.
Единственной, кто все-таки вышел на связь после той ночи, была Клара. Вчера она прислала мне сообщение и попросила зайти. Больше ничего. Просто зайти. Вероятно, нужно подписать документы об увольнении или еще-что-нибудь в этом роде. И, кстати, забрать деньги за последние дни.
Чем ближе я подходила к штабу гильдии, тем медленнее становились мои шаги. Недавний обед подступил к горлу. Мне не хотелось туда идти. Хотелось просто забыть о том безумном магическом мире, в который я ненадолго заглянула. Войти и увидеть, что эта волшебная жизнь идет своим чередом без меня?.. На редкость паршивое ощущение.
Собрав все свое мужество, я двинулась дальше и шагала уже без колебаний, пока не оказалась перед дверью с нарисованным вороном на боевом молоте. Меня охватило отвращение, желание убежать – так всегда действовали чары на двери. Но я распахнула ее, вошла в полутемный паб, и вдруг меня ослепил яркий солнечный свет.
– Тори!
Я едва успела разглядеть синие локоны Син – в тот же миг она стиснула меня в объятиях. Наконец, выдавив из моих легких весь воздух, она отстранилась и рассмеялась, глядя на выражение моего лица. Ее волосы были взлохмачены.
– Я так рада, что ты пришла! – воскликнула она и взяла меня под руку. В пабе было довольно людно, и почти все лица были мне знакомы. Маги приветственно окликали нас из-за столиков, но Син потянула меня прямо к бару.
– Ну как твои дела? Как нога?
– Хорошо, – растерянно ответила я, кладя папку и сумочку на стойку. – М-м…
– Извини, что я тебе не звонила. – Син взобралась на стул. – Магипол устроил нам проверку. Всюду совали нос, все разнюхивали – записи, документы и так далее.
– Проверку? Но почему? Это же те псионики – похитители и убийцы, а не вы.
– Да, но у нас не лучшая репутация, и Магипол хотел убедиться, что это не мы спровоцировали ККК. – Син пожала плечами. – Все с лупой изучали. Вот Клара и заставила нас удалить из телефонов твои контакты и историю звонков, на случай, если Магипол вздумает проверять.
У меня округлились глаза. Так вот почему я всю неделю ни от кого не получала вестей? Я окинула взглядом паб, но Аарона, Кая и Эзры нигде не было видно.
– Лиам будет рад тебя видеть. Вчера он вернулся домой, уже совершенно здоров. – Син нерешительно улыбнулась. – Я рада, что ты вернулась, Тори.
Я не стала говорить, что вернулась совсем ненадолго.
– Так значит, в Магиполе обо мне не узнали?
– Нет, можешь не волноваться. О тебе все молчали, как рыбы. Если бы до этого докопались, и тебе, и гильдии не поздоровилось бы.
Почувствовав слабость в ногах, я опустилась на стул. За стойкой никого не было. Купер, должно быть, на кухне.
– Я до сих пор не могу во все это поверить. – Син улыбалась. – Ты опять спасла Аарону жизнь. Он в большом долгу перед тобой. Главное, не забывай почаще ему об этом напоминать.
Я открыла рот, не зная, стоит ли объяснять, почему напоминать мне не придется. И тут Клара выскочила из кухни – как обычно, в лихорадочной спешке.
– Тори! Ты здесь! – Она бросила на стойку стопку папок. – Идем со мной.
Я ожидала, что она поведет меня в маленький кабинет при кухне. Но она направилась к лестнице. Закусив губу, я двинулась за ней и, миновав рабочую зону на втором этаже, поднялась на третий. Как и в прошлый раз – единственный, когда я поднималась сюда, – мы подошли к столам трех офицеров, но за ними никого не было.
В задней стене была еще одна дверь, Клара постучала и распахнула ее. За ней оказался просторный кабинет с единственным столом и двумя большими книжными стеллажами вдоль стен. С одной стороны выстроились три стула, на которых сидели офицеры гильдии: Жирар со своей роскошной бородой, снежная королева Тавифа и блондин в очках – Феликс.
За столом сидел еще один человек, смутно знакомый – немолодой, с проблесками седины в волосах, с небольшой, тщательно ухоженной бородкой и выразительным лицом. Дариус, глава гильдии.
Он указал на стул перед собой:
– С возвращением, Тори. Присаживайтесь, пожалуйста.
Я несмело шагнула вперед и примостилась на краешек стула. Мой взгляд метался от одного лица к другому. Клара встала за правым плечом Дариуса. Кажется, надо готовиться к неприятностям? Уволить меня уже уволили, но, может быть, Дариус хочет передать меня в Магипол, чтобы мне назначили какое-то наказание?
Дариус сцепил пальцы и оперся на них подбородком, разглядывая меня с головы до пят. Хорошо, что я оделась прилично, а не в шорты, как всегда. Если уж отправляться в магическую тюрьму, так хотя бы при полном параде.
– Тори, – проговорил глава гильдии – медленно, словно тщательно подбирал слова. – Среди магов встречается очень много уникально одаренных и сильных личностей. Чтобы выделиться среди такого количества талантливейших магов, с которыми мы привыкли иметь дело ежедневно, нужны действительно редкие и исключительные способности.
Его серые глаза встретились с моими.
– Вы, Виктория Доусон, самая невероятная и замечательная девушка из всех, кого мне приходилось видеть за много лет, как среди магов, так и среди людей. Благодаря вашей смелости, решительности и умению доверять интуиции вы спасли жизнь Аарону, чего я сделать не смог. И он, и я, и вся гильдия в большом долгу перед вами.
Я сглотнула, стараясь не выдавать изумления. Это было совсем не то, что я ожидала услышать.
– Однако я должен сказать, – продолжал Дариус, и его голос стал жестким, – что вы подвергли свою жизнь серьезной опасности. Вы никому не сообщили о своем плане, действовали в одиночку, без всякой поддержки, и едва не погибли. Вы пренебрегли ценными навыками других членов гильдии и утаили важную информацию.
Приоткрыв рот, я съежилась на стуле, как первоклашка в кабинете директора.
– Мы не гильдия независимых одиночек. В «Вороне и молоте» мы действуем как одна команда, чтобы наши сильные стороны могли уравновешивать слабости товарищей. Жизнь каждого, включая вашу, одинаково ценна. – Он откинулся на спинку кресла. – При других обстоятельствах на этом собрании мы решали бы вопрос о дисциплинарном взыскании.
– В-взыскании? – заикаясь, переспросила я.
– Я не позволяю членам моей гильдии безрассудно подвергать опасности ни себя, ни других. Однако, – в его глазах блеснул веселый огонек, – поскольку вы не член гильдии, я могу лишь выразить недовольство.
Я выпрямилась, стараясь взять себя в руки и держаться с достоинством.
Дариус погладил бороду.
– Насколько я понимаю, Тавифа уволила вас с должности бармена. Мы с Кларой не согласны с ее решением.
Темные глаза Тавифы метнулись к Дариусу, затем ко мне.
– Я приняла это решение в кризисной ситуации, когда на кону стояла жизнь члена гильдии, но, возможно, я поспешила с вашим увольнением.
Что это – извинение? Я не знала, как это понимать.
Дариус взял лист бумаги, лежавший перед ним на столе.
– Интересно, что, согласно документам, которые Клара так и не оформила, – его заместительница вздрогнула, – вы никогда официально не работали на гильдию. Поэтому я не могу вернуть вас на работу.
Я моргнула.
– Вместо этого, – негромко проговорил Дариус, придвигая ко мне бумагу, – я прошу вас рассмотреть новое предложение.
Я ошеломленно взяла бумагу и пробежала глазами. Предложение было изложено подробно, в ясных формулировках – рабочие часы, заработная плата и льготы. Замысловатая подпись Дариуса уже стояла внизу страницы рядом с пустой строкой, ожидавшей моей подписи.
– Остается еще вопрос об одобрении Магипола, – заметил Дариус. – Но будем решать проблемы по мере их поступления.
В голове у меня гудело. Глава гильдии пристально посмотрел на меня и сказал остальным:
– Не могли бы вы дать нам минуту?
Клара и трое офицеров вышли, оставив нас с Дариусом вдвоем. Он поднялся со стула и подошел ко мне. Не зная, что делать, я вскочила, охваченная непонятным беспокойством. Обычно в присутствии людей, облеченных властью, мой нахальный язык развязывался сам собой, но Дариус пользовался своим авторитетом, как опытный фехтовальщик шпагой. В его присутствии даже моя язвительность куда-то подевалась.
К моему изумлению, он взял мою руку в свои, теплые и мозолистые.
– Предложить вам работу – меньшее, чем я могу вас отблагодарить. Если бы не вы, я потерял бы Аарона. Он умер бы у меня на глазах, и я не смог бы этому помешать. Я не в силах выразить свою благодарность, но знайте – примете вы это предложение или нет, в любом из моих домов вы всегда будете желанной гостьей.
Неожиданные слезы защипали глаза. Я быстро заморгала.
Дариус выпустил мою руку и присел на край стола.
– Может быть, вам нужно время, чтобы подумать об этом предложении?
– Я уже подумала. – Я подняла указательный палец. – Я приму его при одном условии.
Брови Дариуса поползли вверх.
– И что же это за условие?
Я повернула бумагу к нему и ткнула пальцем в строчку. Брови Дариуса поднялись еще выше, и я хитро улыбнулась. С тихим смешком он взял ручку.
Через пять минут я слетела вниз по лестнице с подписанным договором в руке. Доскакав до нижней ступеньки, резко остановилась и чуть не упала.
Син куда-то исчезла, а на ее месте, небрежно прислонившись к бару, с ромом и колой в руках, стояли в ряд Аарон, Кай и Эзра. Ощущение дежавю накрыло меня – мне живо вспомнилась наша первая встреча, особенно когда я увидела озорную усмешку Аарона. Я соскочила с последней ступеньки, лишь краем глаза заметив суету в зале, но не успела еще сообразить, как реагировать на внезапное появление троицы, а Аарон уже сорвался с места.
Он обхватил меня за талию и подвел к Каю и Эзре. В тот же миг они окружили меня у стойки, а моя бумага оказалась в руках Аарона. Он издал победный клич:
– Ее снова приняли на работу! И… ух ты! С повышением! – Словно не веря глазам, он ткнул пальцем в перечеркнутую цифру моей первоначальной ставки – теперь вместо нее стояла новая, вписанная четким почерком главы. – Да ты молодец! Дариус – тот еще жмот.
Эзра улыбнулся, его разные глаза тепло смотрели на меня.
– С возвращением, Тори.
– Наконец-то, – пробурчал Аарон. – Я уж думал, Магипол не оставит нас в покое до самого Рождества.
Кай взял у Аарона бумагу и просмотрел.
– Отлично. Насчет супервизии тут ничего не сказано.
– Что?.. – непонимающе переспросила я.
– Аарону больше не нужно следить за тобой каждую смену. И это хорошо, потому что у нас полно работы. Четырнадцать магов из ККК все еще считаются пропавшими без вести, и Магипол назначил за них очень щедрую награду.
– Но… – Я заглянула в договор, где действительно не было пункта о супервизии. – А я справлюсь… сама?
– Неужели ты хочешь, чтобы я надоедал тебе тут по восемь часов в день? – На лице Аарона появилось лукавое выражение. – Если уж проводить столько времени вместе, так лучше не на работе. Не забывай, я обещал тебе свидание.
– В любом случае он тебе не нужен, – вмешался Эзра. – Скорее уж Аарону следует попросить тебя присматривать за ним.
Аарон вскинулся:
– Что ты хочешь этим…
– Точно, – согласился Кай. – Может быть, нам стоит составить график дежурств, чтобы Аарон всегда был под защитой.
– Не нужна мне никакая…
– Никогда не знаешь, когда тебя снова похитят.
– Это было всего один раз!
Аарон кипел, а Кай и Эзра посмеивались. Я стояла рядом с ними, и мой мозг все никак не мог справиться с неожиданным поворотом событий. Я-то думала, ребята и думать обо мне забыли и я больше никогда не переступлю порог гильдии. И вот я снова здесь, снова принята на работу, и…
Три пары таких разных глаз смотрели на меня, и казалось, будто ничего не изменилось. Как будто и похищение Аарона, и наш жуткий побег, и близость смерти – все это был обычный рабочий день.
Обычный день из жизни магов.
Хорошо, что я не маг. Всего лишь бармен. В гильдии. В гильдии магов… Да, пожалуй, разница не так уж велика, ну и пусть.
Мое лицо расплылось в улыбке. Просияв в ответ, Аарон потянул нас к бару. Эзра прислонился к стойке рядом со мной, а Кай занял место по другую руку от Аарона.
Купер, вынырнув из кухни в облаке табачного запаха, приветливо помахал мне рукой:
– Хочешь чего-нибудь?
– Закажи что-нибудь выпить за мой счет, Тори, – настойчиво сказал Аарон. – Хоть чем-то тебя отблагодарю.
– Можем выпить за удивительный талант Аарона попадать в плен, – предложил Эзра.
– Нет, – фыркнул Аарон. – Лучше выпьем за прекрасную и потрясающую Тори, мою спасительницу.
Кай наклонился ближе и взглянул мне в глаза:
– А потом немного поговорим о том, что в следующий раз ты будешь звонить мне и Эзре, а не кидаться в одиночку спасать его жалкую задницу.
– Э-э… ладно. – Я поежилась. – А может, лучше обойдемся без следующего раза?
Все трое переглянулись, а затем Аарон притянул меня к себе.
– Это была бы адская скучища. Но мы позаботимся, чтобы к следующему разу ты была лучше подготовлена.
Я вытаращила глаза.
– Ну, знаешь! Я всего лишь бармен.
– Не-е-ет. – Его смеющиеся голубые глаза встретились с моими. – Пусть официально ты и не состоишь в «Вороне и молоте», все равно ты – часть семьи.
Я молча смотрела на него, окончательно потеряв дар речи.
Купер торопливо подошел к нам с моей сумочкой и папкой для резюме в руках и положил их на стойку возле меня.
– Ну так что, Тори? Чего ты хочешь?
Взяв папку, я посмотрела в разные глаза Эзры, потом в темные глаза Кая и, наконец, в лукаво ухмыляющееся лицо Аарона. Я стояла между тремя магами, и этот вопрос эхом звучал у меня в голове. Чего я хочу?
Я протянула руку с папкой через стойку и разжала пальцы. Папка шлепнулась прямо в мусорное ведро. Выпрямившись, я ответила Аарону такой же озорной улыбкой.
– Если уж ты платишь, – сказала я, – то я знаю, чего хочу.
Аарон с любопытством ждал. Я повернулась к Куперу, и моя улыбка стала еще шире.
– Можно мне «Маргариту»?

Благодарности

Особая благодарность Эриху Меркелю, который поделился со мной своим превосходным знанием латыни. Все ошибки на моей совести.

Об авторе

Аннетт Мари – автор бестселлеров по версии Amazon, серии книг в жанре городского фэнтези «Сталь и камень» (Steel &amp; Stone), трилогии-приквела к этой серии «Чародей» (Spell Weaver) и романтической фэнтези-трилогии «Алая зима» (Red Winter). Фэнтези – первая любовь Мари, а еще она питает слабость к динамичным сюжетам, отчаянно храбрым героиням и сладким мукам запретной любви. Она с гордостью признает, что обожает драконов, и ее редактор уже вежливо интересовался, намерена ли она и дальше упоминать о них в каждой книге.
Аннет живет в Канаде, в ледяной пустоши Альберты (честно говоря, там не так уж плохо), вместе с мужем и пушистым приспешником тьмы… извините – с котом Цезарем. В свободное время она с головой ныряет в какой-нибудь творческий проект, безмятежно игнорируя любые взрослые обязанности.
Узнать больше об Аннет и ее книгах можно здесь:
www.annettemarie.ca
Amazon author page: amzn.to/2b8ZHlh
www.facebook.com/AuthorAnnetteMarie
Читательское сообщество в Facebook:
www.facebook.com/groups/annettemarie/
www.goodreads.com/author/show/
8546572.Annette Marie
twitter.com/annettemmarie